Солнце для отшельницы(сборник) - Анна Аленина

После обоюдного молчания Брайан спросил:

– А потом?

– Потом…

Фло виновато-застенчиво посмотрела на Брайана и зарделась.

– На Мадейре мы были вместе… И как-то все случилось само собой… Простите, я обойдусь без деталей!

– Ну что вы, я не настолько любопытен!

– Однако умудрились вытянуть из меня всю подноготную! – Она лукаво погрозила книжкой.

– Что вы, что вы! – замахал руками Брайан. – Если хотите, я и сам отвечу вам на любые вопросы!

– На любые?

– Хм-м…. Ну, посмотрим. Спрашивайте!

– Вы вините себя в смерти Роберта?

Этого вопроса Брайан явно не ожидал. После некоторого молчания он все-таки ответил:

– Да… Я так увлекся своей жизнью, что ничего не видел вокруг себя, а ведь он был весь на взводе… Он умудрился наплодить себе врагов везде, и в личной жизни, и в бизнесе… А я думал, что, спрятав его на корабле, спасу его от всех проблем… В самый серьезный момент я вообще ослеп и оглох. Так бывает, вы знаете…

– Это вы про Энн?

– Верно…

– Она нужна вам?

– О, вижу, вам палец в рот не клади – откусите всю руку! – Брайан смущенно рассмеялся.

– Вы же сами сказали – любые вопросы!

Брайан кивнул.

– Даже не знаю, что буду делать, когда она сойдет в Лиссабоне! Уже сейчас хандра спать не дает… Хотя, представьте себе, за все это время мне удалось поцеловать ей только ручку!

Брайан усмехнулся. Фло тихо спросила, чуть наклонившись:

– Может быть, вам стоит поговорить с ней серьезно?

– Не думаю… Мне почему-то кажется, что она тоже ко мне привязалась. Может быть, если бы я был решительнее… Вы, наверное, уже поняли, что она дамочка с принципами: или все, или ничего… Ну вот тут-то и загвоздка, – он похлопал кулаком по перилам. – Дело не в ней!

– А в ком?

– Проблема во мне самом! Видите ли, я – убежденный холостяк! Холостяк с большой буквы! Это не просто слова! У меня есть своя маленькая философия!

Фло хмыкнула.

– И печальный жизненный опыт – тоже, – продолжал Брайан. – Может быть, я и сам был во всем виноват… Я действительно плохой отец и плохой муж… Но как-то я пришел к мысли, что полноценный брак со всеми этими кнутами, пряниками и кандалами брачных договоров, обещаниями, которые никогда не выполняются, – не для меня… В общем, я не могу и не хочу изменять своим принципам и своему образу жизни! Хочу быть честным.

– Понятно… – по глазам Фло было видно, что эта философия ей не близка. – Но ведь вы любите Энн?

Упорная прямолинейность рыженькой девочки одновременно задевала и укрощала холостяцкую гордыню.

– Слова, слова, слова… Красивые слова, за которыми черт знает что кроется! Не знаю, не люблю я этого… А Энн… Я просто тоскую, как старый морской волк под луной, при одной мысли, что она сойдет в Лиссабоне! Любовь? Нет. Тоска…

– Что же делать?

– Пока только одно: могу предложить ей прокатиться из Лиссабона до Генуи и обратно, раз уж ей надо в Лиссабон, а там посмотрим!

После этого разговора Брайан проникся к Фло какой-то беспокойной привязанностью, требующей постоянных деятельных проявлений. Каждый день он пытался ей чем-нибудь угодить. И наконец, ему явилась сногсшибательная идея, которую он огласил в кругу ближайших друзей на бальной вечеринке перед заходом в Лиссабон.

Поскольку Фло и Пит отметили заключение своего союза только скромной записью в магистрате, Брайан счел, что необходимо устроить им красивую свадьбу в морском стиле. Можно приурочить ее к традиционному балу-маскараду, который устраивается перед заходом в порт Генуи.

Энн придумала нарядить Фло и Пита женихом и невестой, а потом обратить карнавальную мистерию в настоящую свадебную церемонию.

– А может, сыграем две свадьбы одновременно? – предложил Брайан, показав глазами на Марка и Беллу.

Энн расхохоталась:

– И это говорит убежденный противник брака?!

Брайан покраснел, как мальчишка, понес околесицу, но его спас Пит, сидевший за роялем, который громко запел и отвлек внимание на себя.

В Лиссабоне Брайан собирался утащить Энн с общей экскурсии, но она проявила неожиданное упорство и одновременно несвойственную ей бесшабашную веселость. Ее как будто подменили.

Брайан недоумевал, неохотно плелся в толпе туристов и отчаянно завидовал «королям бала», которые громогласно сообщили всем, что отправляются в личный королевский тур по Лиссабону. Видимо, Энн нуждалась в более внушительной свите!

Все объяснилось во время сиесты. Когда проголодавшаяся толпа уже собиралась разбежаться по ресторанам, Энн вдруг объявила, что ей известно одно заведение, где можно отлично перекусить, а заодно и развлечься. Все были заинтригованы. Таинственно улыбаясь, она повела туристов к парку Эдуарда VII. Сеялся дождик, мелкий, теплый, легкий. Генри начал жаловаться на скверный климат, и Синди увлекла группу под навес, на дегустацию местного вина.

Брайан и Энн брели по аллее, отделившись от всех. Они не заметили ни дождя, ни исчезновения группы, ни того, как экскурсанты, понукаемые Синди, опустошили бокалы и двинулись к выходу.

Беседа становилась все бессвязнее, паузы – все длиннее, и вскоре разговор прекратился так же незаметно, как закончился дождь.

– Симпатичные цветочки, – заметил Брайан, переходя по деревянному мостику через пруд. – Хочешь, сорву на память?

Он сделал вид, будто готов прыгнуть в заводь. Энн засмеялась, повернулась, сошла с мостика и двинулась к аллее, сильно забирающей куда-то вверх, на холм.

Брайан догнал ее, решительно обошел, остановился, глядя прямо в лицо. Энн нахмурилась:

– В чем дело?

Брайан посмотрел на ее губы. Улыбнулся:

– Хочешь, угадаю твою тайну?

Губы дрогнули, сжались, глаза вспыхнули. Энн наклонила голову и глядя под ноги, произнесла:

– Говори.

– Ты такая же потомственная американка, как я! – весело сообщил Брайан. – У тебя не было предков из России?

Энн расхохоталась и так замотала головой, что заколка с розовой черепашкой сорвалась и шлепнулась на серые плитки аллеи.

– Угадал! А как ты угадал? – спросила Энн, наугад стягивая разлетевшиеся темные пряди в мягкий узел.

Брайан подобрал черепашку, обошел Энн и неловкими движениями начал прилаживать заколку на место. Энн не шевелилась, ждала ответа. Наконец Брайан проговорил:

– У тебя иногда проскальзывает какой-то необычный акцент… Стивен мне подсказал – у него бывали русские гости. А ты, значит, возвращаешься в Россию, так?

Энн не ответила. Заколка была устроена, а мягкие теплые ладони все плотнее сжимали голову. Брайн наклонился ближе, провел рукой по щеке, пытаясь повернуть к себе лицо Энн. Она высвободилась, сделала шаг в сторону, обернулась: