Единственная для темного капитана - Мира Никитина

Пока я отходила от первого впечатления, тетя уже мягко, но настойчиво вела меня ко входу. Нас встретил дворецкий в темно-зеленом фраке. Небольшого роста, сухощавый и седой, он имел полный собственного достоинства вид.

— Леди Бёрли ожидают вас и вашу спутницу в малой гостиной, леди Контело, — дворецкий слегка поклонился и пропустил нас в дом.

— Благодарю, Освальд, — кивнула ему тетя и направилась в указанную гостиную. Я шла за ней, тихонько озираясь по сторонам.

Внутри дом соответствовал своему внешнему великолепию. На стенах шелковые обои с диковинными узорами и картины, хрустальные люстры и светильники, мраморные колонны в холе и мебель красного дерева с позолотой. Красиво, но на мой вкус, слишком нарядно. Я предпочитаю очарование простоты.

Когда мы зашли в малую гостиную, небольшую, но светлую розово-зефирную комнату, нам навстречу поднялась высокая, подтянутая женщина с миловидным, но строгим лицом. Задержав на мне долгий оценивающий взгляд, она обратилась к тете, слегка обозначив на губах улыбку:

— Амелия, дорогая, я рада, что вы так быстро смогли принять мое предложение, — голос у нее был ровный и спокойный, а покровительственные нотки напомнили мне моих преподавателей в Академии.

— Луиза, как же я могла отказаться, — тетя прижала руку к груди и оглянулась на меня, — позволь представить тебе мою племянницу — леди Ювину Латимер.

— Приятно познакомиться с вами, леди Бёрли, — я сделала книксен и посмотрела на нее.

Леди Бёрли поприветствовала меня легким кивком головы и снова внимательно меня осмотрела. Кажется, она осталась довольна увиденным, поскольку лицо ее слегка оживилась, и она пригласила нас присесть на зефирные диванчики.

— Скоро должен подойти мой сын, он вынужден был отбыть по делам, — сказала леди Бёрли, вызывая служанку. Велев той подать чай, она снова обратила свое внимание нас:

— Амелия говорила, что вы закончили целительский факультет нашей Академии, леди Латимер?

— Да, это так, леди Бёрли.

— Это хорошо, — кивнула она, — полезный навык в будущей семейной жизни.

Я чуть не поперхнулась чаем, который успела отпить. Бросив на тетю затравленный взгляд, я тем не менее, твердо сказала:

— Я пока не задумываюсь о семейной жизни, леди Бёрли.

Тетя Амелия попыталась незаметно наступить мне кончиком туфли на ногу.

— Это вы зря, — леди Бёрли недовольно поджала губы.

А я снова почувствовала себя ученицей, которую отчитывает преподаватель за несданную домашнюю работу.

— Ювина очень скромная девушка, подобные темы вызывают у нее смущение. Вы не должны принимать ее слова всерьез, дорогая Луиза, — попыталась выйти из положения тетя.

Ее подруга немного просветлела лицом и посмотрела на меня с легким снисхождением.

— Конечно, я все понимаю. Скромность — главное украшение девушки и залог счастливой семейной жизни.

Вообще-то залог счастливой семейной жизни — любовь и взаимное уважение между супругами, подумала я. Но вслух, понятно, не стала ничего говорить.

Тетя и леди Бёрли принялись обсуждать навыки и черты характера, необходимые девушке в замужней жизни, а я молча слушала. Все это я знала с детства, но совершенно не была согласна и не собиралась применять в своей жизни.

— Прошу прощения, леди, за опоздание, — раздался сзади приятный мужской голос.

Я обернулась и увидела вошедшего молодого человека. Он был высоким и широкоплечим. Вежливая улыбка на открытом миловидном лице. Голубые глаза, светлые волосы, аккуратно уложенные по столичной моде.

— Коллин, — леди Бёрли протянула руку сыну. Тон поцеловал ее и снова обратил свой взгляд на меня, — хочу представить тебе леди Ювину Латимер, племянницу моей дорогой Амелии.

— Леди Ювина, — Коллин подошел ко мне и, поклонившись, поцеловал мою протянутую руку, — необычайно рад познакомиться, — Коллин очаровательно улыбнулся и я, не сдержавшись, улыбнулась в ответ.

Глава 25

Обед прошел вполне сносно. Коллин оказался воспитанным и образованным молодым человеком, он уместно шутил, был галантным и обходительным. Чудесный мальчик, как и охарактеризовала его тетя. Если бы я не знала ее планов относительно устройства моего замужества, Коллин бы мне понравился. Но я все время чувствовала себя, как на смотринах. Особенно, под внимательным взглядом леди Бёрли. Она как — будто прикидывала в уме, достаточно ли я хороша для ее сына.

Коллин, к счастью, никак не пытался перейти границу вежливого общения за столом, а то я и так сидела, как на иголках. Однако к середине обеда мне удалось расслабиться и поучаствовать в беседе. Мы обсудили учебу в Академии (оказалось, что Коллин учился в то же время, что и я, только на другом факультете), общих преподавателей и знакомых, столичную архитектуру, мой родной город.

Под конец обеда леди Бёрли неожиданно сказала:

— Я очень рада, дорогая Амелия, что вы посетили нас сегодня. Ваша племянница совершенно очаровательная девушка. Как ты считаешь, Коллин?

Я почувствовала, что краснею и готова была провалиться от неловкости. Коллин согласился со словами матери и с улыбкой посмотрел на меня. Я постаралась выдавить улыбку в ответ.

— Дорогой, может ты покажешь нашей гостье сад, а мы с Амелией здесь пока посекретничаем, — обратилась к сыну леди Бёрли.

— Конечно, — Коллин с готовностью поднялся и подал мне руку, — я и сам собирался это сделать.

Не желая показаться невежливой, я приняла протянутую руку, и мы вышли в сад. Он был чудесный, наполненный потрясающими ароматами всевозможный цветов. Воздух вокруг нас был горячим, влажным и очень сладким. Мы молча шли под руку по посыпанным мелкими камешками дорожкам. Легкость беседы, которая была за обедом куда-то пропала и, казалось, мы оба это чувствуем.

— Леди Латимер, — раздался в тишине голос Коллина. Я вздрогнула от неожиданности, — Ювина, мне показалось, что между нами появилась некоторая неловкость. Мне бы этого не хотелось. Вы показались мне хорошей девушкой и приятным собеседником, и я был бы рад продолжить общение с вами. Если я вас чем-то обидел, скажите мне об этом.

Коллин остановился и заглянул мне в лицо.

А я смотрела на него, и не знала, что ответить. Что тетя сватает мне его? Что меня напрягают оценивающие взгляды его матери? А если мне показалось, тогда я буду выглядеть мнительной особой с богатым воображением. Хотя, с другой стороны, есть ли мне дело до того, как я буду выглядеть.

Но Коллин действительно был достойным молодым человеком и, по крайней мере, заслуживал честности с моей стороны.

— Что вы, — медленно начала я, тщательно подбирая слова, — вы меня ни в коем случае не обидели, и наше общение доставило мне удовольствие. Однако, оно было несколько омрачнено…, - я запнулась.

— Навязыванием меня вам в женихи? — улыбнувшись, пришел Коллин мне на помощь.

— Да, — с облегчением воскликнула я, —