Вся Агата Кристи в трех томах. Том 3 - Агата Кристи

незыблемо, что всякий, за кого она ручается, должен быть принят в обществе без малейших возражений. Вспомнив о пистолете, оставленном на дереве в Банхэм-Бичес, он внутренне улыбнулся.

— Я пошлю за вашими вещами, — обратился к Энтони лорд Катерхэм. — Полагаю, при сложившихся обстоятельствах охоты не получится. А жаль. Но так уж вышло. И я ума не приложу, что делать с Айзекстайном. Как все неудачно складывается. — Подавленный, пэр тяжело вздохнул.

— Тогда договорились, — сказала Вирджиния. — Для начала познакомьтесь с поместьем и проводите меня к озеру. Там очень красиво, спокойно, никаких преступлений, ничего такого. Разве для лорда Катерхэма не ужасно, что в его доме совершено убийство? Но это вина Джорджа. Ведь прием устраивал Джордж, знаете ли.

— А! — сокрушенно произнес лорд Катерхэм. — Не стоило мне его слушать! — Он принял вид сильного человека, внезапно проявившего слабость.

— Никто еще не смог отказать Джорджу, — улыбнулась Вирджиния. — Он вцепляется в вас мертвой хваткой, так что никому не удается отвертеться от него! Я уже подумываю заказать себе отрывные лацканы!

— Надеюсь, у вас это получится! — обрадовался хозяин дома. — Я рад, что вы приехали к нам, мистер Кейд. Мне нужна поддержка.

— Я очень ценю вашу доброту, лорд Катерхэм, — поклонился Энтони. — Особенно, — учтиво добавил он, — если учесть, что я крайне подозрительный тип. Но если я останусь, Баттлу будет легче.

— Чем же, сэр? — полюбопытствовал суперинтендант.

— За мной будет не так сложно следить, — кротко объяснил Энтони.

Увидев, как суперинтендант сверкнул глазами, он понял: выстрел попал в цель.

Глава 14

Общество политиков и финансистов

Если не считать невольного подергивания век, суперинтендант оставался, как всегда, бесстрастным и невозмутимым. Если он и удивился тому, что Вирджиния узнала Энтони, то не показал этого. Они с лордом Катерхэмом наблюдали, как эти двое вышли в сад. Мистер Фиш также смотрел на них.

— Славный молодой человек, — заметил лорд Катерхэм.

— Очень приятно, что миссис Ревел встретила старого друга, — добавил американец. — Они, наверное, уже давно знакомы?

— Кажется, да, — ответил лорд Катерхэм. — Но она никогда о нем не упоминала. Да, кстати, Баттл, мистер Ломакс вами интересовался. Он в голубой столовой.

— Спасибо, лорд Катерхэм. Я сейчас же туда пойду.

Баттл без труда нашел голубую столовую. Он уже знал расположение комнат в доме.

— А, вот и вы, Баттл! — вместо приветствия произнес Ломакс.

Он нетерпеливо расхаживал по ковру. Кроме него, в комнате находился крупный мужчина, сидящий в кресле перед камином, Его настоящий английский охотничий костюм выглядел в этой обстановке несколько неуместно. У него было толстое смуглое лицо с непроницаемыми, как у кобры, черными глазами, большой орлиный нос и квадратный, тяжелый подбородок.

— Входите, Баттл, — раздраженно пригласил Ломакс. — Да закройте за собой дверь поплотнее. Это мистер Герман Айзекстайн.

Баттл почтительно поклонился.

Он все знал о мистере Айзекстайне, и, хотя великий финансист молчал, а Ломакс беспрерывно шагал по комнате и болтал, Баттл знал, кто здесь настоящая сила.

— Теперь мы можем говорить свободно, — произнес Ломакс. — При лорде Катерхэме и полковнике Мелроузе мне не хотелось обронить лишнего. Понимаете, Баттл? Об этом не стоит распространяться.

— Да, разумеется, — ответил Баттл. — Но тайное всегда становится явным, как это ни печально!

На секунду на толстом смуглом лице финансиста проскользнуло что-то вроде улыбки, но она исчезла так же быстро, как и появилась.

— Ну и что вы думаете об этом молодом человеке… этом Энтони Кейде? — продолжал Джордж. — Вы и сейчас считаете его невиновным?

Баттл слегка пожал плечами:

— Его история вполне правдоподобна, и часть ее мы можем проверить. На первый взгляд все говорит о том, что вчера вечером он был здесь. Я, конечно, телеграфирую в Южную Африку и запрошу информацию о его прошлой жизни.

— И если все подтвердится, вы снимете с него подозрение?

Баттл поднял большую, почти квадратную ладонь:

— Не так скоро, сэр! Я этого не говорил!

— Что вы думаете о преступлении, суперинтендант Баттл? — впервые заговорил Айзекстайн.

У него был низкий, приятный, слегка повелительный голос. Вероятно, такой голос не раз помогал ему в различных переговорах.

— Еще рано делать выводы, мистер Айзекстайн. Я даже не знаю ответа на самый первый вопрос.

— Какой же?

— О, да все тот же! Мотив! Кому выгодна смерть принца Михаила? Прежде всего надо ответить на этот вопрос!

— Революционная партия Герцословакии… — начал Джордж.

Суперинтендант Баттл непочтительно отмахнулся от него.

— Если вы имеете в виду Братство Красной Руки, то это не они, сэр!

— Но листок с рисунком руки?

— Всего лишь трюк, чтобы навести на ложный след!

Достоинство Джорджа было несколько уязвлено.

— Право, Баттл, не понимаю, как вы можете быть так в этом уверены!

— Бог с вами, мистер Ломакс, мы все знаем о Братстве Красной Руки! За ними неусыпно следили с тех пор, как принц Михаил появился в Англии. В этом и состоит работа нашего департамента. Их не подпускали к нему и на пушечный выстрел!

— Я согласен с суперинтендантом Баттлом, — авторитетно изрек Айзекстайн. — Искать надо в другом месте!

— Видите ли, сэр, — продолжил Баттл, ободренный поддержкой, — кое-что об этом деле мы все-таки знаем. Мы не знаем, кому выгодна его смерть, но кому она невыгодна, мы знаем хорошо!

— То есть? — удивился Айзекстайн.

Его черные глаза неотрывно глядели на детектива. Почему-то он напоминал Баттлу кобру с раздутым капюшоном.

— Вам и мистеру Ломаксу, не говоря уже о лоялистской партии Герцословакии. Простите, сэр, но ваше положение не назовешь приятным!

— Право, Баттл! — возмутился шокированный до глубины души Джордж.

— Продолжайте, Баттл! — остановил его Айзекстайн. — Вы излагаете все очень правильно. Вы умный человек!

— У вас был наготове король! Вы потеряли короля, вот так! — Баттл выразительно щелкнул крупными пальцами. — Вам нужно срочно найти замену, а это нелегко. Нет, я не хочу знать подробностей вашего плана, в общих чертах он мне понятен, но ведь я прав, не так ли?

Айзекстайн медленно кивнул:

— Да, вы правы!

— И тут возникает второй вопрос: кто следующий наследник трона Герцословакии?

Айзекстайн взглянул на Ломакса. Тот медленно и неуверенно ответил:

— Это… я бы сказал… да, по всей вероятности, принц Николай.

— И кто этот принц Николай? — поинтересовался Баттл.

— Кузен принца Михаила.

— Я бы хотел все знать об этом принце Николае, особенно где он сейчас.

— О нем известно совсем немного, — ответил Ломакс. — В молодости его обуревали совершенно немыслимые идеи, якшался с социалистами и республиканцами и вел жизнь, абсолютно не подобающую его положению. Его исключили из Оксфорда, думаю, за какую-нибудь безумную выходку. Два года назад прошел слух, что он умер в Конго, но это