По правилам настоящего мужчины - Диана Рейдо

Кажется, на этот раз она действительно влипла…

Ей предстоит добиться желаемого – или лишиться почти всего. Лишиться авторитета и доброго имени в рекламном бизнесе. Лишиться уважения сотрудников и престижного положения в глазах конкурентов. Лишиться грядущих прибылей. Лишиться доверия отца и почтения со стороны брата. Лишиться уважения к самой себе – и это, пожалуй, будет похуже всего остального.

Другими словами, мысли, которые посещали Бренду в самом начале этой истории, подтвердились. У нее не было пути назад. У нее не было возможностей и поводов для отступления. Она должна была сыграть последнюю партию и при этом выиграть.

Двух мнений тут быть не могло.

14

На столе у Бренды царил непривычный для нее порядок. Ни груды журналов, буклетов и рекламных проспектов, ни документов, ни распечаток факсов и электронных писем. Девственно чистый стол. Кроме монитора, клавиатуры и компьютерной мышки, на нем сейчас находились лишь высокий стакан с дымящимся карамельным латте, еще стакан, наполненный шоколадным драже, лист бумаги и перьевая ручка.

Гленн было велено ни с кем Бренду не соединять, ни по каким вопросам не тревожить, ни в коем случае не отвлекать. Исключение могло быть сделано лишь в том случае, если откуда-нибудь взявшиеся террористы угрожали бы взорвать офис или захватить заложников из числа ее сотрудников. Бренда, конечно, от всей души надеялась, что ничего подобного не произойдет.

Она отхлебнула любимый латте, зачерпнула горсть шоколадных драже, бросила в рот небрежным движением.

Правда, шоколад, как ни странно, не помогал Бренде получить необходимую долю глюкозы и сосредоточиться. Мозг не желал концентрироваться ни на чем, кроме первых желтых листьев, появившихся на деревьях за офисным окном. Это не вдохновляло Бренду, а только расхолаживало.

Впервые приближающаяся осень не оказала на нее мобилизующего действия. Бренде хотелось всяких глупостей. Пинать бронзовые листья, неспешно гуляя по дорожкам центрального парка с любимым мужчиной, держаться с ним за руки, ощущая на лице первые капли дождя. Просидеть вдвоем в кафе над чашечками эспрессо и проговорить несколько часов кряду, забыв о мороженом, пироге и прочих лакомствах. Купить или даже связать своими руками колючий шерстяной шарф, чтобы он согрел любимого в предстоящие холода, случись такие в Нью-Йорке осенью…

Бренда не понимала, что с ней творится. Не могла она и сосредоточиться на работе.

Прошло несколько часов. Бренда рассеянно придвигала к себе белоснежный лист бумаги и отодвигала обратно. Лист так и оставался белоснежным. Она снимала колпачок с ручки, заносила ее над бумагой, но при этом не делала ни единого движения, ни малюсенькой записи.

Гленн осторожно постучалась в дверь кабинета Бренды.

– Я только хотела сказать, что ухожу… Я все сделала. И все остальные уже ушли… Уже поздно. Может быть, вы…

– Что-нибудь важное было? – рассеянно спросила Бренда.

– Нет, не было. Пока все относительно тихо, я даже удивляюсь.

– А срочное?

– Не было.

– Вот и замеча…

– Да, вам звонил некий Патрик. Настойчиво пытался связаться с вами.

– И ты не соединила.

– Да, ведь вы велели никого с вами не соединять.

– Правильно. Он мог позвонить на мобильный…

– Я тоже так ему сказала. Сказала, что если ваш уровень знакомства позволяет ему требовать разговора с вами, то он вполне способен позвонить вам на мобильный. Однако он сказал, что вы не отвечаете по мобильному уже второй день.

Бренда охнула. Действительно! Накануне она, явившись в офис утром с твердым намерением целиком посвятить себя работе над проектом Лэнгдона, недрогнувшей рукой отключила мобильный телефон. Конечно, она собиралась включить его снова по истечении рабочего дня. Но напрочь об этом забыла. После напрасного мозгового штурма Бренда устало, на автопилоте покатила домой. Приехав, приняла душ, вытащила шпильки из прически и без сил повалилась на кровать.

А утром она, сжав зубы и изобразив бодрую улыбку на лице, вновь поскакала в офис. Там, не желая терять кучу времени на то, что сейчас для нее было несущественно, Бренда и попросила Гленн добыть для нее кофе и ни с кем не соединять, ни о чем не докладывать.

Значит, Патрик звонил ей… Интересно, он тоже был занят сверх всякой меры? Или же просто выдерживал приличествующую случаю паузу? Вроде того, что после секса или после первого свидания должно пройти не меньше трех дней, прежде чем будет приличным и оправданным позвонить? Странно, Бренда думала, что Патрик менее других подвержен влиянию подобных условностей.

Но именно три дня они и не разговаривали. В воскресенье вернулись из Лос-Анджелеса и Патрик подбросил Бренду до дома на такси. В понедельник она связалась с Лэнгдоном и провела вечер неподобающим, возмутительным образом. Во вторник она завтракала с папой, после чего разгребала в офисе кучу срочных и неотложных дел и вопросов. Явившись утром среды на работу, Бренда решила, что сейчас для нее есть только одно неотложное дело. И отключила мобильный. И забыла включить. А сегодня четверг, и Патрик звонил ей. Интересно, чего же он хочет?

– Ладно, Гленн, ты можешь идти, – вздохнув, произнесла Бренда. – Я сама с этим разберусь.

– Конечно, если бы вы сказали мне, что это важный звонок…

– Ничего, – прервала ее Бренда, – иди.

Гленн огорченно вздохнула. Ее пухлые щечки начали казаться еще более круглыми, отчего она стала похожей на прелестного хомячка. Выйдя из кабинета, Гленн плотно прикрыла за собой тяжелую дверь с узорным стеклом, а Бренда потянулась к сумке и выудила оттуда злополучный телефон.

Оказывается, она отключила только звук, а не сам телефон. На экранчике значились десять непринятых вызовов и одно сообщение. В сообщении настоятельно указывалось, что следовало бы пополнить баланс. Потом, рассеянно подумала Бренда и сообщение удалила.

Один звонок был от Мэгги, подружки Бренды по университету. Все остальные звонки – от Патрика. Патрик начал звонить ей в среду вечером и закончил в полдень четверга. Видимо, отчаявшись дождаться, пока Бренда ответит на его звонки, он нашел в Интернете информацию о ее компании и позвонил прямо в офис.

Бренда хмуро смотрела на телефон перед собой. У нее не было сейчас времени на лишние разговоры и сантименты. Однако не перезвонить Патрику было бы невежливо. И с Мэгги поговорить, конечно, необходимо. Может быть, у нее что-то случилось. Они не общались целую вечность.

Бренда вызвала номер Мэгги, отложив Патрика на потом.

– Алло? – ответила та после первого же сигнала. – Где ты пропадаешь?

– Привет, – улыбнулась Бренда. – Знаешь, масса дел, прости.