Ленин. Самая правдивая биография Ильича - Александр Клинге

В 1911 году Инесса поселилась совсем рядом с Лениным. Казавшийся нерушимым брак Владимира и Надежды начал трещать по швам. Свидетели происходившего глухо упоминают в своих мемуарах о признаках серьезного разлада в отношениях супругов. Однако до открытого разрыва дело не дошло. Ленин не собирался расставаться с женой, которую, как ни парадоксально это может прозвучать, по-настоящему любил. В 1912 году он принял тяжелое решение: разорвать связь с Арманд.

О том, что это было именно его решение, свидетельствует все то же письмо Инессы, написанное в декабре 1913 года: «Расстались, расстались мы, дорогой, с тобой! И это так больно. Я знаю, я чувствую, никогда ты сюда не приедешь! Глядя на хорошо знакомые места, я ясно сознавала, как никогда раньше, какое большое место ты еще здесь, в Париже, занимал в моей жизни (…). Я бы и сейчас обошлась без поцелуев, только бы видеть тебя, иногда говорить с тобой было бы радостью – и это никому бы не могло причинить боль. Зачем было меня этого лишать? Ты спрашиваешь, сержусь ли я на то, что ты «провел» расставание. Нет, я думаю, что ты это сделал не ради себя».

Инесса Арманд. Давно уже не тайная любовь Ильича

Удивительно, но ситуация «любовного треугольника» не помешала достаточно хорошим отношениям между двумя соперницами – Крупской и Арманд. Более того, общение между супругами и Инессой продолжилось и после 1912 года, она осталась их близким другом. К детям Арманд Ленин и Крупская испытывали почти родительские чувства.

Вероятно, сгладить ситуацию в значительной степени помогло то, что у всех троих, помимо романтических увлечений, была одна и та же страсть: революция. Интересы дела они ставили выше личного. Это помогло Ленину и Крупской преодолеть кризис в отношениях, помогло им сохранить тесное сотрудничество с Инессой Арманд. Впрочем, Инесса, судя по всему, продолжала любить Ленина до конца жизни.

Главным для Ильича оставалась партийная деятельность. Здесь его положение постепенно укреплялось. Попытка перенести «центр тяжести» партийной работы в Россию оказалась неудачной: «охранка» настолько эффективно боролась с нелегальной деятельностью большевиков, что в партии появилось даже течение «ликвидаторов», выступавшее за роспуск РСДРП и создание некоей новой организации, которая занималась бы исключительно легальной деятельностью. Все это позволяло Ленину позиционировать себя как наиболее принципиального и идейного борца за ценности и идеалы социал-демократии. На партийных совещаниях в 1911 году был принят ряд выгодных ему решений. С помощью Серго Орджоникидзе он начал подготовку созыва конференции, на которой преимущество должно было оказаться в руках большевиков.

В январе 1912 года такая конференция открылась в Праге. На ней присутствовали всего 14 делегатов, практически все – большевики-ленинцы. Плеханов и Горький отказались приехать на конференцию, мотивируя это произвольным подбором делегатов. Тем не менее конференция заявила о своем праве выступать от лица всей РСДРП. Был избран новый, большевистский Центральный комитет, в состав которого вошел Ленин. По всем программным пунктам также были фактически приняты ленинские предложения. В то же время делегаты конференции большинством голосов поддержали тезис о необходимости перенести центр тяжести РСДРП в Россию и предоставить большинство мест в ЦК представителям российских парторганизаций.

Особо следует упомянуть, что среди делегатов двое оказались агентами российской тайной полиции, что свидетельствует о высокой эффективности работы «охранки». В предательство одного из них, Романа Малиновского, большевики долго отказывались верить, считая все слухи на его счет клеветой. Разоблачен Малиновский был только в 1917 году. Тогда же и стал ясен масштаб деятельности «охранки», которая смогла буквально напичкать социал-демократические организации своими агентами. Против профессионалов тайной полиции у большевиков не было никаких шансов. Вернее, не было бы, если бы режим сам активно не копал себе могилу.

Впрочем, по некоторым данным, деятельность Малиновского была полезной для Ленина. Как это часто бывает, руководство тайной полиции решило уничтожать революционеров с помощью революционеров и сделало ставку на Ленина как человека, который, как полагали в Петербурге, постоянно мешает объединению социал-демократических фракций. К примеру, в России периодически арестовывали членов ЦК, что позволяло Ленину кооптировать своих людей. Сам Ильич, естественно, о незваных «помощниках» не догадывался. В «охранке» считали, что, помогая Ленину, они тем самым ослабляют РСДРП. Масштаб ошибки стал ясен намного позднее. Чины тайной полиции вели игру настолько сложную, что запутались в ней сами.

Однако вернемся в Прагу. Разумеется, столь откровенный захват власти вызвал недовольство у социал-демократов, не поддерживавших Ленина. По инициативе Троцкого в Париже прошло совещание, осудившее «раскольников» и признавшее их решения незаконными. В августе в Вене прошла альтернативная партийная конференция. Хотя ее участники всячески подчеркивали единство партии, на деле было очевидно, что произошел раскол.

В начале 1912 года Ленин уехал из Парижа. Основной причиной было желание оказаться поближе к границам Российской империи, чтобы иметь возможность оперативно связываться с соратниками. ЦК принял решение об открытии новой легальной газеты, и Ленину хотелось сохранить контроль над происходящим. 22 апреля первый номер «Правды» вышел в свет. А в июне Ленин и Крупская пустились в путь.

«Из Парижа я нынешним летом забрался очень далеко – в Краков. Почти Россия! И евреи здесь похожи на русских, и граница русская в 8 верстах, (…), бабы босоногие в пестрых платьях – почти как Россия!» – писал Ленин матери. Краков, польский город, находившийся на северо-востоке Австро-Венгрии, привлекал не только близостью российской границы. Здесь была прекрасная библиотека, можно было легко поддерживать контакт с местными социал-демократами. Квартира, которую снял Ленин, находилась поблизости от почтового отделения и вокзала. Через местных жителей, которым было разрешено свободно передвигаться через границу, можно было передать и секретную корреспонденцию.

Сюда, в Краков, приезжали многие активные деятели РСДРП. Неподалеку от Ленина жил с семьей еще один руководитель ЦК – Зиновьев. Ленин любил ходить к ним в гости играть с сыном Зиновьева Степой. Жена Зиновьева вспоминала: «Он никогда не уставал лазить под кровать и диван за мячом для Степы. Он носил Степу на плечах, бегал с ним взапуски и исполнял все его повеления. Иногда В. И. и Степа переворачивали все вверх дном в комнате. Когда становилось особенно уж шумно, я пыталась их останавливать, но Ильич неизменно заявлял: не мешайте, мы играем. Однажды мы шли с В.И. по дороге к ним домой. Степа бежал впереди нас. Вдруг В. И. произнес: «Эх, жаль, что у нас нет такого Степы». Ленин по-прежнему сожалел о том, что у него не было своих детей.