Спецназ ГРУ в Кандагаре. Военная хроника - Александр Шипунов

Через час на большой скорости со стороны предгорья в «зеленку» пошел автомобиль. Как только он вошел в зону поражения, Шишакин подал команду на открытие огня, засадив по кабине из автомата. И понеслось! Разведчики ударили в упор изо всех стволов. Противника накрыл шквал огня. Я запомнил, как четко сработал расчет АГС, в доли секунды вытолкнув из «мандеха» снаряженный автоматический гранатомет «Пламя», который весил более сорока кило. Били, целясь по стволу прямой наводкой. АТС «скакал» на краю русла. Командир отделения громко рыкнул команду: «Тело!» В ту же секунду, чтобы уменьшить «отдачу», боец расчета молдаванин Гросул прыжком кинулся сверху на гранатомет, грудью навалился на него, гася своим весом колебания гранатомета при выстреле.

«Картина маслом»

Зрелище было феерическим. Врезаясь в машину, взрываются гранаты. Автомобиль продолжает движение, сближаясь с гранатометом настолько, что вновь выпущенные заряды не успевают взвестись. Как огромные пули, гранаты пробивают корпус автомобиля, гулко рвут металл, разбрасывая искры. Сбросив обороты, пикап катится накатом и замирает сразу за позицией гранатометчиков. Чеченец Ибаев с криком «Граната!» забрасывает одну за другой две Ф-1 за кабину. Вторя ему, я ору диким голосом «Мины!» и утапливаю кнопку подрыва. Время прохождения сигнала — чуть больше секунды. Грохочет взрыв, земля сотрясается от мощи заряда.

…Стрельба обрывается так же неожиданно, как и началась. Сопротивление не оказывается. Шишакин с отделением быстро досматривает авто. Возвращается довольный: «душки» под обстрелом повыпрыгивали из «Доджа» и попали под «раздачу» наших мин. Офицер командует группе: «Собираться!» Сам же с подгруппой возвращается к пикапу, в кузове которого стоит новехонький мотоцикл «Хонда». Разведчики сноровисто освобождают его от крепежа и скатывают на землю.

Офицер принимает решение забрать трофей с собой. На мой взгляд, решение спорное. Катить рядом с собой сотню килограммов быстро не получится, а в том, что бандиты устроят нам «долгие проводы», сомнений не было. Но приказы не обсуждаются. «Хонду» откатили с дороги на дальнюю обочину и повели вдоль нее. Видимо, Господь Бог все же сжалился над нами. На марше обнаружилось, что одна пуля попала в «мотобайк» и пробила бензобак в самом его низу. Из отверстия тонкой струйкой вытекал бензин. Как же сокрушался Шишакин!

Его переживания прервал предупреждающий сигнал головного дозора: «С того же направления еще одна машина».

Уже приготовившаяся к отходу группа оставила мотоцикл и быстро вернулась на исходные позиции. Разведчики изготовились к бою, замерли в ожидании…

«Кто весел, тот смеется»

В «ночник» я увидел движущийся на нас трактор без прицепа, сверху облепленный «духами». Видимость была превосходная, так что можно было различить отдельные детали вооружения моджахеда, сидящего сразу за водителем. Из ствола его снаряженного гранатомета вертикально вверх торчала граната. Боевики были уверены в своих силах. Ехали, не таясь. Орали во все глотки, разве что не сигналя.

Шишакин не раздумывая открыл огонь. Вслед за командиром группа ударила изо всех стволов. В этот раз по транспорту работали все спецназовцы, поскольку и подгруппа обеспечения влилась в состав группы, став ее тыловым дозором. АТС не разворачивали, гранатометчики били из автоматов. Уже имея результат, спецназовцы поймали кураж. Среди нас витал дух уверенности, что все будет хорошо. Настроение в группе было отличным, близким к эйфории. Во время передышки, когда перезаряжался, поймал себя на том, что смеюсь.

— «Душары» собирались нам впятером ввалить! — откровенно гогоча, прокричал кто-то из ребят.

Самонадеянные бандиты, забывшие об осторожности, поплатились своими жизнями, не успев даже попытаться оказать сопротивление.

На досмотр пошли всей группой. Раненых добили.

— Живее! Уходим! — не желая искушать судьбу, торопил командир.

Собрали трофеи и быстрым шагом, близким по темпу к бегу, стали уносить ноги. Тревожные предчувствия не обманули лейтенанта. Противник, находившийся в кишлачной зоне, полчаса кряду мог наблюдать, как у него под носом «долбят» сначала один, а затем второй транспорт. Вопрос, кто этот дерзкий автор «картины маслом», даже не возникал, слишком характерным был рисунок боя, развернувшийся у них на глазах. Почерк их заклятого врага — специального отряда шурави, ненавистных «кандаки максуз»[31], — был им хорошо знаком.

Отреагировали быстро. Ориентируясь по пламени от горящего транспорта, из «зеленки» моджахеды произвели пуск реактивных фосфорных снарядов. По пути нашего вероятного отхода стал работать миномет. Вслед за обстрелом, подняв всех, кто был рядом, «душманы» кинулись на поиски разведчиков. Через десять минут после того, как мы ушли, бандиты были на месте засады. Мы остановились и заняли круговую оборону в небольшой выемке. Затаились. В приборы ночного видения наблюдали за противником.

Шли боевики двумя параллельными колоннами, человек по сорок в каждой. Обычно шумные, вальяжные, сейчас афганцы все делали быстро и молча. В организации поисков чувствовалась рука инструктора. Сноровисто осмотрели поле боя, особое их внимание привлек мотоцикл. Вопрос, куда им теперь идти, решился в течение нескольких минут. Осмотрев отпечаток следа, оставленный мотоциклом при движении, преследователи устремились по нему. Боевики изменили курс преследования, повернув от нас на девяносто градусов, двинулись в ночь.

Уничтожив в течение получаса два транспортных средства противника, уходя с места «засады», мы бросили «Хонду», не думая, какое положение в пространстве он занимает. Такой пустяк, как куда направлен руль, оказался той мелочью, которая позволила группе после выполнения задачи не вступить в ненужный бой.

Вскоре с другой стороны вслед за первым отрядом прошел второй, такой же по численности.

Столько решительно настроенных «духов» в одном месте мне раньше видеть не доводилось. Эйфория сменилась тревогой: как выбраться из этого «гадюшника» без потерь? «Вертушки» смогут забрать нас только в светлое время суток, а до утра еще нужно дожить.

Осторожно двинувшись дальше, разведчики вышли на окраину кишлака. В нем, почуяв чужаков, залаяла собака. Группа метнулась в сторону и натолкнулась на кладбище. По периметру обнесенное высокой насыпью место для обороны было неплохим. Могильные холмы могли служить хорошим укрытием от самого неприятного — минометного обстрела.

Среди захоронений спецназовцы заняли круговую оборону. Волнение от ожидания боя переросло в напряжение, не позволявшее расслабиться ни на минуту. До утра никто не спал. Вокруг могильника всю ночь рыскали моджахеды. Внутрь спасительного убежища, на наше счастье, так и не наведались.

Во время «всенощного бдения» Шишакин запросил авиационную поддержку. Пришедшие на рассвете штурмовики демонстрировали силу, работая по «зеленке». «Духи» огрызались. И здесь офицер еще раз доказал, что свой хлеб ест не зря. Он засек огневые точки противника, и, когда вслед за «сталинскими соколами» пришли вертолеты для эвакуации группы, Шишакин навел Ми-24 на обнаруженные цели. «Крокодилы» отработали по позициям противника, обеспечив возможность «восьмеркам» спокойно забрать десант. Дав двойной результат в одном выходе, «кандаки максуз» потерь не имел.

НАБЛЮДЕНИЕ, ВЫСОТА С ОТМЕТКОЙ 2014

Наблюдение — один из основных способов ведения разведки. В апреле 1986 года Кандагарский отряд спецназа впервые применил этот метод в борьбе с «караванами» противника. Разведгруппа 2-й роты (командир — лейтенант Бескровный) устроила наблюдательный пункт на господствующей над всем районом возвышенности. Условия для наблюдения отличные. С огромной горы, высотой в 2014 метров, просматривается территория нескольких районов, граничащих с районом Кандагар. Взойти наверх за ночь сложно даже местным мятежникам. Днем же их передвижение не может остаться незамеченным. Вершину венчает шапка «скальника». Двадцатиметровые обрывистые глыбы выпирают из хребта и образуют двадцать на сто метров площадку. Подняться на эту естественную крепость можно только с одной стороны по узкой пологой тропе. Для штурма стен с других направлений нужно иметь альпинистскую подготовку.