Закон сохранения кота - Андрей Валентинович Жвалевский

– Анатоль? – начал суровый женский голос.

– Я! – пискнул он.

Ничего хорошего звонок не предвещал.

– Мне поручили связаться с вами, вас разыс-кивает Дрик. Он увидел ваш последний ролик и попросил ваши контакты, ведь формально – вы наш студент. Но мне нужно ваше согласие.

«Формально» было выделено интонационно, но чуть заметно. И Анатоль понял намек. Его пока не отчислили, даже несмотря на то что он почти не учился, а теперь еще и прогуливал.

– Конечно, я согласен, – сказал Анатоль.

– Я пересылаю ваши координаты, – сообщил женский голос.

И не успел Анатоль отключиться, как тут же пошел второй входящий.

– Значит, так, – сказал Дрик, – мальчик, тут все очень серьезно. Я сейчас предложу тебе то, чего вообще не бывает, поэтому давай соберись и не упусти свой шанс.

– Угу, – сказал Анатоль.

Он сел в кровати и потряс головой, чтобы убедиться в том, что точно не спит.

– Короче, твой последний ролик опять в топах, а на «Суперканале» как раз ищут кого-то, кто делал бы передачу про Номест, и генеральный от тебя в поросячьем восторге – мальчик из провинции, свежий взгляд, все дела… Ты меня слушаешь?

– Угу…

Анатоль встал и залпом выпил стакан воды. У него малость плыло все перед глазами. «Суперканал» – это суперканал. Главный канал Коландии. Выше только небо. И его зовут делать целую передачу?

– Ты можешь включить видео? – подозрительно попросил Дрик.

Анатоль быстро прикрылся пледом и включил видеосвязь.

– Я спал, – извиняющимся голосом сказал он, – монтировал до шести утра.

– Понятно, – хохотнул Дрик, – привет ей передавай. Короче! Присылай свои координаты, через час за тобой придет машина, поедем разговаривать с генеральным. Если б я тебя не видел, в жизни бы на эту авантюру не подписался, но я помню, как ты уделал меня в интервью. Поэтому давай собирайся. Бай.

Анатоль сел на стул и уставился в стену.

– Так не бывает! – сказал Анатоль стене.

– Мяу! – сообщил Чёрт, запрыгивая в окно.

– Результаты я взяла из предыдущих серий, – закончила Элина, – но их надо перепроверить. С учетом новых ограничений. Доктор, вы же включите мой эксперимент в план?

Фан Гильберт, который изучал листок с тремя строками коротких формул, перевернул его, убедился, что обратная сторона пуста, и вернулся к созерцанию выкладок Элины.

– Доктор! – Элину начал бесить ее флегматичный научный руководитель. – Так вы включите мою серию в план? Хорошо бы на следующей неделе.

Фан Гильберт отложил листок с выкладками и достал из ящика стола другой – с заявлением Элины на увольнение.

– Может, подписать? – сказал профессор, обращаясь к пространству.

– Не надо! – взмолилась Элина. – Это была минутная слабость! Вы были правы, профессор! Как и всегда! Вы такой умный, такой… как это слово?.. прозорливый!

– Сейчас точно подпишу, – пригрозил фан Гильберт.

– Так что насчет моего эксперимента? – Элина не собиралась отступать.

– Планы экспериментальных исследований, – монотонно сказал доктор, – расписываются на семестр вперед. И только после предварительного утверждения темы исследования всеми членами ученого совета…

– Я по ночам буду работать! И по выходным!

– …Эксперименты проводятся исключительно в рабочее время силами исследовательской группы, которая включает…

– Я всем заплачу внеурочные! Я… Я почку продам!

Фан Гильберт с интересом посмотрел на Элину.

– Или кредит возьму! – Она вдруг поняла, что перешла на «умолятельный» тон, которым не пользовалась лет с пяти. – Любой кабальный контракт подпишу!

– А душу продашь? – вдруг произнес профессор таким страшным голосом, что Элина на мгновение поверила, что он всерьез.

– Не вопрос! – ответила она. – Подпись кровью, все дела!

– В следующий раз, – фан Гильберт понял, что его раскусили, и вернулся к обычному тону. – Сегодня тебе повезло. Представляешь, Рупрехта, у которого запланировано сорок часов эксперимента, госпитализировали с острым аппендицитом. Недели две он точно проваляется…

– Я успею! Ура! Вы лучший в мире профессор!

На сей раз фан Гильберт не стал возражать.

Генеральный продюсер национальной телесети «Суперканал» оказался худым, мрачным и конкретным.

– У тебя резкий рост, – сказал он в ответ на «Здравствуйте». – Причем не первый раз. Стабильности нет, но с этим поработаем. Запретные темы: преступления против несовершеннолетних, алкоголь и курение в кадре, магики. Запомнил?

– Магики – запретная тема? – удивился Анатоль. – Вы же про них постоянно в новостях говорите.

– Новости – это другое. Там стопятьсот фильтров и редактор на каждое слово. А ты ляпнешь что-нибудь типа…

Продюсер щелкнул пальцами, и на стене появилось лицо Анатоля на фоне входа в ночной клуб.

– …тут фейсконтроль, – говорил Анатоль, – как в лагере для магиков! Эй! Вышибала! Я не ведьма! Пропусти меня…

Повторный щелчок – и лицо Анатоля на стене замерло в стоп-кадре.

– И что? – не понял он.

– У нас нет лагерей для магиков. Лица с альтернативной ментальной полярностью работают в специализированных исследовательских центрах. Добровольно. А «ведьма» – это вообще сексизм.

Анатоль пытался рассмотреть в глазах продюсера хоть намек на усмешку. Не мог же он все это говорить на полном серьезе? Но генеральный был непроницаем.

– Поэтому все тексты, – продолжил он, – проходят через редактора. Первое время я буду лично визировать. Импровизация допустима, но в жестких рамках. И последнее: как только появится тенденция на понижение доли или рейтинга, контракт автоматически прерывается. Вопросы?

«Да пошли вы с такими условиями!» – хотел сказать Анатоль, но именно в этот момент позвонил отец.

– Простите, – сказал Анатоль, – это срочное…

Выскочил в коридор и только после этого ответил:

– Пап, у меня важный разговор, можешь потом?

– Я отключил тебя от счета, – ответил Себастьен, – но оплачу билет на самолет. И такси до аэропорта. И обед. Жду к ужину.

– Жди!

Анатоль вернулся к продюсеру, который, кажется, до сих пор приходил в себя от наглости будущего подчиненного.

– Простите, – еще раз сказал Анатоль, – это папа, у него проблемы… Я согласен на ваши условия, но мне нужен аванс.

Анатоль вернулся в квартиру и сидел совершенно опустошенный. Очень хотелось с кем-нибудь поговорить. Раньше он бы позвонил отцу, сейчас об этом не могло быть и речи. Раньше он бы закатил вечеринку на факультете, собрал бы всех вместе, но сейчас он был далеко, да и друзей у него не осталось.

Раньше он бы пошел к Элине…

Анатоль понял, что уже некоторое время сидит, уставившись в стену между их квартирами.

– Кс-кс-кс, – позвал Анатоль.

Чёрт, естественно, не появился. Какой же уважающий себя кот придет, когда его зовут!

Анатоль высунулся в окно, чтобы позвать Чёрта, и увидел, как к дому подходит Элина. Сердце стукнуло, Анатоль обрадовался как ребенок.