Подвиг без героя (СИ) - Ольга Александровна Валентеева

— Предупредив моего отца?

— Нет.

Кейлин кивнул очередной своей мысли. Он снова замолчал, и я не собирался нарушать это молчание. Пусть подумает, ему полезно. А я буду спать. Вот только, как назло, сон бежал от меня, и я сидел, прикрыв глаза. В голове было множество мыслей. В основном я вспоминал ту самую битву, о которой говорил Кейлину, и думал, могла ли она закончиться иначе. Но сколько бы ни думал, ответа не было. Я не нашел его тогда, не находил и теперь.

— Поспал бы ты, — заметил, что Кейлин неотрывно глядит в окно.

— Я выспался за день, — ответил принц. — Да и нога болит.

— Вы с Ленси сменили мазь?

— Да, само собой. Сестра беспокоится о моем здоровье.

В голосе Кейлина послышалась горечь.

— И правильно делает, — сказал я ему. — Понимаю, ты злишься на Валенсию. Даже готов предугадать, что именно ты думаешь. Она должна была приехать раньше, даровать тебе свободу. Так?

— Допустим. — Принц снова развернулся ко мне.

— То есть, ты бы предпочел, чтобы твоя сестра вышла замуж за виновника смерти вашего отца? И была всю жизнь несчастна, только чтобы стал счастлив ты?

— У нас был уговор, — ответил Кей куда тише.

— Уговор… С нею? Насколько я понял из ее рассказа, вы с Ленси в последний раз виделись задолго до гибели короля.

— Между Эффортом и Ландорном. И я бы не бросил ее в любом случае. Занял бы трон, и…

— Или был бы убит где-нибудь по пути в Эффорт, как и было разыграно. Не так ли? Подло перекладывать всю ответственность на плечи хрупкой девушки, ваше высочество Кейлин. Твоя сестра не должна становиться разменной монетой в политических играх Эффорта и Ландорна. Если ты считаешь иначе, то недалеко ушел от Бертрана и Риббонса.

Принц снова замолчал, а я отвернулся к окну и наконец-то уснул. А когда проснулся, занимался рассвет. Поторопился сменить Валенсию и дальше правил лошадьми сам. Остановиться бы на ночлег… У нас впереди более двух суток пути. Но где? Где мы будем в безопасности? По всему выходило, что нигде. Значит, так и будем меняться, пока не доберемся до цели.

Следующий привал случился ближе к обеду. Коням тоже нужен был отдых, и я распряг их, чтобы могли попастись на лугу, а мы с принцем и принцессой устроились на солнечной полянке. Припасов пока что хватало. Мы хрустели хлебцами и жевали вяленое мясо, а затем сгрызли по яблоку. Все трое молчали, но разве меня когда-нибудь тяготила тишина? Охота брату и сестре дуться друг на друга — пусть дуются. Меня же интересовал наш дальнейший путь. Я прикидывал, как сделать его короче, но по всему выходило, что от поселений лучше держаться в стороне. Значит, едем так, как задумано изначально.

Придя к такому выводу, я уже поднялся и шел запрягать лошадей, когда глухо вскрикнула Ленси. Стоило обернуться, как понял причину ее испуга: Кейлин побледнел как мел. Его бил озноб, и парнишка вцепился в собственные плечи, чтобы хоть немного успокоить дрожь. Его губы стремительно белели.

— Кей? — звала его Валенсия. — Кей, что с тобой?

— Отойди. — Я поспешил к ним.

Не надо быть магом, чтобы заметить тьму, окутавшую тело принца всего на мгновение. Сила. Кейлин говорил, что его поили отваром. Хотели, чтобы магия уснула. Но, похоже, не преуспели в задуманном, и теперь сила рвала своего владельца на части.

— Расслабься, — сказал я тихо. — Ляг на траву, закрой глаза.

Кейлин послушался. Он, кажется, перестал понимать, где находится, потому что блуждал взглядом то по мне, то по Ленси. А затем все прекратилось так же резко, как и началось.

— Что это было, Денни? — отчаянно спросила Валенсия.

— Думаю, его магия, — ответил я. — Она слишком долго спала и теперь рвется на свободу. Как ты, парень?

— Жить буду, — глухо ответил Кей, присаживаясь. — Не было ее — чувствовал себя отвратительно. Появилась — стало еще хуже.

— Потерпи, все равно других вариантов нет. Зато сможешь сворачивать врагов в сардельку. Магов мало, научишься законам тьмы — и будешь сильнейшим в своем роде. Так что надо взять себя в руки и сделать так, чтобы магия служила тебе, а не ты ей.

Кейлин осторожно поднялся на ноги. Я убедился, что принц не собирается умирать на месте, и все-таки пошел запрягать лошадей, а Ленси взяла брата за руку и что-то втолковывала ему. Кей молчал, глядя куда-то сквозь нее. Ох, и семейка!

Вопреки заминке, вскоре мы продолжили путь. Валенсия забралась на козлы рядом со мной, а принц дремал в экипаже. Какое-то время ехали молча. Затем я заметил, что моя спутница выглядит слишком расстроенной.

— Что, не ладится общение с братом? — спросил, чувствуя себя глупо донельзя.

— Не ладится, — ответила она. — Кей злится, я же вижу. А обсуждать ничего не хочет. Как мне с ним быть, Денни?

— Хороший вопрос, — тихонько хмыкнул. — Мне кажется, тебе стоит дать его высочеству время. Пусть побудет наедине со своими мыслями, почувствует себя в безопасности, насколько это возможно. Рано сейчас выяснять отношения. Кей обижен, и его можно понять. Но дело даже не в обиде…

— А в чем? — устало спросила Ленси.

— Я уже сказал тебе: прошло слишком мало времени. Дай ему больше. Позволь понять, что его жизнь сделала поворот, и все наладится.

Принцесса помолчала, а затем положила свою ладонь поверх моей и сказала:

— Спасибо, Денни. Ты не представляешь, как для меня важны твои слова. Я… Я бы очень хотела, чтобы ты остался с нами, но понимаю, что у тебя есть своя дорога, и ты нам не нянька. Этот твой друг, к которому мы едем… Он точно не нагрянет в свой особняк в ближайшем будущем?

— Точно, — ответил я. — Ким слишком любит придворную жизнь, чтобы так просто с нею расстаться. Последние года три он не выезжал из столицы. Почему все должно поменяться теперь?

Ленси пожала худенькими плечиками. Да, намучается она с братишкой. Видно ведь, что Кей только ищет повода выпустить пар, и неважно, кто станет его противником — или противницей. Кого он назначит виновной в своих бедах. Но я и правда не собирался задерживаться рядом с детьми погибшего короля. И пусть меня никто не ждал в столице, там я чувствовал себя дома. Ощущал свободу, которой так не хватало на военной службе. И потом, я этим двоим точно не нянька, как и выразилась Ленси. Размещу их, подожду, пока мальчишка выздоровеет, и наши пути разойдутся.