Другая дорога. - Владислав Колмаков

Царства в рабство было угнано от двух до трех миллионов русских людей. И если учесть, что сейчас в конце семнадцатого века население моего царства по последней переписи составляет около одиннадцати миллионов человек. То становится понятен масштаб проблемы под названием Крымское ханство. Нет, были бы татары нормальными и добрыми соседями. Как те же калмыки, например. Те ведь тоже кочевники, но лояльные нашей стране. Но с татарами это же совсем не так! Крымские татары жили за счет разбоя, работорговли и набегов на русские земли. А все вопли про то, что так нельзя поступать. Нельзя сгонять с земли целый народ. Нельзя лишать их Родины. Всем кто так орет, я хочу напомнить, что Крым татарам изначально не принадлежал. Эти кочевники сюда пришли в тринадцатом веке в составе орд Чингисхана. Они захватили и разграбили эту землю. Перебили или обратили в рабство население Крыма. И объявили себя хозяевами Крыма. И где тогда здесь историческая справедливость и исконные права на эти земли? Где? У татар их точно нет. Они здесь просто захватчики чужой собственности. Кстати, в Крыму еще до прихода Золотой Орды существовало русское княжество Тмутаракань. И это исторический факт. Поэтому у России прав то на эту землю гораздо больше чем у татар. Считайте, что сейчас мы как раз и восстанавливаем историческую справедливость. И возвращаем на Родину эти исконно русские территории. А татары нам тут совсем не нужны. Они же, вроде как, кочевники? Вот, пускай, и кочуют отсюда подальше. Куда-нибудь в Турцию. Ведь крымские татары – это вассалы турецкого султана. Вот, пускай, тогда он их и забирает себе. Мне работорговцы и бандиты на моих землях не нужны.

Поэтому сейчас наши конные разъезды частым гребнем прочесывали территорию по пути следования моей армии. Кстати, я распорядился при этом не трогать лиц другой национальности. Сейчас же в Крыму не только татары и турки проживали, исповедующие ислам. Были здесь и христиане. Армяне, греки, валахи, грузины и черкесы. Вот их я был согласен принять в свое подданство. Поэтому мои кавалеристы присматривали, чтобы казаки и калмыки захватывали и грабили только татар и турок. Ну, и славянских рабов тут тоже хватало. Рабов я сразу же освобождал и предлагал им землю в Крыму. Кстати, потом большая часть освобождаемых нами пленников и рабов, томившихся в Крыму и Турции, мы так же селили на освобождаемых землях. Никакой крепостной зависимости на юге России не будет. Здесь живут только вольные люди.

Наконец, армия дошла до того места, где дорога раздваивалась. Правая ветка уходила к турецкой крепости Арабат, прикрывающей выход в Крым с Арабатской косы. Налево дорога шла к Кефе. Так сейчас здесь называлась Феодосия. По моему приказу генерал Шеин взял под командование четыре пехотных и один кавалерийский полк, две батареи тяжелых гаубиц и пять ракетных установок. И со всеми этими силами отправился брать крепость Арабат. А мы же с основной армией вторжения пошли к Кефе.

Еще на подходе мы услышали раскатистые орудийные залпы. Поднявшись на один из холмов, вижу картину эпичного морского сражения. Русская эскадра из двенадцати вымпелов сейчас атаковала семь турецких кораблей. Часть вражеских судов уже горело и тонуло. Внимательно осмотрев гладь морского боя, я замечаю, что здесь со стороны турок сражаются преимущественно торговые корабли. Я за это время уже научился разбираться в типах кораблей. И сейчас прекрасно видел, что военный корабль Османской империи тут только один был. И тот не очень крупный фрегат на тридцать пушек. И ходить под турецким флагом ему уже недолго осталось. Вот от продольного бортового залпа 80-пушечной «Москвы» он вздрогнул и потерял одну мачту. Потом русский флагман изящно развернулся и скользнул к поврежденному турецкому фрегату. Сойдясь с ним борт в борт, русские моряки бросились на абордаж. Все, здесь у турок нет никаких шансов. Мои морячки имеют очень хорошую дисциплину и боевую подготовку.

В отличие от Петруши, я не стал маяться дурью и не составлял команды кораблей из солдат пехотных полков. Я не сторонник таких вот странных эрзацметодов. Флот должен быть флотом, а не сухопутной армией, посаженной на корабли. Поэтому на русских кораблях сейчас служат настоящие моряки. Которые за четыре года стали опытными профессионалами своего дела. Не зря адмирал Лима и Франц Тиммерман их гоняли. Хорошо научили. Сделали из простых крестьянских парней настоящих моряков. Обучили их разным корабельным премудростям, артиллерийскому делу и абордажным сражениям. И сейчас русские морячки демонстрировали свою отменную выучку и боевое мастерство. Турецкий фрегат сопротивлялся не долго и вскоре спустил флаг, признавая свою капитуляцию. Увидев это, все уцелевшие торговые суда турок также стали спускать свои флаги, сдаваясь на милость русских моряков. Отменно! Хорошо мои морячки поработали. Застали на рейде Кефе несколько турецких кораблей и напали на них. Ни один не ушел. Все теперь с моря этот крымский город блокирован. Я специально для этого и отправил сюда эскадру адмирала Лимы. Когда наша армия только выступала из Керчи на запад.

Нашему подходу к городу противник никак не препятствовал. Мои конные разъезды оперативно отогнали к Кефе вражеских разведчиков. Но враги все равно смогли рассмотреть мою армию. И я этому особо не препятствовал. Наоборот хотел, чтобы защитники Кефе знали, какая огромная сила на них движется. Чтобы еще до сражения страх поселился в их трусливых сердцах. Ведь по нашим данным, полученным от пленных и купцов, население Кефе составляет где-то тысяч шесть, наверное. Плюс еще гарнизон крепости около пяти тысяч турецких солдат и крымских татар. Горожане то драться не будут. Это просто мясо. А пятитысячный гарнизон долго не выстоит против моей армии. Нас гораздо больше и мы хорошо вооружены. И не надо забывать о выучке моих солдат. А вот у противника она хромает на обе ноги. Турки – это не бойцы, как я уже успел убедиться. Ну, а татары в большинстве своем – это обычные разбойники. Которые привыкли к внезапным налетам, захватам рабов и таким же быстрым отходам. Ведь не зря же даже отряды русского ополчения и стрельцы с ними легко справлялись. Получив серьезный отпор, татарские всадники обычно бросались в бегство. В общем, их даже солдатами назвать нельзя. Обычные бандиты, которые могут быть опасны для простых людей, но не для моей армии. Да, и маловато их там в Кефе сейчас. Тут же в этом крымском городе гарнизон был предназначен не столько для защиты от внешних врагов. А сколько для охраны