Любовь на Рождество - Лесия Корнуолл

Пенелопа раздраженно бросилась на постель.

– Закон, по которому шотландки могут выходить замуж только за шотландцев, а англичане – жениться только на англичанках! – Пенелопа вытерла глаза квадратиком тонкого ирландского полотна с вышитой монограммой.

– И как же тогда быть с тобой и Ианом? – невозмутимо осведомилась Марджори.

Пенелопа всхлипнула.

– Ой… Об этом я не подумала.

Марджори взяла щетку для волос, глядя на отражение дочери в помутневшем от времени зеркале.

– Тогда о чем же ты думала? – спросила она. Иногда любые объяснения из Пенелопы приходилось вытаскивать словно клещами.

– Ты знала, что она… то есть леди Алана… обручена с маркизом Мерридью?

У Марджори приоткрылся рот. Она уставилась на дочь.

– С Уилфредом Эсмондом? С тем самым Мерридью?

– А ее сестра замужем за графом Россингтоном.

Это известие удивило Марджори сильнее, чем предыдущее.

– За Китом? А я и не знала, что он женился.

– Да, женился. А ее брат, шотландский граф, женат на сестре графа Сомертона.

Марджори отложила щетку, обернулась и с недоверием воззрилась на дочь.

– Но ведь Шарлотта Сомертон – моя близкая подруга! А она об этом ни словом не упоминала.

– Да еще сама она будет маркизой – эта бродяжка, которую притащили сюда в метель, завернутую в плед! Это унизительно, – плакалась Пенелопа, утирая глаза.

Марджори растерянно моргала.

– Неплохие связи у этой бродяжки.

– Если мы когда-нибудь встретимся в Англии, по положению она будет выше меня. А ее сестра, графиня, будет мне ровней. Эти сестры украли лучших джентльменов Англии прямо у нас из-под носа!

Пенелопа скрутила платок так свирепо, словно шею Аланы Макнаб. Марджори поспешила спасти тонкую ткань, пока дочь не разорвала ее. Поднявшись, Пенелопа принялась вышагивать по комнате.

– Леди не вышагивают из угла в угол, – напомнила Марджори.

Пенелопа замерла на месте и мятежным жестом скрестила руки на груди.

– Хотела бы я знать, как Уилфред познакомился с сестрой шотландского графа, – размышляла вслух все еще ошеломленная Марджори. – С какой стати ему жениться на ней? Интересно, его мать об этом знает?

– А какая разница? – удивилась Пенелопа.

Марджори придирчиво изучала свои холеные ногти.

– Возможно, Уилфред приедет сюда за невестой. Было бы славно вновь повидаться с ним. Когда-то мы с его матерью были близкими подругами. – На самом деле – заклятыми врагами и соперницами. – Мы с ней и Шарлоттой Сомертон начали выезжать в свет в одном и том же году. Шарлотте достался Сомертон, Джейн вышла за отца Уилфреда, герцога Лайалла, а я – за вашего отца, – Марджори скривила губы. Олдридж был красивейшим из мужчин, каких она когда-либо видела, и вдобавок самой обаятельной и лакомой добычей светского сезона. А Лайалл и Сомертон, несмотря на состояние и титулы, производили впечатление заурядных и нудных толстяков. Тем вечером, когда Марджори приняла предложение очаровательного молодого красавца Олдриджа, она думала, что победила в игре «Сделай самую лучшую партию». Но Олдридж за несколько коротких лет промотал ее приданое и умер, не оставив ей ничего. И вот теперь ее дочери приходится выходить за шотландца, а какой-то приблудной девчонке досталась на брачном рынке намного более завидная добыча.

– Почему я не могу стать маркизой? – захныкала Пенелопа.

– Ты станешь графиней, дорогая, – заверила Марджори. В отсутствие приданого Иан – самое большее, на что могла рассчитывать Пенелопа. Но теперь ее дочь вряд ли удовлетворится шотландцем, зная, что Алана Макнаб отвоевала титул маркизы.

– А она когда-нибудь будет герцогиней!

Марджори задумалась, потом заметила, что сама нервно скручивает платок, и бросила его на туалетный столик. Она не стала напоминать дочери, что леди Алана пока что всего лишь сестра шотландского графа. Обручиться не значит выйти замуж. Марджори сжала в ладонях мокрые пальцы Пенелопы.

– Ступай переодеваться к ужину, дорогая. Если не ошибаюсь, леди Алане уже гораздо лучше, так что сегодня вечером она присоединится к нам. Мне не терпится познакомиться с ней. Вот уж не думала, что она достойна моего внимания.

– А она достойна?

Марджори улыбнулась.

– О да! Теперь – да. Надень сегодня вечером голубой шелк.

Она проводила дочь взглядом и повернулась к своему секретеру.

Глава 18

– Ну что, добыла ее волосы? – Элизабет бросилась к Фионе, едва та вошла в библиотеку.

Фиона прикусила губу.

– Сняла несколько волосков с ее гребня, – она раскрыла ладонь, и Элизабет прищурилась, разглядывая тоненькую прядь. На волосах играл медный отблеск свечей.

– Так мало, – заметила Элизабет.

Фиона на всякий случай снова сжала кулак.

– А ты думаешь, сколько нам надо? Больше я все равно не могла достать, разве что выдернуть у нее. Но она такая добрая… я просто не смогла, – и она пригладила новую прическу.

Элизабет со вздохом вытянула из кармана пучок сухих трав.

– С тремя волосками будет непросто.

– А может, лучше не надо? Что, если к Рождеству и вправду приедет ее истинная любовь? – спросила Фиона.

– И что? – Элизабет недоуменно заморгала.

– Он же маркиз! Английский маркиз, – прошептала Фиона.

У Элизабет округлились глаза.

– Правда? Как же это ей… – Она осеклась. – Ну, тогда он прискачет, как рыцарь, на белом коне, в сверкающих доспехах, и сразу подхватит ее на руки!

– По такому снегу лучше скакать на шотландском пони и надеть что-нибудь потеплее доспехов, – возразила Фиона.

Элизабет скрестила руки на груди и проницательно уставилась на кузину.

– Например, плед цветов Макгилливрея и носовой платок?

Фиона возмутилась.

– Иан вдвое лучше любого маркиза!

– Он всего лишь граф, – напомнила Элизабет. – С другой стороны, какая разница? Если что-то имеет значение, так это судьба и настоящая любовь. Неужели тебе не хочется узнать? – Она жестом попросила отдать ей волоски, и Фиона разжала пальцы.

– Только смотри не урони, – предупредила Фиона, затаив дыхание.

Они так увлеклись, перевязывая волосками пучок трав, что не слышали, как в комнату вошла Энни, и вздрогнули от прозвучавшего над ними голоса:

– Что это вы тут затеяли?

Элизабет взвизгнула, вскинула руку, и пучок трав взлетел в воздух. Энни ловко поймала его.

– Что такое? Снова чары? – Она поднесла травы к носу и принюхалась. – Те же самые, как и прежде.

– Это не для нас, Энни, а для…

Энни скрестила руки на груди.

– Для Иана и девчонки наверху. Вы хотите узнать, вправду ли ваши чары привели ее сюда, к нему.

– Или проверить, женится ли он на Пенелопе, – добавила Элизабет.