Истинные боги - Михаил Старинов

Пленниц разглядывали со всех сторон, просили немного пройтись и поклониться. Хотя язык был совершенно непонятен, но жесты, интонация и громкий свист, сопровождающий показ, были достаточно красноречивы. Драгоценные камни и старинные золотые монеты лились рекой. Плату взвешивал пиратский банкир, низенький старичок с длинной седой бородой, на маленьких весах, сделанных из двух металлических чашечек.

Большие и страшные на вид цепи оказались в носке очень легкими и удобными, а солнце скрылось за небольшую тучку, так что стоять на помосте было совсем не жарко.

Эвелин покрутила головой. Хотя всех "ихних" мужчин заперли в трюме, на самый верхний ярус игра не распространялась и оттуда куча зрителей с большим интересом наблюдала за действием внизу. Эвелин даже показалось, что она видит отца, но с такого расстояния она могла и ошибиться.

Зато мама была рядом... И как была!

Пять самых симпатичных женщин - именно женщин, а не девушек - собрали под большим белым шатром в углу помоста и рассадили в красивые кресла, расположенные на разной высоте. А выше всех, в самом большом и роскошном, гордо восседала мама Вера, снисходительно глядевшая сверху на все происходящее безобразие. На ней было умопомрачительно красивое, очень легкое платье, с большим низким вырезом и редкой красоты украшения.

Около кресла стоял красивый низкий столик со сладостями и прохладительными напитками, и она время от времени с удовольствием прихлебывала из высокого бокала, покачивая длинной красивой ногой.

Наконец, дошла очередь и до них. Эвелин с Шарон вызвали у покупателей большой интерес, так что шуму заметно прибавилось. Оживленный торг выиграл щедрый бодрый старичок, который решил не мелочиться и купить обеих девушек сразу, расплатившись за них горстью драгоценных камней. Однако далеко их отвести он не успел.

Раздался громкий свист, и из-за шатра с криками вылетела живописная группа всадников. Впереди, размахивая кривой саблей, скакал юный предводитель.

Арбалет свистнул и короткая толстая стрела вонзилась их новому владельцу прямо в грудь, пробив тонкий нагрудник. Эвелин невольно ахнула. Одна из женщин, стоящая рядом, пронзительно вскрикнула. Старик медленно сполз вниз, его шитая золотом рубаха стала медленно окрашиваться кровью.

Вокруг слышались дикие крики, звон сабель и бухающие звуки выстрелов из огромных, неуклюжих ружей, стволы которых расширялись на конце, как дудки. Пираты дрались отчаянно, но силы были явно неравны и постепенно становилось ясно, что отряд освободителей, под предводительством красивого и стройного юноши в снежно-белом бурнусе неизбежно возьмет вверх.

Когда с верхнего яруса послышались громкие одобрительные крики, свист и аплодисменты, Эвелин поняла, что короткая схватка заканчивается. Красавец юноша спрыгнул с коня и отдал короткие распоряжения. Пленных пиратов тут же куда-то увели, а всех женщин освободили от цепей, раскланялись и объявили свободными. Короткий плен закончился, начинался большой карнавал.

ГЛАВА 6

1

- Первые симптомы мы заметили давно, но каюсь, не придали им должного значения. Это целиком моя вина, - старший наблюдающий врач ген-центра Виера покаянно качнула красивой головой. - Но так не хотелось верить в плохое... Еще чашечку?

Олвин согласно кивнул.

- А вам, Пол?

- Нет, спасибо. Мне лучше чаю.

Все, как местные старожилы, так и вновь прибывшие, сидели за широким столом в просторной кают-компании и чинно пили разнообразные напитки, по выбору. Кто витаминизированную воду, кто - сок, а кто - чай или кофе, с очень вкусными рогаликами. Сейчас здесь собрались практически все оставшиеся работники ген-центра, кроме немногочисленной дежурной смены.

- Вы же его хорошо знаете, - продолжила свой рассказ Виера. - Владимир Иванович всегда был с некоторыми странностями, а здесь его отшельничество только усилилось. Часто запирался в своей лаборатории, иногда даже оставался там на ночь. И постоянно отключал связь. Но никому и в голову не могло придти, что это начало болезни.

- И что оказалось в результате? Какой-нибудь местный вирус?

- Увы, тривиальное расщепление сознания. Конечно, это не трагедия, но в его возрасте... Здесь мы ничего не в состоянии сделать, возможна только консервация. Поэтому мы даем ему на ночь стандартные успокоительные и все. Необходим хороший стационар и лучше всего в метрополии.

- Надо же такому приключиться, - покачал головой Олвин и сокрушенно вздохнул. - Вот невезение! А я так обрадовался, когда узнал, что патриарх еще не улетел. Надеялся успеть немного с ним поработать.

- Вам не в чем себя винить, Виера, - решительно вмешался в разговор Ричард Брэдли, один из генетиков. Хару он сразу показался довольно неприятным типом и судя по всему, первое впечатление оказалось верным. Он не говорил, а декларировал, как будто все окружающие были полными идиотами. Одна Виера являлась для него приятным исключением.

- Вы только ассистент, принимать решение обязан был сам Саламбо. А не перекладывать свою ответственность на других!

- А он что, разве не дал никаких распоряжений перед отлетом? - Олвин откусил рогалик и с некоторым интересом посмотрел на размахивающего руками Брэдли.

- Как же! Прописал легкое успокоительное и велел ни в чем, видите ли, не противоречить больному, - Ричард скорчил презрительную мину и фыркнул. - Вот вы сами и убедились, к чему это привело! Нет, чтобы сразу увести его с собой. Чертов перестраховщик. Хорошо еще, что так. А если бы он задел вас?

Хар вздрогнул и пролил чай. Все, кроме Брэдли, незаметно посмотрели в его сторону. Брэдли же широко осклабился и демонстративно уставился на Хара прямо в упор, вытаращив свои слегка выпученные глаза.

- Ричард, Саламбо здесь абсолютно не причем, - успокаивающе произнесла Виера, бросив в его сторону красноречивый взгляд и сразу вернув внимание Брэдли к себе. - Я сама уговорила мэтра позволить мне немного поэкспериментировать. Дело в том, что у нас накопились довольно интересные наработки, - теперь она уже обращалась к Олвину. - Я вам обязательно покажу. Я получила официальное разрешение. Кто же знал, что все так закончится...

- Отрицательный результат - тоже результат, - примирительно произнес Олвин.

- Все сумасшедшие в своем роде ужасные хитрюги, - вмешался в разговор Жак Превер, начальник местной охраны. - А этот, к нашему несчастью, вдобавок еще и гений. Он ухитрился потихоньку синтезировать какой-то препарат, полностью блокирующий действие успокоительного и таким образом надул и мониторы, и живых наблюдателей. И заранее припрятал карточку-ключ. А мы решили, что он ее потерял. Как же! Не знаю, что случилось с его мозгами, но свои профессиональные навыки он явно не растерял.