Демоны - Джон Ширли

Нервный срыв не заставил себя ждать. Но я провел в больнице всего лишь три месяца. Я отказался от лекарств сразу же в день выписки. Просто я научился затыкать уши, не слышать стонов мира. Умерщвлять свою чувствительность. Засыпать.

И чаще всего мне это удавалось. Почти всем нам это удается. Этому нетрудно научиться.

А потом небо набухло тучами, и тучи нависали все ниже, пока не прорвались семенами Семи Кланов…

7

Когда это было – три дня назад или четыре? После всего, что произошло, причем настолько быстро, после всех этих перелетов через несколько часовых поясов – я не могу вспомнить.

Несколько дней назад, проснувшись, я услышал, что Мелисса с кем-то разговаривает. Это не было похоже на то, как она говорила с котами.

Я выпрыгнул из постели, испугавшись, что к нам кто-то вломился, и нашел ее в гостиной – она говорила по сотовому телефону, которого я до сих пор не видел. Она смотрела на рисунок, над которым я работал… работал, и работал, и работал, переделывая его снова и снова.

– Нет, я думаю, это оно. Приезжай и посмотри сам. Нет, серьезно. Хорошо. – Она нажала отбой, повернулась и увидела меня, воззрившегося на нее.

– Откуда ты взяла этот телефон?

– Его мне дал Ньерца. Просто до сих пор в нем не было надобности. Они дали его мне на случай, если произойдет что-нибудь особенное. Мы ведь находимся здесь ради тебя – не меньше чем ради чего-либо еще. Они чувствовали, что тебе необходимо пристанище, какое-нибудь знакомое место, где бы ты смог чувствовать себя уверенно, чтобы… – она указала на рисунок, – чтобы нарисовать вот это, так мне кажется. Скоро они будут здесь. Мне нужно помедитировать. Посиди тут, ладно?

– Но…

Но больше она ничего не пожелала сказать и не выходила из своей комнаты до тех пор, пока они не прибыли четырьмя часами позже, на том же вертолете, на котором улетели.

Ньерца и Пейменц вошли в гостиную, осматриваясь вокруг, как мне показалось, с чувством облегчения. Каким бы он ни был неопрятным и эксцентричным, все же это был дом. Интересно, подумал я, в каких условиях им приходилось жить с тех пор? Оба они выглядели изможденными; на Пейменце была та же самая одежда, в которой я в последний раз его видел. Он обнял Мелиссу, потряс мою руку, поприветствовал котов; Ньерца же стоял у маленького деревянного столика, за которым я рисовал, разглядывая один из моих рисунков.

– У вас было достаточно еды? – спросил Пейменц.

– Вполне, – ответил я. Учитывая, что снаружи время от времени наступал настоящий голод, было бы ребячеством сетовать на невысокое качество пищи. Нам повезло, что у нас вообще было что есть.

– Там, кажется, какой-то труп на крыше, – сказал Пейменц. – На нем сидели птицы, так что трудно сказать, но такое впечатление, что его… нарезали кусками.

– Да. Там, наверху, был Придурок, но он не стал приближаться к Мелиссе. Тот парень, что на крыше, должен был тем или иным способом добраться до нее. У него не вышло, и…

– Еще были нападения со стороны людей? – спросил Ньерца, поднимая голову от столика.

– Одно. Спровоцированное, как это ни странно, через Интернет – у одного парня была прямая линия с демонами.

– Не так уж и странно, – сказал Пейменц, устало садясь на подлокотник кресла. – Им очень нравятся игры с Интернетом. – Он криво усмехнулся. – Зубачи, например, проявляют настоящую приверженность к масс-медиа. Подозреваю, что скоро они подпишут контракт с фирмой «Вильям Моррис» [33].

Я был совершенно уверен, что он шутит. По крайней мере относительно Вильяма Морриса.

Ньерца посмотрел на меня, и я понял: он хочет, чтобы я подошел к столику.

– Да?

– Вот этот рисунок, Айра. Вы… вы знаете, что это за город?

– Нет. Подозреваю, что я просто выдумал его.

– Ошибаетесь. Все это время мы обследовали американские города. Это, несомненно, Детройт. Вот этот символ, вот здесь – что он означает? Я где-то видел его, но подобные тайные знаки не по моей специальности.

– Это астрологический знак планеты Сатурн. Не знаю, почему я нарисовал его здесь. Мне просто показалось, что это правильно.

– Мы сейчас же отправимся туда, в эту часть Детройта – и выясним все сами. Вы были избраны в качестве переводчика, Айра. Вас вела Душа Солнца – Золото в Чаше. Оно пребывает в Мелиссе, но временами говорит и с вами. Пойдемте – на крыше…

– Подождите, – сказала Мелисса, вскинув голову и словно прислушиваясь к чему-то, слышному только ей. – Мне кажется, надо взять с собой немного бульона.

Ньерца удивленно посмотрел на нее.

– Бульона? У меня есть доступ к правительственным запасам продовольствия. Мы не нуждаемся…

– Бульон. Я где-то видела консервы с куриным супом. Я налью его в термос.

Пейменц посмотрел на Ньерцу и пожал плечами.

Сначала нас ждал короткий, выворачивающий внутренности стремительный вертолетный рейс до частного аэродрома в эвкалиптовой роще в округе Марин, за ним последовал не менее стремительный, но уже более комфортный перелет на частном реактивном самолете до Детройта. Полет все не кончался; я чувствовал себя дезориентированным, потрясенным. Мелисса попросту спала. Пейменц не отвечал ни на один из моих вопросов. «Давай сначала посмотрим», – вот и все, что он соизволил мне сказать.

Моросящий вечер в пуленепробиваемом лимузине. Объезжая брошенные посреди шоссе машины и обломки разрушенных зданий, наш автомобиль приближался к заброшенному нефтеперегонному заводу на окраине Детройта. С деревьев, росших рядом с дорогой, спрыгнул Молольщик и поскакал к нам, каждым приближающимся прыжком заставляя мое сердце бухать все громче. Лимузин со скрежетом остановился – Молольщик блокировал нам дорогу в сотне футов впереди. Когда он, пыхтя, начал приближаться к нам, Ньерца сказал:

– Жмите на газ – поезжайте прямо на него!

Водитель – тот самый Мимбала, который вел вертолет – с сомнением покачал головой, но повиновался. Он запустил мотор, и мы с ревом понеслись на Молольщика – который прыгнул прямо в воздух за какое-то мгновение до того, как мы должны были в него врезаться. Я не видел, как он приземлился после первого прыжка, но несколькими секундами позже демон был уже на расстоянии, большими скачками удаляясь прочь.

Я заметил тень Крокодиана, колыхавшуюся над обочиной дороги, словно он «вел» нас сверху; меньше чем в четверти мили позади за нами плыл по воздуху Паук, словно пух какого-то адского одуванчика. Но ни один из них не осмеливался приблизиться.

Снова Мелисса и Золото в Чаше.

Пейменц, подсвечивая себе фонариком, рассматривал мой рисунок, сравнивая его с картой местности. Он указал на отходящую от шоссе гравийную дорогу; она была перегорожена стальными воротами, закрытыми на цепь.