Престол Элдрейна: На неведомых дорожках - Кейт Эллиотт

фонарик походил на увеличенный цветок с лозы, с лепестками, горящими белым пламенем. На границе света показался всадник на коне, но его черты, скрытые тенью, невозможно было разобрать.

— Постой! — голос Кадо раздался вдалеке слева, совсем не там, где было слышно Тита, словно при выходе из портала отряд разбросало в разные стороны. — Сериз? Эловен? Роуэн?

— Я здесь! — отозвался Уилл. — Тит, подожди нас!

Слева возник пузырь жёлтого света, осветив сказительницу. Оглядевшись по сторонам, она обнаружила двух девочек совсем рядом с собой. Пузырь начал расти, пока не засиял над окрестностью, подобно полной луне. Уилл обнаружил, что стоит на краю той самой прогалины из видения. Позади них вздымалась стена дремучего леса, на опушке которого, наполовину скрытый из виду, тускло мерцал портал. Его свет и форма были столь неразличимы, что Уилл запросто мог бы спутать его с магическим поблёскиванием паутины, зависшей в воздухе. Впереди возвышался курган, а за ним текла река.

Тит направил лошадь к кургану и его обелискам-близнецам. — Там в лесу что-то движется!

— Не ори ты так, дурачина, — шикнула на него Эловен. — Крики привлекают хищников.

— Тит! Берегись! — завопил Кадо.

Его дальнейшие слова потонули в оглушительном треске, с которым крупное существо продиралось сквозь чащу. Из-за деревьев, словно пущенный из арбалета, выскочил дрейк величиной с лошадь. Схватив Тита когтями за оба плеча, он стащил его с седла. Тит закричал, пытаясь вывернуться из хватки чудовища, которое, захлопав кожистыми крыльями, устремилось ввысь.

Дюжий взмыл в воздух, неся на спине Кадо. Стрела, выпущенная Сериз, отскочила от чешуйчатой спины дрейка. Дюжий взлетел над ним, а затем камнем упал вниз, пытаясь выцарапать дрейку глаза, в то время как Кадо ткнул его копьём в уязвимое горло. Под их совместным натиском дрейк решил, что с него довольно. Взревев, он выпустил Тита и кинулся искать убежища под сенью ближайших деревьев.

Тит упал в грязь, перекатился, и, упёршись рукой в землю, встал на колени, пытаясь оправиться от пережитого падения.

Остальные столпились вокруг него. Уилл спрыгнул с коня и помог другу подняться на ноги. Оба судорожно хватали ртом воздух, кровь пульсировала в ушах, а тело тряслось от нахлынувшего адреналина. Наколдованный свет померк, и поляну вновь окутал зловещий полумрак, хотя теперь Уилл мог различить силуэты окружающих деревьев.

— Добро пожаловать в Дебри, — сказала Эловен. — Для сборища новичков вы показали неплохую командную работу. Хотя всё прошло бы не столь гладко, не будь с нами Дюжего.

Роуэн утёрла пот со лба. — Что это была за тварь? — требовательно спросила она.

— Дрейк, — ответила Сериз. — Точь в точь такой, как нарисован в наших книгах.

— Да нет же, я про тень, которую видела у кургана. Было похоже на всадника с конём.

— Я тоже его видел, — сказал Уилл, тревожно поглядывая в ту сторону. — Но теперь он пропал.

— Я ничего не видела, — отрезала Эловен.

Дюжий шумно приземлился, напугав лошадей. — Все целы? — спросил Кадо. — Тит, ты не ранен?

— Я в порядке, — ответил Тит с толикой раздражения, или, скорее, смущения из-за того, что его застали врасплох. — Почему мы очутились здесь ночью?

— Портал отправил нас далеко на запад. Здесь рассвет ещё не наступил, — Эловен указала на восток, где небо постепенно светлело, окрашиваясь в розоватую серость предрассветных сумерек. — Две версии, которые мы обсуждали во время нашего путешествия…

— Часами напролёт, — пробормотала Роуэн.

— …по-прежнему кажутся мне наиболее правдоподобными. Либо сам Верховный король, либо его останки спрятаны где-то рядом с этими обелисками.

— Останки? — нахмурившись, переспросил Кадо. — Обязательно говорить о таких вещах при детях?

— Мы уже не дети! И мы вовсе не наивные! — огрызнулась Роуэн, и Уилл был рад, что она вмешалась так скоро.

Эловен кивнула. — Девочка права, Кадо. Это не прогулка в саду. Мы не должны притворяться, что всё закончится хорошо, когда Верховный король вполне может быть уже мёртв.

Эти слова причиняли боль, но Уилл знал, что нельзя спрятаться от неприглядной правды. — Давайте придерживаться того, что нам известно, — предложил он. — Как мы собираемся искать оленя?

— Видение показало нам оленя у подножия кургана и солнце, встающее между двух обелисков. Если мы будем на поляне в момент восхода, олень сам выйдет к нам.

— Откуда вам известно, что нужный восход настанет именно сегодня? — спросил Уилл.

— Разве я уже не объясняла? Эта пара обелисков установлена так, чтобы восходящее солнце светило точно между ними только в день зимнего солнцестояния. Обелиски обозначают границу сердца Дебрей, древней столицы эльфийских владений. Существует ещё три пирамиды, подобные этой, каждая — со своей парой обелисков на вершине, высеченных из разных материалов. Зимние обелиски вырезаны из кости. Другие пары отмечают восход солнца во время летнего солнцестояния, а также весеннего и осеннего равноденствия.

Уилл уставился на неё, открыв рот от изумления. — Вы и впрямь так много знаете.

— И ты можешь стать таким же, юноша, если хорошенько постараешься и завоюешь рыцарский титул Вантресса, как делают все достойные люди.

Кадо закашлялся.

С ухмылкой она повернулась к нему. — Сомневаюсь, что даже тебе, Кадо, доводилось стоять на берегу реки, окружающей сердце Дебрей. Немногим людям посчастливилось увидеть её, и лишь единицы из них до сих пор живы, чтобы поведать об увиденном. Тем не менее, вот мы здесь.

— Как ты верно подметила, лишь единицы до сих пор живы, чтобы поведать об увиденном, так что я, пожалуй, вернусь к караульной службе, — ответил Кадо. Взмахнув могучими крыльями, Дюжий поднялся в небо и принялся лениво описывать круги над поляной.

— На солнцеворот светило движется медленно, — сказала Эловен. — Пока мы дожидаемся рассвета, у вас, юнцы, есть редкая возможность приобщиться к древнему великолепию и удивительным загадкам, которыми наполнено сердце Дебрей. В старости вам будет чем похвастаться, если, конечно, кто-нибудь из вас доживёт до старости. Глядите!

Она сотворила ещё один пузырь света. Движимая её магией, яркая сфера проплыла мимо кургана и озарила речную отмель. Там стояли рядом два моста: один был высечен из нефрита, другой — из обсидиана. Выгибаясь над водой, они вели к туманному берегу, который невозможно было разглядеть, поскольку его скрывала завеса плотнее сумрака.

— Нельзя увидеть сердце Дебрей, пока не перейдёшь на ту сторону, — печально сказала