Новобранец. Служба контрмагии (СИ) - Александр Тув

В воинских частях, участвующих в реальных боевых операциях, такого обычно не бывает, а если и бывает, то недолго — рано или поздно такого командира находят после атаки, что своей, что неприятельской, с пулей в голове… или со стрелой — чем подчиненные вооружены, с тем и находят. В девяносто девяти случаях из ста, найти виновника не удается. Но, — это в боевых частях, а в таких коллективах, как отдельная полусотня охраны консульства — сплошь и рядом. Ни в каких боях полусотня не участвовала, служба была необременительная, зато оплачивалась по высшему разряду и попасть в ее ряды без протекции и блата было невозможно. Вот поэтому и приходилось терпеть всякие неуставные отношения — вылететь из списка личного состава было раз плюнуть, а найти такую же синекуру — это вряд ли. В этом и заключался еще один нюанс сложившейся ситуации — идти стучать на Тара Гливара его закадычному дружку — начальнику стражи, было как-то… скажем так — не с руки.

Следует честно признать, что выработать оптимальную стратегию поведения, да еще в условиях острого дефицита времени, смог бы разве что какой-нибудь яйцеголовый аналитик по кризисным ситуациям откуда-нибудь из недр Пентагона, или нашего Генштаба, а Арнест Ингеворт, признаемся не менее честно, титаном мысли не был… — отнюдь.

Этим и объясняется состояние ступора в которое он впал. Как показывает практика, большинство людей при попадании в критическую ситуацию, требующую незамедлительного принятия решения, довольно часто это решение принимает под влиянием совершенно незначительного фактора или события. В нашем случае таким камушком, вызвавшим сход лавины, явилось то, что Тар Гливар сурово сдвинул брови и грозно осведомился:

— Долго собираешься меня мурыжить, ослиный выкидыш!?! — и хотя раньше такого выражения от разноглазого Арнест не слышал, но в целом оно было очень в духе правой руки консула и подвигло привратника на принятие решения. Честно скажем — неправильного решения. А если называть вещи своими именами — гибельного решения. Арнест Ингеворт открыл калитку.

Открыл он ее нешироко — чтобы только — только протиснуться одному человеку — этого требовала инструкция по несению караульной службы в ночное время. Эта же инструкция недвусмысленно приказывала немедленно закрывать калитку после прохода посетителя. А вот как раз этого-то Арнест сделать и не смог — только он сунулся за спину разноглазого, чтобы захлопнуть калитку и запереть ее на внушительную щеколду, как нос его взорвался! Это был последним ощущением привратника перед тем, как он потерял способность адекватно воспринимать окружающую обстановку из-за болевого шока. И ладно бы дело ограничилось только носом, но Денис, выступающий в роли безжалостного человека — невидимки, действовал по методике отработанной на перекрестке улиц Гнилая и Старая Канава — поэтому окончательно из списка действующих бойцов Арнеста вычеркнул точный, но сильный удар в пах.

Разумеется, если бы на территорию консульства Высокого Престола можно было пробраться как-нибудь тихо и незаметно: например перелететь через ограду, или проползти подземным ходом, или еще как-нибудь исподволь просочиться, то барабанить в калитку компаньоны бы не стали, но увы и ах, внимательный осмотр хитрого плетения, наложенного на весь периметр, показал, что кроме как через калитку, или ворота, другого пути на землю обетованную не существовало.

Собственно говоря, сложную структуру защитного плетения, состоящую из разноцветных жгутов, видел только верховный главнокомандующий, Денису же магический барьер представлялся неярко поблескивающим маревом, плотно укутывающим глухую каменную стену. А главком видел зеленые и желтые жгуты сигнальных заклинаний, начинавшиеся от самой земли и плотным слоем покрывавшие всю ограду до двухметровой высоты, где им на смену приходили светящиеся тревожным красным цветом боевые «лианы», заботливо обвивавшие ограду консульства до самого верха.

Денис подумал, что если бы к стене была проложена тартановая дорожка, в руках у него был фибергласовый шест, и в добавок он еще умел бы с ним прыгать, то перемахнуть ограду было бы несложно — всего-то метра четыре с половиной — женщины выше прыгают! Настоящая проnbsp; — Хорошо.

блема была бы только в приземлении — неизвестно на что упадешь! — … но очевидно, что не в яму с поролоном.

Абсолютно не исключено, что проломиться через ограду в шкирах было вполне себе возможно, но сделать это незаметно — нет. Цветомузыкальные эффекты при взломе периметра были бы конечно поменьше, чем во время концерта группы «Red Hot Chilly Peppers» на Красной площади, но ненамного, а привлекать излишнее внимание многочисленных соседей консула к операции, в планы компаньонов не входило. Поэтому пришлось применять план «Б» — открытое проникновение, сопровождающееся неизбежным избиением младенцев. Роль царя Ирода отводилась Денису — зловредному человеку — невидимке, а в качестве несчастных младенцев выступали все, оказавшиеся на пути черных демонов.

Освещения на большом дворе консульской виллы хватало. Волшебных фонарей (волшебных по способу работы, а не по принадлежности к китайской традиции) — очень дорогих, но зато не уступающих по яркости электрическим, имелось достаточное количество, чтобы осветить весь двор, и поэтому происшествие у калитки не осталось без внимания многочисленных охранников, несших свою вахту по охране консульства. Поначалу им показалось, что Тар Гливар просто попенял привратнику за нерасторопность, но появившийся на крыльце разноглазый, в сопровождении консула (хотя, скорее всего — наоборот), придал ситуации подлинный драматизм — с Гливарами получался явный перебор! Если бы стражники, заполнившие двор, могли каким-то непонятным способом посмотреть фильм «Иван Васильевич меняет профессию», то наверняка во дворе раздался бы вопль: «А Гливар-то не настоящий!».

Но тут консул доказал, что не зря ест свой хлеб дипломата и мага — он мгновенно оценил сложившуюся обстановку и лаконично распорядился:

— Взять его! — приказал он, указывая пальцем на верховного главнокомандующего, скрытого под личиной разноглазого.

Все многочисленное воинство, скопившееся во дворе, кинулось выполнять распоряжение своего предводителя. Казалось бы у псевдоразноглазого, так неосмотрительно ввалившегося во двор консульства Высокого Престола, нет ни единого шанса на то, чтобы сохранить свободу. Но это только казалось — на маленькую армию Хана Карума обрушился внезапный мор!

Ни один из его воинов до дерзкого пришельца, спокойно продвигавшегося к крыльцу, не добрался и никакого вреда ему не причинил, чего нельзя было сказать об атакующих — прежде чем волна атаки захлебнулась, а потом и вовсе откатилась назад, многие из них получили ранения разной степени тяжести, а несколько человек уже валялись на земле, истекая кровью и зажимая руками глубокие раны. Консульская армия, и так-то не очень боеспособная, была деморализована вконец.