Мать - Даниил Филатов

— Может быть лучше все сразу рассказать, господин Касуга? — негромко произнес Филатов.

— Это я и сделал, — адвокат скрестил руки на груди, — я уже сообщил господину старшему следователю о том, что был введен в заблуждение. Эксперт заявлял мне, что его исследования полные и отвечают всем требованиям законодательства.

Филатов усмехнулся. Ну конечно же. Ты ничего не знал.

— Почему же тогда он говорит, что вы в сговоре? — Филатов бросил взгляд на следователя. Тот ничего не предпринимал, лишь читал материалы в планшете.

Сыщик расценил это как молчаливое разрешение ему вести допрос.

— Не знаю, — пожал плечами адвокат, — может, пытается сбить себе срок, сотрудничая со следствием.

— Зачем тогда он звонил вам, сообщая о сомнительном клиенте?

— Как я понял, вы, — он надавил на это слово, — представившись моим клиентом, пришли в лабораторию, пытаясь обманом заполучить какие-то нужные вам данные, он почувствовал неладное и позвонил мне.

— Вы же понимаете, что мы можем запросить запись разговора?

— Вы же понимаете, что пока запрос пройдет, ее скорее всего удалят? — Кажется, уверенность Касуги в себе крепла, он сел ровнее, а на лице возникла ухмылка, — какая нужна мощь и объем памяти, чтобы хранить миллиарды слов, что люди произносят каждый день по тем или иным поводам?

— Когда мы вызовем ваших клиентов, связанных «дополнительным соглашениями» все решится, они не станут вас покрывать, — Филатов снова бросил взгляд на Гаврилова. Не слишком ли дерзко было говорить сейчас «мы»?

— Разумеется. Они скажут вам правду, что на время заключения я обязывался вести их счета, расходы, распоряжаться в отведенной мере имуществом. Например, машину господина Йошикаге продавал именно я.

Откуда он…?

Александр будто потерял равновесие. Неужели Касуга успел навести справки о деле? Маловероятно, но возможно. Выходит, он знает. И мог уже подготовиться. За столь короткий срок… Нехорошо.

— Вы подтверждаете, что Йошикаге Ли являлся вашим клиентом, а также заключал с вами упомянутые господином Филатовым «дополнительные соглашения»? — задал единственный вопрос Гаврилов.

— Я подтверждаю, что господин Йошикаге являлся моим клиентом, а кроме того мы заключали ряд соглашений, но я не уверен, что именно те, о которых говорит господин Филатов, — адвокат перевел взгляд с сыщика на следователя, — я готов предоставить вам всю документацию.

Гаврилов кивнул.

— Вы не могли успеть обработать всех, — продолжил Александр. Он чувствовал, как понемногу теряет терпение, — Йошикаге вас выдаст. А документы… даже если вы успели что-то подделать, у меня уже есть оригиналы.

— И каким образом они оказались у вас? — адвокат перешел в наступление, — не хотите ли вы сказать, что не только пытались обманом заставить меня заниматься несуществующим делом, чтобы подвести под вашу историю, но и выкрали личные данные клиентов с моего персонального компьютера? Вам известно, что это преступление, господин Филатов? Особенно если моя "вина" не будет доказана.

Александр стиснул зубы. Сказал лишнего. Опять.

— Пока что господин Филатов действовал в рамках полномочий, предоставленных ему СГБ, — снова вступил Гаврилов, — открытое изъятие этих данных могло спровоцировать предполагаемого преступника. Такие действия возможны в рамках проведения скрытого расследования.

— Предполагаемый преступник — это я? Вы меня уже в чем-то обвиняете? — с удивлением спросил Хибики.

— Пока что нет, я лишь увожу вас от обвинения СГБ в некомпетентности.

— Допустим…, - Касуга тут же отступил, поняв, что не стоит бороться со следователем, чтобы остаться невиновным, — но те данные, что вы получили и те, что сейчас сохранены на моем компьютере идентичны и законны, — и снова нажим на последнее слово. Он будто издевался.

— Хорошо. Спасибо, мы вызовем вас, если что-то понадобится. Пока что распишитесь здесь, — Гаврилов протянул планшет Хибики, тот внимательно прочитал, недовольно хмыкнул, после чего приложил палец к экрану, оставляя свою электронную подпись.

— Всего вам наилучшего, господин старший следователь, господин Филатов, — адвокат встал с места, застегнув пиджак и покинул допросную.

Александр было открыл рот, но следователь его опередил.

— Пока ничего не сделать. Очень тяжело, когда из улик только слова людей, надо выбирать, кому верить. В ближайшее время он ничего не скажет. Я запрошу разрешение изъять договора, мои люди поговорят с клиентами, а вы съездите к Йошикаге. Только в этот раз действуйте официально, это понятно?

— Да, — только и ответил сыщик.

— Хорошо. Будем пока работать в этом направлении, а там посмотрим, — старший следователь взял под руку планшет и открыл дверь, пропуская Филатова.

Исход беседы с адвокатом совсем не удивил Филатова. Все обернулось так, как он и предполагал, в открытом противостоянии Касуга легко защищается, однако теперь Александр может действовать активнее, заручившись поддержкой СГБ. Все-таки не зря он сдал свидетеля им. Пусть адвокат и пытался казаться невозмутимым, он наверняка начнет действовать и тогда уже ошибется.

Теперь нужно отправиться к Йошикаге, переговорить с ним, привести на допрос, задокументировать показания. А лучше всего — найти машину. Теперь Ли не станет ничего утаивать.

В управлении сыщику дали адрес работы Ли Йошкаге, потому Филатов решил сразу отправиться туда, минуя квартиру. Но прибыв на место, сыщик узнал от коллег, что Ли сегодня сказался больным. Это несколько удивило его, именно поэтому направившись к жилищу Йошикаге, Филатов ехал уже чуть превышая скорость.

Ему было неспокойно.

Оказавшись перед дверью скромной квартиры, Филатов настойчиво и громко несколько раз постучал. Никто не открыл. Тогда он постучал снова. И в ответ — тишина.

Подождав несколько минут Филатов постучал в соседнюю квартиру. Дверь открыла немолодая женщина, запахнутая в темно-красный затертый домашний халат.

— Да?

— Здравствуйте, я сотрудник СГБ, ищу господина Йошикаге. Вы видели его сегодня?

— Нет…, - задумавшись ответила она, — хотя я не слежу за ним обычно. Мы толком-то и не знакомы. А зачем он вам?

— Спасибо, — вежливо ответил Филатов, постучавшись в другую дверь. Ожидая ответа, он заметил, как женщина все еще наблюдает за ним, — ничего серьезного, — обратился он к ней, — долг по коммунальным платежам.

Не сразу, но она закрыла дверь. Осталась ли она наблюдать через глазок — неизвестно.

В другой квартире никто не открыл. Ну конечно, в такой час все на работе.

Филатов вернулся к предыдущей двери, достал из кармана пачку сигарет, вырвал оттуда кусок картона и, смочив слюной, прилепил на глазок, затем подошел к квартире Йошикаге, достал отмычки и вскрыл ее.

Также быстро он исчез внутри, закрыв дверь, скрывшись от любопытных глаз соседей.

На первый взгляд, с момента их последней встречи в квартире все осталось нетронутым. Даже коробки от привозной еды лежали на своем месте. От того по всему помещению распространилось легкое кислое зловоние. И неужели человеку настолько плевать