Вся Агата Кристи в трех томах. Том 1. Весь Эркюль Пуаро - Агата Кристи

помолчав и нахмурившись, она порывисто спросила:

— Вы верите, что он сделал это?

Пуаро пожал плечами:

— Так считает полиция.

— Вы уклоняетесь от ответа. Вы что-то скрываете. — Она снова замолчала и склонила голову.

— Вы ведь давно знаете Дерека, правда?

— С самого детства, — сокрушенно ответила Ленокс.

Пуаро несколько раз молча кивнул головой.

С обычной своей бесцеремонностью Ленокс выдвинула стул, уселась и, поставив локти на стол, а подбородок уперев в ладони, уставилась прямо на Пуаро.

— Что ему предъявляют? — требовательно спросила она. — Какие мотивы, я хочу сказать. Наверное, то, что он получил много денег после ее смерти?

— Он получил два миллиона.

— А если бы она не умерла, он был бы разорен?

— Да.

— Но должно быть нечто большее, чем мотив, — возразила Ленокс. — Он ехал тем же поездом, я знаю, но и этого недостаточно.

— В купе мадам Кеттеринг был найден портсигар с буквой «К», который не принадлежал ей. Кроме того, два человека видели, как он входил и выходил из ее купе незадолго до прибытия поезда в Лион.

— Какие люди?

— Ваша подруга мисс Грей одна из них. Другая — мадемуазель Мирель, танцовщица.

— А он, Дерек, что он сказал на это? — взволнованно допытывалась Ленокс.

— Он вообще отрицает, что входил в купе своей жены, — сказал Пуаро.

— Дурак! — насупившись, проговорила Ленокс. — Значит, прямо перед Лионом, говорите? А известно, когда она… когда она умерла?

— Медицинское освидетельствование не может быть абсолютно точным, — ответил Пуаро, — но медики склонны утверждать, что скорей всего смерть наступила до Лиона. Кроме того, известно, что вскоре после того, как поезд отправился из Лиона, миссис Кеттеринг была уже мертва.

— Откуда вы это знаете?

Пуаро загадочно улыбнулся про себя.

— Некто вошел в ее купе и обнаружил, что она мертва.

— И этот человек никого не разбудил?

— Нет.

— Почему?

— Без сомнения, он имел на то свои причины.

Ленокс пристально посмотрела на него.

— Вы знаете их?

— Надеюсь, что да.

Ленокс сидела, переваривая услышанное. Пуаро молча наблюдал за ней. Наконец она подняла взгляд. Ее щеки порозовели, а глаза сияли.

— Вы думаете, ее убил кто-то, кто ехал этим же поездом, но ведь это совсем не обязательно. А разве трудно было сесть в поезд в Лионе? Они могли войти в купе, задушить ее, взять рубины и незаметно выйти. Она могла быть убита, пока поезд стоял в Лионе. Поэтому она могла быть живой, когда Дерек вышел из купе, и мертвой, когда кто-то другой вошел туда.

Пуаро откинулся на спинку стула и присвистнул.

Посмотрел на девушку и три раза кивнул головой, затем опять вздохнул.

— Мадемуазель, — произнес он, — то, что вы только что сказали, очень похоже на правду. Я блуждал во тьме, а вы показали мне свет. Был один пункт, который не давал мне покоя, но вы все прояснили.

Он встал.

— А Дерек? — спросила Ленокс.

— Кто знает? — Пуаро пожал плечами. — Признаюсь вам кое в чем, мадемуазель. Я недоволен. Нет! Я, Эркюль Пуаро, пока недоволен. И быть может, именно в этот самый вечер я узнаю нечто большее. В конце концов попытаюсь.

— Вы с кем-то встречаетесь?

— Да.

— С кем-то, кто что-то знает?

— С кем-то, кто что-то знает. В таких делах ни один камень нельзя оставлять не перевернутым. До свидания, мадемуазель.

Ленокс проводила его до двери.

— Я… я помогла? — спросила она.

Лицо Пуаро потеплело, когда он посмотрел на нее.

— Да, мадемуазель, помогли. Если вам будет совсем плохо, вспоминайте это.

Когда автомобиль тронулся, у Пуаро был самый что ни на есть отсутствующий вид, однако в глазах поблескивали зеленые огоньки, которые всегда означали предвкушение триумфа.

Он опоздал на несколько минут и обнаружил, что Папаполоус с дочерью уже приехал. Он рассыпался в извинениях, сопровождая их самыми вычурными метафорами. Папаполоус в этот вечер выглядел особенно величественно, всем своим видом как бы показывая, насколько безупречна и достойна его жизнь. Зия блистала красотой и была в хорошем расположении духа. Меню было составлено с большим вкусом, и вино было отменным. Пуаро находился в хорошей форме. В основном говорил он, рассказывал анекдоты, шутил, расточал изящные комплименты Зие, поведал о множестве любопытных случаев из своей практики.

Ближе к концу обеда Папаполоус вежливо поинтересовался:

— Ну, как тропинка, что я указал? Вы не спугнули лошадку?

— Я связываюсь с… моим букмекером, — ответил Пуаро.

Они посмотрели друг на друга.

— Известная лошадка?

— Нет, наши друзья англичане называют таких темными.

— Ага, — задумчиво проговорил Папаполоус.

— Теперь мы можем пойти в казино и попытать счастья за рулеткой, — беспечно предложил Пуаро.

В казино компания разделилась. Пуаро целиком отдал себя в распоряжение Зии, а Папаполоус предпочел удалиться.

Пуаро не везло, но Зия сразу начала выигрывать и выиграла несколько тысяч франков.

— Пожалуй, будет лучше, — заметила она, — если я остановлюсь.

Глаза Пуаро блеснули.

— Великолепно! — воскликнул он. — Вы истинная дочь своего отца, мадемуазель Зия. Знать, когда остановиться! О, это искусство!

Он огляделся вокруг.

— Нигде не вижу вашего отца, — беззаботно проговорил он. — Я принесу вашу одежду, мадемуазель, и мы прогуляемся по парку.

Однако он не пошел прямо в гардероб. Он успел заметить, в каком направлении ушел месье Папаполоус, и сейчас искал его, В вестибюле он увидел грека, который стоял у колонны, разговаривая с дамой. Это была Мирель.

Пуаро с невинным видом продефилировал по вестибюлю и как бы случайно зашел за колонну, у которой стоял грек с танцовщицей; они были настолько поглощены разговором, что не заметили маленького человека. Разговор их носил весьма оживленный характер.

Вернее, говорила в основном Мирель, а Папаполоус лишь изредка вставлял реплики или делал выразительные жесты.

— Я же говорю вам, мне нужно время, — убеждала танцовщица. — Дайте мне время, и я принесу вам деньги.

— Ждать, — пожал плечами грек, — это ужасно.

— Совсем немного, — уговаривала его собеседница. — Ах, вы должны! Я прошу дать мне всего одну неделю, ну десять дней. Не сомневайтесь! Деньги будут.

Папаполоус немного отошел от колонны и нос к носу столкнулся с Пуаро, который сделал вид, что только появился здесь.

— Ah! Vous voila,[314] месье Папаполоус. Я вас искал. Можно я пройдусь немного по парку с мадемуазель Зией? О, добрый вечер, мадемуазель. — Он поклонился Мирель. — Тысяча извинений, что я не сразу заметил вас.

Танцовщица равнодушно приняла его приветствие.

Она была явно недовольна вмешательством в их tete-a-tete.[315] Пуаро быстро понял намек. Папаполоус успел только пробормотать: «Разумеется, разумеется», как, Пуаро уже испарился.

Он подал Зие одежду, и они вышли в парк.

— В таких местах обычно кончают с собой, — заметила Зия.

Пуаро пожал плечами.