Гаст - Эдвард Ли

и медленно, - подумал он, успокаиваясь. - Еще четверть мили..."

Внезапно Колльер перестал видеть. Его сердце закричало в груди, когда колесо заскользило, и он почувствовал, как машина съехала с жесткого покрытия.

Фвап! Фвап! Фвап! Фвап!

Он косил кусты на обочине дороги. Теперь он мог видеть только голые груди Лотти у себя перед лицом. Она сбросила ремни и пыталась оседлать его на водительском сиденье.

- Лотти, ради всего святого!

Одна ее рука схватила его пах и сжала, и, несмотря на ужас Колльера, его пенис был наполовину заполнен.

- Ты нас убьешь! - он оттолкнул ее назад, и...

Бац!

Она скользнула по приборной панели и упала на спину в пространство для ног со стороны пассажира. Затем...

Никакого движения.

Колльеру удалось остановить машину в ярде от самого большого дуба во дворе. Он медленно сдал назад, затем понял:

"Это то дерево, на котором повесился Харвуд Гаст..."

Он отвел взгляд от раскинувшегося дерева, затем медленно направился к парковке.

Ни один свет не освещал полузаполненную стоянку; только лунный свет проникал в машину. Колльер позволил своему сердцу снова успокоиться, и только тогда он осознал растущее удовольствие в своем паху. В лунном свете он обнаружил обе босые ноги Лотти на своих коленях и одну пятку... прямо на месте.

Он положил на них руки, чтобы пошевелить...

Но не сделал этого.

Она не двигалась.

"Господи, с моей удачей она сломала себе шею, когда упала!"

И он собирался наклониться, чтобы пощупать ее пульс.

Но этот жест был излишним. Он почувствовал ровный и нормальный пульс в ее ступнях.

Он взглянул на пространство для ног. На этот раз лунный свет показал ему ее лицо: безмятежное и умиротворенное.

Глупая дурочка отключилась.

Несмотря ни на что, Колльер все еще не пытался поднять ее ноги с колен.

Он мог видеть ее сиськи, возвышающиеся на ее грудине, кончики сосков-леденцов, черные в лунном свете.

"Будет ли это, как сексуальное домогательство, если я..."

Он не мог устоять. Он наклонился и потрогал одну из ее грудей, с огромным любопытством. "О, боже..."

Она была такой же твердой, как один из имплантатов его жены, но Лотти явно не получала такого увеличения. Твердой, да, но податливой, как один из тех пенопластовых антистрессовых шариков, которые продаются на кассах в аптеках. Два пальца мягко ущипнули сосок, нашли его горячим, упругим.

"Хватит! Ты лапаешь девушку, которая отключилась от пьянства, ты, подонок..."

Да. Но он все еще не убрал ее ноги, не так ли?

Он не думал об этом. Это было... что-то еще. Всплыло воспоминание: его замочная скважина сегодня днем, и безупречный, безволосый лобок, выставленный в ней, и уникальная родинка.

"Вероятно, это была Лотти, и... судя по ее поведению сегодня вечером, я бы сказал, что есть 99-процентная вероятность..."

Тогда еще любопытство.

"Я просто посмотрю, она ли это, вот и все", - подумал он, словно оправдываясь.

Его рука скользнула вниз по внутренней стороне ее бедра к треугольнику черных трусиков. Его пальцы замерли, даже задрожали...

Он оттянул резинку назад и...

Опять не то.

Там внизу было довольно много лобковых волос, настоящий пучок в форме клина пирога.

Затем повторилась команда - хватит! - как раз в тот момент, когда палец приготовился погрузиться глубже.

"Я НЕ собираюсь ласкать бессознательную девушку. Я НЕ собираюсь".

Другой голос:

"Черт, она весит всего сто фунтов. Оттащи ее в лес и трахни. Кто узнает?"

Колльер мог представить себе заголовки. ТЕЛЕВИЗИОННЫЙ ПИВОВЕДУЩИЙ ПОЛУЧАЕТ ДЕСЯТЬ ЛЕТ ЗА ИЗНАСИЛОВАНИЕ НА СВИДАНИЕ.

Его рука прошла полностью назад и... приземлилась на ее ногу.

Он провел пальцами вокруг ее пальцев, затем начал массировать обе ноги.

"Что я делаю?"

Он сильнее прижал ближайшую ногу к своей промежности.

"Черт! Прекрати!"

Стопы излучали тепло и мягкость. Одна рука продолжала их тереть, в то время как пальцы другой руки...

"Прекрати, ты нелепый извращенец, тебя поймают здесь, и тогда ты погибнешь!"

Другие его пальцы прошлись по теперь уже полностью твердой эрекции через штаны.

Его яйца загудели.

Колльер не знал о каком-либо фетишизме ног в своей жизни, но теперь он обнаружил, что босые ноги немой девушки были гораздо больше, чем обычные вещи, которыми она ходила. Они внезапно стали неотразимыми и таинственными сексуальными тотемами.

"Я так облажался в голове, - признался он, когда спустил штаны. - Святое дерьмо, я не могу поверить в то, что я уже ЗНАЮ, что собираюсь сделать..."

Теперь горячие, босые ноги прижались к горячим, голым гениталиям Колльера. Он взял ствол и начал гладить.

"Ты дрочишь на СТУПНИ бессознательной девушки, ты презренный, извращенный, низкий кусок дерьма, НЕУДАЧНИК!"

Каким-то образом ему удалось погладить ствол между ее первым и большим пальцами ноги, одновременно прижимая пятку ее другой ноги к своим яйцам. Затем...

Его оргазм зациклился на устойчивых дельфиньих струях, и Колльеру пришлось приложить все усилия, чтобы не закричать. Он содрогнулся на сиденье, пока его оргазм продолжал разматываться.

"Черт... Черт... Черт... Черт!"

Кульминация истощила его сильнее, чем домохозяйка из Висконсина; ему пришлось отдохнуть несколько минут, в течение которых он мог только нервно дергаться сзади и вокруг, чтобы убедиться, что на стоянке никого нет.

Когда он посмотрел на ее ноги, они блестели от такого количества спермы, что он мог подумать, что их окунули в глицерин. Его руки тоже были липкими от нее.

"Какой беспорядок..."

Теперь отчаяние. Он попытался оттереть ее ноги дорожной картой, но это... не сработало. Он мог бы использовать свою рубашку, но тогда...

"Кто-нибудь заметит, когда я занесу ее внутрь, и, кроме того, ее чертова мать, вероятно, за стойкой в ​​вестибюле..."

Его спасла скомканная упаковка фастфуда на заднем сиденье. Он остановился у МакДоналдса через час после того, как забрал машину. Салфетки, которые все еще были внутри, привели ноги Лотти и руки Колльера в приемлемое состояние.

В конце концов он снова надел ей лямки, вытащил ее из машины и поплелся к крыльцу.

"Господи..."

Через двадцать шагов гравитация превратила этого стофунтового "трубочиста" в охапку шлакоблоков. Колльер был не в лучшей физической форме, а пьянство только усугубляло его усилия.

"Хотел бы я просто оставить ее на чертовых ступеньках и пойти спать, - он был искушен. - Но нет, сегодня я уже был таким мерзавцем".

Он открыл входную дверь...

"Упс".

...ее голова и мускулы протиснулись через вестибюль.

Очень разинув рот, миссис Батлер вскочила из-за стола и быстро двинулась вперед.

- Миссис Батлер, это не то, что вы думаете, – начал