Солнце для отшельницы(сборник) - Анна Аленина

– А, это он на каникулах у бабушки, что ли?

– Нет, нет, все не так…

Фло запнулась на секунду, потом быстро продолжила:

– Я вообще-то не хотела об этом говорить. Но вижу, что вы мне сочувствуете, и уверена, что никому не расскажете…

– Я – могила!

– Это ребенок моей сестры…

– Ах вот оно что!

– Которого мы с Питом решили усыновить.

– Понятно…

– Пит был влюблен в мою сестру, а мы двойняшки, ну, понимаете?.. (Брайан кивнул.) Он так переживал, когда она вышла замуж! Без конца искал повод увидеться со мной, поговорить о ней… Мне это было тяжело, но я понимала его чувства, слушала, сочувствовала.

А полгода назад… сестра погибла с мужем – разбился вертолет – знаете, в горах иногда случаются аварии…

– Ну, уж мне ли не знать!

– Пит сразу заявил, что я должна взять ребенка себе, а он… женится на мне, и мы будем воспитывать Дэнни вдвоем.

– И вы женились?

– Погодите, не все так быстро! Я сразу подумала: как же мне это самой в голову не пришло – усыновить Дэнни? Но выходить за Пита совершенно не хотелось!

– Почему?!

– Ну, я привыкла, что он жених моей сестры! Мне нравилось, что он ее помнит… хотя было немного жалко его. А теперь он взял и решил жениться на мне! А моего мнения он спросил? И вообще, почему я должна быть заменой сестры? У меня что, своей жизни быть не может?!

– Понимаю, вам не хотелось подбирать за сестрой лишних женихов, так?

– Ну, можно и так сказать… Хотя это как-то уж слишком…

– Извините, я со своей солдатской прямотой… Ну так как же вы все-таки решились?

– Да он просто изводил меня своими уговорами! И все давил на жалость к Дэнни… Сердце же не камень! Я и сама понимала, что у ребенка должен быть и отец, и мать, а не только одна мать, как было у нас с Фэй. Я, правда, сказала ему, что мы и без него обойдемся, но тут он совсем с ума спятил и заявил, что усыновит Дэнни сам, лично! Понимаете?

Фло расхохоталась. Брайан закивал, засмеялся, не отрывая взгляд от ее лица.

– Конечно, шансов у него не было, но мне стало его жалко… В конце концов, он был хорошим другом, после отъезда сестры в Швейцарию мы еще больше сблизились, он мне нравился…

– Так все-таки нравился?

– Но как бы не для себя, понимаете? Он мне нравился со стороны. А что? Он симпатичный! Но я не могла, например, представить, чтобы… ну чтобы у нас были объятья, поцелуи…

– Понимаю.

– Ну вот, а он убедил меня, что все равно никого никогда уже не полюбит! И я поверила, что это правда. Мне показалось вдруг, что таким даром любви мало кто обладает, и просто глупо его отвергать. Если не для себя, то хоть для Дэнни… Я не сомневаюсь, что Пит будет очень хорошим отцом, вы же видите, какой он добрый?

– Да…

– И Дэнни не придется испытать то, что пережили мы с сестрой. Отец даже не приехал на похороны Фэй – не хотел встречаться с матерью… В общем, мы зарегистрировали наш брак, чтобы не создавать лишних сложностей для усыновления Дэнни, но решили, что у нас будет белый брак.

– Как это – белый?.. А-а-а, ну понятно. Слыхал про такое, но вижу впервые!

– Это бывает, – сухо ответила Фло. – Нет, мы решили не загадывать на всю жизнь. Все может быть… Главное, что Пит обещал не нарушать уговора, пока я сама этого не захочу. И пока держал слово…

– Тяжелый случай.

– Нет.

– Простите, я не хотел вас обидеть!

Фло улыбнулась.

– Я хотела сказать, что это плавание многое изменило в нашей жизни!

Брайан с любопытством уставился на собеседницу.

– Мои чувства к Питу изменились. Не знаю, что повлияло… Понимаете, мы же еще никогда столько времени не проводили вместе! Я учила его рисовать. По вечерам он писал мои портреты… И вот, пока я сидела и думала, как он меня разглядывает, изображает, во мне что-то происходило, я буквально нежилась в лучах его теплых глаз, мне становилось удивительно хорошо…

И вдруг оказалось, что мне не очень приятно, когда он поет с Джиной. Я впервые в жизни по-настоящему пожалела, что не имею ни слуха, ни голоса…

– И вы решили отомстить ему с Робертом?

– Что вы! – Фло ответила взглядом, исполненным упрека. – Мне такое и в голову не могло прийти… Мы с Робертом любовались на эту парочку соловьев, как родители, которые привели своих детей в музыкальную школу и ждут за дверями. Ну, разумеется, болтали, Роберт шутил напропалую, я и не заметила, что он…

– Влюбился?

– Наверное… Может быть, это было просто от отчаяния? Он как-то сказал: вы умеете меня слушать так, как никто никогда не слушал…

На глаза Фло навернулись слезы.

– Ну, не волнуйтесь так! – забеспокоился Брайан. – Простите мне мою настырность, но Роберт был мне почти как сын! Я до сих пор не могу прийти в себя после всего случившегося, и мне хочется знать всю правду…

– Нет, Брайан, не извиняйтесь, – Фло покачала головой, – я виновата, что не заметила этого сразу. Я могла помочь Роберту, поговорить с ним серьезно… Но не решалась давать советы. Ведь никто не имеет права вмешиваться в чужую супружескую жизнь, правда? Последний разговор был таким внезапным, а потом все это сразу случилось… Я не могу себе этого простить…

– Деточка, вы невиновны… – сказал Брайан, медленно подыскивая слова. – Только видите ли, вам не следовало скрывать, что вы женаты. Роберт, наверное, искал хоть какого-то выхода и зря понадеялся на вас. Он как ребенок, захотел одним махом решить все свои проблемы. Вы не виноваты, но нельзя жить половинчатой жизнью, иначе вы вводите других в соблазн.

– Спасибо, Брайан, я и сама не умела разобраться в своем сердце до сих пор…

– А сейчас? Что вы чувствуете?

Она помолчала, прежде чем ответить:

– Я… люблю… Пита…

Она жалобно улыбнулась, потом кивнула решительно и уверенно:

– Да, я люблю его по-настоящему, как и должна жена любить мужа: всей душой и всем сердцем!

– Я верю, что ваша сестра благословляет вас с небес… – осторожно заметил Брайан. – А когда вы это поняли? Только сейчас?

Фло задумалась.

– Нет. Это произошло постепенно… Я не сразу поняла, что ревную Пита к Джине. А когда Пит стал ревновать меня к Роберту, мне это казалось такой бессмыслицей, что я только смеялась! Наверное, Пит что-то видел в Роберте, чего я не замечала. Признаться, мне даже нравилось его ворчание, оно меня забавляло. Какая же я была глупая! Но после пиратской вечеринки Пит вдруг объявил, что решил дать мне свободу, а мальчику будет помогать, оформит опекунство и тому подобное.

– Что-то случилось?

– Я не знаю. Но меня это обидело! Меня обидело то, что он хотел мне сделать больно… Потом я поняла, насколько больно было ему самому, и попросила прощения, мы даже обнялись, и на груди у него было так уютно, так хорошо… А когда Роберт схватил меня за руку и с сумасшедшим блеском в глазах стал описывать мне наше будущее, я вдруг поняла, что ничего этого не хочу, что мне нужно будущее только с Питом, что я давно уже люблю его, хотя сама и не замечала этого… Я рассказала Питу о разговоре с Робертом, и когда началось следствие, он потребовал, чтобы я во всем призналась…