Последний полёт "Баклана" - Сергей Калашников

Иногда, даже отправлялись группы поселенцев. Но делалось это уже спокойно и планомерно, и, как правило, преследовало в первую очередь цель избавить Земное сообщество от тех, кто в силу каких-то причин мешал планам руководства. В первую очередь — от осуждённых, для которых даже была предусмотрена такая мера наказания, как ссылка на поселение. Естественно, планеты для этого избирались не самые безопасные. В ряде случаев Земной администрации удавалось переправить в отдалённые миры целые группы представителей неудобных политических течений или сект, которые мешали осуществлению их планов.

Расселение нашего биологического вида по галактике приобрело несколько хаотический характер, отмечались и случаи, когда с какой-то из заселённых планет люди осваивали новую. Некоторые заявляли о своём суверенитете, иные даже самоизолировались. Никакого воздействия на это с материнской планеты почти не ощущалось. Огромные расстояния превращали межзвёздную торговлю в дело практически не выгодное, а вместе с этим сводили к нулю материальную заинтересованность в общении. Соответственно, никакой планомерности в этом процессе не было.

Потом произошли события в результате которых человечество снова консолидировалось. Обнаружилась внешняя угроза, что привело к формированию военно-космических сил и в течение примерно столетия на периферии зоны колонизации велись боевые действия. В их процессе были наконец-то пересчитаны заселённые людьми планеты и с большинством из них налажено регулярное сообщение. Тогда же обнаружили и носителей иного разума.

Оказалось, что с этими самыми чужаками можно мирно ужиться, потому что воевать невыгодно ни одной из сторон. Важным моментом этого этапа явилось появление у наших предков боевых кораблей и формирование их соединений большинством сообществ, имевших для этого техническую возможность. До Касситской войны люди не занимались космическими вооружениями. Во всяком случае, это не носило систематического характера.

После завершения этого конфликта никаких изменений в размещении представителей нашего биологического вида в пространстве, также, не произошло. Но началось формирование межпланетных империй. Содержание космического флота требует значительных расходов, и освоенные планеты, расположенные относительно друг друга на расстоянии одного перехода начали искать возможность содержать флот вскладчину.

Потребные для обеспечения функционирования и совершенствования военно-космических сил объёмы ресурсов оказались столь значительными, что без управления ими из единого центра ничего толкового просто не получалось — одно сплошное казнокрадство. И все союзы, федерации, альянсы и прочие варианты взаимодействия планет постепенно выродились в централизованные структуры, именуемые сейчас империями. Или рассыпались, и их части вошли в другие империи. Или развалились, но были собраны волей отдельного человека опять же в форме империи. То есть монархии с наследственной передачей власти.

Таково положение дел в настоящий момент. Известно несколько таких империй и ряд независимых планет, одна из которых — Земля.

Раомина снова оглядела аудиторию и убедилась в том, что время урока истекает. Кажется, она никого не перегрузила. Пора закругляться.

— Вот, в самом общем виде, история колонизации людьми пригодных для жизни планет. Эти почти два тысячелетия проб, ошибок, озарений и досадных промахов мы будем изучать поэтапно. Именно тогда Вы и зададите мне возникшие у Вас вопросы, — среагировала она на поднятые руки. — Потому что ответ на любой из них может потребовать времени, отведённого для целого урока. А может быть, готовясь рассеять Ваши сомнения, мне предстоит изучить целый пласт документов и пересмотреть свою позицию. Урок закончен. Все свободны.

Глава 15 Тихие семейные радости

После первого проведённого в школе урока Раомина сразу почувствовала себя своей в этом незнакомом пока мире. Взгляды встречных стали узнавающими. Такой, знаете ли, жест веками — короткий захлоп. "Я тебя знаю" — вот что он означает. А потом увидела в кафе, как бармен в паузе между обслуживанием посетителей просматривает запись её выступления. Стало любопытно. Это что? Все интересуются историей? Или новый обитатель маленького поселения вызывает всеобщее любопытство?

Подготовка к следующим трём занятиям поглотила массу времени. Ей предстояло осветить чисто технические вопросы: преодоление гравитационного колодца населённых планет, проблемы межпланетных внутрисистемных полетов, и рассказать о межзвёздных переходах. Потому что без понимания реальных возможностей летательных аппаратов невозможно разобраться и в следствиях имеющихся ограничений. Аналогии с наземным транспортом только замутняют сознание, превращая межпланетное пространство в воображаемый сказочный мир неограниченной свободы. Хотя, на самом деле всё наоборот. В этой беспредельной пустоте любое неверное действие чревато смертельной опасностью. Эту простую мысль следовало намертво вколотить в юные головы школьников.

В городке — комплексе крупных зданий, связанных системой крытых переходов, она уже освоилась. Здесь было бы легко заплутать, если бы не указатели и планы, развешенные в коридорах и на лестничных площадках. Научилась и обращению с дверями, заторможенными демпферами, иначе сквозняки превращали их в достаточно опасные объекты. Разобралась и с системой оплаты, чуть специфической, поскольку основана на кредите для семьи, пользующейся общим счётом.

Емля испытывает настолько существенный недостаток имперских денег, что цифры на счетах имеют отрицательные значения, которые уменьшаются по абсолютной величине по мере того, как начисляется заработная плата, или что-то продаётся. Банковский процент при этом чисто символический. Раомина, устроившись в кафе у окна, потягивает драгоценный компот из вяленой земляники и внутренне ухмыляется. Ведь, если следовать формальное логике, уплата налогов должна улучшать финансовое положение таких плательщиков, хотя, конечно это не так. Казна граждан не обогащает — у неё другие задачи. Несправедливо. Но такова практика.

Окна, через которые можно смотреть, тут редкость. Светозаборников, светопроводов и рассеивателей — сколько угодно. Или жалюзи из прозрачного пластика, дробящих изображение на полоски. А вот тут — настоящее окно, через которое виден тренировочный балкон. Отсюда удобно наблюдать за взлетами крылатиков. Емляне пользуются крыльями для перелётов. Она ещё не осваивалась со здешней махолётной техникой, некогда было. Но у Вира сегодня первый вылет.

Ага. А вот и он. Кажется, что можно разглядеть с такого расстояния? Но этого парня она всегда узнает. Похоже, втрескалась по уши. Точно. Она тогда была только что выкопана из каменного завала, ехала у него на спине, жестоко страдала от боли и как раз влюбилась в этого кряхтящего, пахнущего потом мужчину. А сейчас он летит. Спрыгнул с балкона и машет крыльями, силясь удержаться от снижения. Натужно, неуклюже и со сносом вправо. А что вы хотели? Больше года перерыв. И вообще, за счёт мышечной силы ничего кроме простого полёта не добиться. Долететь и сесть. Мощности для всяких фигур заведомо недостаточно.

Когда этот человек вошёл в кафе, сомнений в том, кого он разыскивает, не возникло. Махнула рукой.

— Привет, Герти! Отлично выглядишь.

— Тут приходится держать себя в форме, — мужчине на вид лет шестьдесят. Он массивен, но подтянут и строен.

— А ты бороду сбрил.

— На Емле все так поступают. Иначе замучаешься прилаживать маску. Так что волосы на лице в наших краях — излишество.

— Так ты тут настолько освоился, что считаешь себя своим? — Раомина приподнимает бровь.

— Не удивляйся, этот мир здорово затягивает. Если тебе придётся отсюда уехать, гарантирую, станешь скучать, — Герти уже накнопал заказ, и с нетерпением поглядывает на бармена, составляющего на поднос тарелки и вазочки. — Жутко проголодался в дороге.

— Значит, груз должностных обязанностей не давит твои плечи.

— Пост губернатора на Емле — занятие необременительное. Если не пытаться чего-то менять, конечно. Ты ведь недавно видела Жана. Он писал мне. И ещё он женился. Ты должна была встречаться с его избранницей. Как она тебе показалась?

— Отличный пилот. Увела "Баклана" от Затурна и наставила нос всему моего Величества императорскому флоту. А по жизни — не чересчур умная, избалованная, но честная девушка. Вменяемая, в общем. Они с Жаном могут долго оставаться вместе. А потом связи её семьи, сам понимаешь, нельзя сбрасывать со счетов. Ведь рано или поздно выяснится, что детки-то ихние — монаршата.

Заулыбались. Потом принесли еду и беседа прервалась. Мужчина заправлялся, а женщина смотрела, как Вир стартует повторно.