Клетка для эгоиста (СИ) - Светлова Грушенька

— А ну немедленно одеваться и собирать вещи. Если начну тебя пороть здесь, весь отель сбежится послушать. — Не вполне понимая, шутит он или нет, Кристина по-деловому прошествовала к шкафу, физически ощущая, как он любуется ее идеальной обнаженной фигуркой, вновь продолжая курить.

— Собираешься увезти меня в какую-нибудь глушь, а там связать и пытать? — насмешливо поинтересовалась она, натягивая нижнее белье.

— Я похож на того, кто предпочитает глушь? — скептически заметил он.

Девушка пожала плечами.

— Когда-то ты казался мне довольно замкнутым…

— Некоторые вещи изменились с тех пор. — Серьезность его тона слегка настораживала.

— Какие именно?

— Я пытаюсь жить как все…

— Получается?

Лука загасил сигарету, откашлялся и встал, так и не ответив. Кристина украдкой наблюдала, как он одевается, методично и аккуратно доводя свой образ до совершенства, а потом вызывает такси. На миг показалось, что он чем-то раздражен или расстроен, но она отмела эти мысли. Лука — он всегда был таким неприступным, немного суровым и угрожающим, словно туча перед бурей, за редким исключением… Губ вновь коснулась улыбка, когда она вспомнила их вчерашний вечер в бильярдной и проведенную вместе ночь. Он будто опоил ее каким-то дурманом, дав вдруг прочувствовать, что это такое — быть по-настоящему желанной.

— Оставь все это здесь, — указал он на чемодан и багажную сумку. — Портье сам отнесет это в машину.

На этот раз в такси он притянул девушку к себе, пока задумчиво тыкал в смартфон. Она прильнула лицом к его груди и с закрытыми глазами вдыхала его аромат. Сейчас ей даже было все равно, куда он ее везет. Столько лет она сама определяла каждый свой шаг, а теперь попросту хотелось расслабиться, доверив себя кому-то еще. Лука, казалось, тоже воспринимал все как должное. Только он всегда был таким — сам решал, кто и что должен делать рядом с ним, все держал под контролем. Странным образом, перспектива отдать себя в его руки ничуть ее не тревожила. Она умела уступать в незначительных вопросах, но если бы он вздумал давить всерьез — ничто не заставило бы ее подчиниться. Эта мысль отозвалась тупой болью в груди. Да — теперь она даже готова была отпустить без страха, если потребуется. Когда-то ей удалось глубоко запрятать боль и забыть. Удастся и в следующий раз. Сердце и память удивительным образом закалились со временем, научившись отсекать все ненужное. При мысли об этом во рту всегда ощущалась горечь, а в груди — пустота… Но повернуть время вспять было невозможно.

Когда такси остановилось перед Ритц Карлтон, Кристина даже не удивилась, лишь подавила невольную улыбку. В этом был он весь — такой сноб и аристократ до мозга костей, и такой выпендрежник, словно избалованный ребенок. Что ж, кто откажется от подобного приятного сюрприза… Имел же он право блеснуть перед ней своими возможностями. Когда мальчики вырастают в мужчин, игрушки становятся намного дороже — это непреложный факт…

После изысканного сытного завтрака, скорее похожего на обед, потому что оба дико проголодались, они тут же отправились в бассейн, где в такое время больше не встретили ни души. Впрочем, Кристина не удивилась бы, если бы узнала, что он арендовал все помещение. Во всяком случае, то, чем они там занимались, точно не стоило делать при свидетелях, так что она вполне допускала его вмешательство… Все еще сжимая ее в воде в своих объятьях, задыхающуюся и дрожащую, Лука собрал прохладные капельки с ее шеи и горячо прошептал в ухо:

— Как насчет Шопена?

— Что, прости? — усмехнулась она.

— Тут в одном из залов пройдет частный концерт камерной музыки, — пояснил он. — Рояль и скрипка. Кажется, будут исполнять двадцатый ноктюрн Шопена и что-то из Чайковского. Остальное я не запомнил.

— Но… Это ведь частный концерт… Кто нас пустит?

— Пара дополнительных мест для нас найдется, не переживай. Только вот дресс-код должен быть соответствующий, так что мне придется уехать на пару часов, чтобы переодеться и привезти кое-какие вещи.

— Ладно… А мне, наверное, придется пройтись по магазинам.

— Здесь недалеко есть приличные бутики. Можем заехать.

— Ты… всерьез решил взять меня в оборот? — Кристина приподняла бровь, вроде бы, возмущенно, но на истерзанных им губах против ее воли расцвела улыбка.

— Решил не оставлять тебе выбора, — ответил он, на несколько секунд сжав ее щеки, чтобы в очередной раз обласкать взглядом ее лицо и показать, кто здесь главный.

Когда он вылезал из бассейна, девушка невольно залюбовалась видом статной сильной мужской фигуры, по напряженным мускулам которой струилась вода. — Вылезай, — бросил он короткий приказ. — У нас не так много времени осталось.

— Только из-за Шопена и Чайковского готова подчиниться, — ответила она и тоже выскользнула на край бассейна, гибкая и изящная, как рыбка. Немного неловко было находиться здесь голой, но за все время даже обслуживающий персонал ни разу не показался, поэтому Кристина в полной мере насладилась этой свободой и легкостью вместе с ним. Этот мужчина, похоже, мог открывать любые двери, воплощать любые желания, снимать все барьеры… и делал это с полным ощущением собственного права делать то, что ему нравится, и так, как он хочет. Она часто ловила себя на мысли, что, возможно, этого ей всегда и не хватало в других… Они слишком робко спрашивали разрешения, ждали ответа и не способны были предлагать свои решения, ставить перед фактом… Бред, конечно… Но вдруг это как раз то, что ей нужно?

Как и планировали, они заглянули в пару роскошных магазинов, где Кристина вновь позволила ему сделать так, как он хотел… В великолепном нежно-голубом платье в пол, с которого драгоценными удлиненными льдинками свисали мерцающие изящные кристаллы, она походила на одетую в морозный узор на стекле Снежную королеву или Снегурочку, которая только и ждала, чтобы ее растопила любовь. Она постаралась не думать о ценнике. Просто пыталась принять факт, что он легко может себе это позволить, а она вполне способна принимать такие подарки от него. Все время, пока он ездил за своими вещами, Кристина сидела перед зеркалом и создавала идеальный образ для этого вечера. Как давно она не чувствовала себя настолько прекрасной, настолько уверенной, настолько окрыленной… Лука уехал и вернулся в обещанное время, безупречный и роскошный в своем идеально сидящем смокинге, пахнущий нотками бергамота, кардамона, корицы и мускатного ореха, с которыми перемешивался аромат его сигарет. Она просто пьянела от него… Готова была ткнуться носом ему в шею и вечно дышать этим пряным древесным коктейлем с примесью запаха его кожи, наслаждаясь его теплом и биением его сердца рядом со своим.

Этот волшебный вечер пронесся, будто сон, навеянный феями. Даже «Пляска смерти» Листа прозвучала для нее как торжественный гимн страсти. И она сидела, завороженная звуками, которые пробирали до позвоночника, потому что рядом сидел он.

— Где ты теперь живешь? — поинтересовалась девушка, когда они, немного уставшие после концерта и ужина, уже валялись в мягких махровых халатах на диване в шикарном люксе, лениво щелкая каналы на телевизоре и пытаясь играть в шахматы, которые Кристина держала в руках впервые. Лука нежно погладил ее волосы, крепче прижимая ее к себе.

— А ты как думаешь? — На ее губах запечатлелся жаркий поцелуй, а его рука собственнически проникла под махровый халат и прошлась по груди, поглаживая тут же набухшие соски.

— Даже не знаю… Купил особняк вроде твоего старого…

— Нет… — покачал головой Лука, целуя ее в шею и в плечико. — Больше никаких особняков… Просто двухуровневая квартира в пентхаусе… Я, кстати, не так часто там бываю.

— Предпочитаешь отели?

— Предпочитаю работу и свой офис. Очевидно, как и ты…

— Да уж… Как так случилось, что мы стали скучными трудоголиками… — усмехнулась она.

— Не знаю, как ты до такого докатилась, но я не скучный… И, кстати, шах и мат… — Он коварно ей подмигнул и небрежно потрепал ее волосы.