Сердце Андромеды, или Чёрный Цветок. Книга первая - Андрей Кров

— Что вы, хозяин! Местные таксисты — все бывшие пираты, вышли в тираж либо по ранению, либо по болезни, либо по возрасту, но привычки грабить и резать не утратили. Для них такси — тот же боевой корабль для разбойничьих захватов. С ними лучше не связываться…

Сучок-путевичок оказался удачным приобретением. Шарик беззвучно парил в воздухе, указывая направление, тормозил, если за ним не успевали, приноравливался к шагу, при этом выбирал самый безопасный маршрут — что было важно.

«Таверна трёх капитанов» находилась на третьем уровне Чёрного причала. Здесь всегда было темно и холодно, как в погребе. Тусклый свет едва освещал дорогу, на которой легко можно было задеть оголённый провод, провалиться в открытый люк или яму, или зазубренную трещину — будто кто пропахал землю гигантским плугом. В мерцающей редкими освещёнными участками мгле шевелились тени. По двое, по трое мутные силуэты появлялись из темноты и скользили прочь, стараясь не пересекаться с такими же, как они, размытыми тенями. Здесь никто никому не доверял и держался ото всех подальше.

Из арсенала «Ласточки» Рэм выбрал себе облегчённую модель бластера КТ-39, и теперь не снимал руки с его ребристой рукоятки.

Через час сучок-путевичок остановился возле прокопчённой кирпичной стены, в которую была врезана бронированная дверь с маленьким квадратным окошком.

— Это и есть «Таверна трёх капитанов»? — спросил Рэм и потянул за ручку. Дверь оказалась запертой. На стук отворилось окошко, сверкнули два жёлтых кошачьих глаза.

— Пароль, — раздался осоловелый голос.

— Послушайте, любезный, — начал Болтун, — мы долго добирались, устали, хотим отдохнуть, поесть, прополоскать желудки. Откройте, тем более что мы пришли не с пустыми руками. Мы не какие-нибудь бродяги.

— Пароль, — бесстрастно повторил голос.

— Какой к чёрту пароль! — взбесился Болтун. — Я же говорю, мы приезжие, туристы, изучаем местные достопримечательности, хотим посетить ваш уголок.

— Пароль.

— Вот болван упёртый! Ну что ты будешь делать! Как тебе объяснить, истукан, что мы приезжие? Никакие твои пароли не знаем. И вообще…

— Пароль, — раздалось изнутри.

— На горшке сидит король! — выпалил Рэм детскую подковырку, разозлённый мыслью, что всё было напрасно — и дверь, за которой может быть ответ или подсказка, ведущая к цели, так и останется непреодолимым препятствием.

Но случилось чудо — замок щёлкнул, тонко скрипнули петли и открылся узкий коридор.

В небольшом тамбуре, привалившись к стене, сидел странный субъект, похожий на сиамского кота, судя по всему, пьяный в стельку. Когда Рэм и Болтун проходили мимо него, он громко икнул и повторил всё тем же сиплым голосом:

— Пароль…

Не обращая на него внимания, Рэм и Болтун прошли в конец коридора и упёрлись в ещё одну кирпичную стену.

— Вот-те раз! Это мне не нравится, — сказал Болтун, скребя затылок.

Рэм машинально опёрся ладонью в стену, но вместо твёрдой шероховатой поверхности, ощутил что-то мягкое, пушистое, ватное, во что рука провалилась по локоть.

— Ой, хозяин, а это мне совсем не нравится! — пискнул Болтун и, зажмурившись, последовал за Рэмом, который шагнул в стену как в открытую дверь. Коридор исчез, открылось большое помещение, с деревянными столами, стульями, скамьями; в плошках и бронзовых подсвечниках горели свечи, с потолка на цепях свисали люстры, похожие на тележные колёса. Стены украшали чучела животных и картины морских сражений с участием парусников XVII века. На одном из полотен, судя по надписи крупными золотыми буквами внизу картины, был изображён сам Генри Морган, в треуголке с павлиньим пером и парой кремневых пистолетов. За спиной знаменитого корсара реяло полотнище с Адамовой головой.

Рэм подумал, что он галлюцинирует и всё вокруг, вместе с ватной стеной, мираж. Каким образом, сюда, на Х-15, за миллионы световых лет от Земли, попали артефакты из прошлого Земли, подлинные или воспроизведённые с поразительной точностью и знанием деталей быта далёкого времени? У Рэма от волнения перехватило дыхание: связь была очевидной!

В таверне толпился народ. Законы «Пиратского братства» позволяли принимать в свои ряды всех желающих, без исключения. Казалось, что всё многообразие видов собралось в одном месте.

Свободных столиков не было, лишь в самом дальнем углу, под картиной, изображающей трёхмачтовый галеон в момент залпа бортовых орудий, сидел одинокий посетитель — длинный и тощий, как обглоданный мосол, с красной косынкой на голове.

— У вас свободно? — вежливо спросил Рэм.

— Да, конечно. Только тугов здесь не обслуживают.

— Что?! — Болтуна затрясло.

— Поверьте, сам возмущён. Но таковы здешние нравы… А я вас узнал…

— Меня? — удивился Рэм.

— Да. Вы человек с планеты Земля.

— ??

За соседним столиком два пирата, с такими же как у Циклопа развитыми бицепсами и густой шерстью, тыкали пальцами в Болтуна и что-то горячо обсуждали, явно с недобрыми намерениями.

— Хозяин, пожалуй, мне лучше подождать вас снаружи, — встревожился Болтун.

В этот момент из центра стола, прямо из грубо сколоченных досок, выскочила трёхмерная голограмма гуманоида, его круглая приплюснутая голова, и быстро, быстро затараторила:

— В меню фирменный ром, изготовленный по рецепту знаменитого ямайского рома, за три берина одна пинта; жаренные на вертеле киппелы в соусе пактерикс с парнальскими грибами, привезёнными с планеты Лесной Массив — за пять беринов… — Голова на миг запнулась, затем в той же бойкой, нагловатой манере возвестила: — Тугов не обслуживаем.

— Да что же это! — взвился Рэм. — Просто расизм в чистом виде! Не вздумай уходить, сиди на месте! Пусть только кто