Полковник Гуров. Компиляция (сборник) (СИ) - Леонов Николай Иванович

— Влад умер? — Вопрос прозвучал чуть слышно. Новость настолько оглушила Шепелева, что он медленно опустился на табурет, прислонился к стене и непонимающим взглядом уставился на Гурова.

— Он убит. Убит жестоко и намеренно. Поэтому я здесь.

— Хотите сказать, что подозреваете меня? Да вы просто ненормальный!

— Отнесу ваше высказывание к состоянию аффекта, — спокойно произнес Лев. — Не многие люди могут хладнокровно принять подобное известие.

— Мне нужно выпить! — заявил Шепелев, протягивая руку к дверце холодильника.

— Не раньше, чем мы поговорим, — жестом остановил его Гуров. — Сначала вы ответите на мои вопросы, а уж потом вольны делать все, что вам заблагорассудится.

Шепелев сделал еще одну безуспешную попытку добраться до содержимого холодильника, но Лев был непреклонен. Смирившись, Роман произнес:

— Задавайте свои вопросы, изверг!

Последнее высказывание Гуров снова проигнорировал.

— Меня интересует все, что вам известно о девушке, умершей на операционном столе.

— Влад почти не говорил об этом, — ответил Шепелев.

Фраза прозвучала так фальшиво, что Лев сразу все понял и мягко заметил:

— Не стоит врать. Ваш друг мертв, и вряд ли то, что вы знаете о той операции, навредит ему. Рассказывайте, Роман, я жду.

Какое-то время Шепелев молчал, собираясь с мыслями, потом заговорил:

— Допустим, я что-то знаю. Допустим, я поделюсь с вами тем, что знаю. Как вы собираетесь распорядиться информацией?

— Да вы, никак, торгуетесь, Роман? — усмехнулся Гуров.

— Не торгуюсь. Всего лишь пытаюсь защитить имя погибшего друга. Разве это предосудительное желание? — с вызовом заявил Шепелев.

— Пожалуй, нет. Хорошо, я успокою вашу совесть. Старые грехи вашего друга интересуют меня постольку, поскольку могут вывести на его убийцу. Есть вероятность, что с ним свел счеты кто-то из родственников умершей девушки. Эту версию я сейчас и отрабатываю. Я раскрыл свои карты, очередь за вами. Как думаете, в данном контексте есть смысл рассказать мне правду?

— Влад не был виновен в смерти девушки, — тихо произнес Шепелев. — Да, он брал деньги за операции. Более того, он намекал родственникам тех, кого собирался оперировать, чего ожидает от них. Намекал на то, что успех операции во многом зависит от их материальных вливаний. На его счет, разумеется. Но в данном конкретном случае он был чист. У девушки не было шансов. Ни одного. Так сказал Влад. И, между прочим, он горько переживал ее потерю. Правда.

— Охотно верю, — кивнул Лев. — Только вот мне кажется довольно сомнительным, что родственники умершей пациентки не получали от него привычного Дрозинскому предложения «позолотить ручку».

— Да говорю же вам, там был безнадежный случай. Зачем было Владу подставляться? Он далеко не дурак. Если чувствовал, что операция может закончиться не лучшим образом, никогда свой трюк не проворачивал, — горячился Шепелев. — Ему и так денег хватало. Мало ли в нашем районе пациентов с деньгами? Да и из столицы время от времени залетные попадаются. Те, что хотят в тайне операцию сохранить. Родственникам и друзьям объявляют, что уехали в командировку, а сами сюда.

— В прессе писали нечто другое, — заметил Гуров.

— Вы верите журналистам? Да ведь им только сенсацию подавай. Ухватились за Влада, и давай трясти. Это все из-за гадины одной.

— А конкретнее?

— Была у Влада одна пациентка, Тамара, фамилии не помню. Влад называл ее не иначе, как псевдоцарица или жирная корова. Она как раз из Москвы прикатила. Ей предстояла операция, что-то совсем незначительное. Так она потребовала от Влада, чтобы он то ли желудок ей ушил, то ли вшил что-то, чтобы она стройной стала. Влад зарядил сумму, которую та потянуть не смогла, вот она и взъелась. Это Тамара натравила на Влада журналюг, точно вам говорю. Может, и убийство его она подстроила. Навестите ее, сами все узнаете.

— Когда оперировалась Тамара, вы помните? — спросил Гуров.

— Где-то с полгода назад. Зимой.

— Что-то еще можете добавить?

— Вряд ли. Она это, точно вам говорю. Она, паскуда, Влада загубила. Ради тощей задницы человека убила! — Роман опустил голову на руки и разрыдался пьяными слезами.

Гуров выложил на стол визитку с номером своего телефона и, не прощаясь, вышел из квартиры.

Прежде чем пускаться на поиски псевдоцарицы Тамары, он решил встретиться с родственниками умершей пациентки Дрозинского. Проживали они в том же городке, что и Влад. Дорога заняла не больше десяти минут. Частный дом. Покосившийся забор вокруг палисадника, собака на привязи. Жилище скромное, если не сказать бедное. У калитки звонка не было. Несколько минут он стучал в калитку в надежде, что кто-то в доме его услышит. Собака на стук не реагировала. Сидела себе возле конуры, виляя хвостом, и не издавала ни звука. Отчаявшись дождаться хозяев, Лев просунул руку в щель, нащупал щеколду и, отодвинув ее, оказался во дворе. Пока он шел до крыльца, собака продолжала дружелюбно вилять хвостом.

— Есть кто дома? — Гуров несколько раз стукнул по оконной раме возле крыльца.

Ему не ответили. Тогда он поднялся на крыльцо, дернул дверь. Та оказалась незапертой. Пройдя темные сени, Лев снова окликнул хозяев:

— Добрый день, есть кто?

— Чего горланишь? — донеслось вдруг из дальней комнаты. — Проходи, коли по делу.

Он пошел на звук. Остановившись возле закрытой двери, осторожно приоткрыл ее. На старом диване под грудой одеял лежал мужчина. На бледном лице выделялись только глаза, да и те светились тоской.

— Здравствуйте, простите, что побеспокоил, — начал Лев. — Я ищу родственников Ирины Пусовой.

— Поздно спохватились, — вяло произнес мужчина. — Ирочки давно нет в живых.

— Но вы-то еще живы, — заметил Гуров. — Так зачем хоронить себя заживо?

— Какое вам до меня дело? — вспыхнул мужчина, впервые выказывая скрывающиеся за тусклым взглядом эмоции. — Ирочка мертва, и обсуждать это я ни с кем не собираюсь.

— Вы — ее отец? — спросил Лев, подходя ближе к постели.

— Допустим. Это что-то меняет?

— Сегодня утром в лесополосе было найдено тело хирурга, оперировавшего вашу дочь. Его убили. Вам об этом что-то известно?

— Что? Что вы сказали! — приподнялся на локтях мужчина. — Этот подонок мертв? Чудесная новость! Лучшая за последние месяцы!

— Ваших рук дело?

— А если бы и моих, так что? — с вызовом посмотрел на Гурова мужчина. — Умер подонок, туда ему и дорога. Хотите арестовать меня? Пожалуйста! Сопротивляться не стану. Мне все равно недолго осталось. Без Ирочки мне жить незачем. Я готов пойти хоть на электрический стул, раз моя мечта осуществилась. А тот человек, что сотворил возмездие, пусть наслаждается свободой. Я буду только рад.

— Вы понимаете, что все родственники Ирины теперь под подозрением? Ваше ложное признание ничего не даст. Если к смерти Дрозинского вы не имеете отношения, мы будем вынуждены искать дальше.

— А вы не ищите. Берите меня, я признаюсь во всем, — заявил мужчина.

— Хорошо, давайте начнем. Как вы убили Дрозинского?

— Убил и убил. Как положено.

— Где это произошло?

— Вы же сами сказали, в лесополосе. Я заманил его туда и убил.

— Восемь колотых ран в брюшную полость, не многовато ли для мести? — попытался Лев остановить этот фарс.

— Было бы время, и двенадцать бы нанес, — немного опешив, заявил мужчина. — Восемь — это еще мало.

— Он истек кровью у вас на глазах? Вы убедились в том, что он мертв, прежде чем бросить его в овраг?

— Конечно, убедился. Оставался с ним до последнего вздоха. Потом сбросил в овраг.

— Все понятно, — проговорил Лев и, развернувшись, направился к двери.

— Куда это вы? — растерялся мужчина. — Вы должны арестовать меня! Я убил Дрозинского! Вы не можете вот так просто уйти!

— Еще как могу, — через плечо бросил Гуров. — Дрозинский умер не от колотых ран. На его теле вообще не было ни одной раны.

— Тогда отчего же он умер? — воскликнул мужчина. — Вы должны мне сказать!