Цветущий ад #2 - Сергей Владимирович Руденко

— вздохнул я, несколько растерянно. — Слушай, с самого рассвета думаю, как делить будем, но что-то ничего в голову не приходит…

Ромка задумчиво кивнул.

Все знали, что в замке у князя хранятся местные эталоны. В том числе и килограмма. Понятно, что они вряд ли идеально совпадали со своими земными аналогами, просто потому что в Урюпинске не было возможности изготовить их «по науке». Здешняя гиря была, естественно, тоже компромиссной, и народ просто договорился ее считать килограммовой.

Забавно, но формально, с начала XX века на Земле определение этой меры веса тоже звучало, как «килограмм — это единица массы, равная массе международного прототипа килограмма». И лишь совсем недавно — только в 2019 году — новое определение увязали с определенной физической величиной (так называемой «постоянной Планка»*). Вес в итоге, понятно, не изменился, но зазвучало все уже куда более научно.

В общем, узнать, сколько наша добыча потянет, можно было, но тягомотина получилась бы жуть какая утомительная. В конце концов, даже двух одинаковых ведер в оазисе не было! Да и не хотелось мне, откровенно говоря, таскать это богатство туда-сюда. Я имею в виду, ту часть, что собирался сохранить за нами.

Забрать их с собой — не заберешь, банков или каких-нибудь сберегательных касс в Урюпинске не было, поэтому привлекать внимание к факту, что мы улетим, а тут останется гора в местной валюте — реально не стоило! Закопать разве где-нибудь? Мысль эта казалась все более привлекательной.

— Уважаемый господин Черпак, можно позаимствовать у тебя котел? Тот, двухведерный, с толстыми железными ручками… — приложив правую руку к сердцу, я изобразил скромного просителя.

Трактирщик как раз осматривал в этот момент принесенные корзины со снедью, продукты на очередные несколько дней, и на некоторое время потерялся от моего вопроса.

— Сейчас его, по-моему, еще не приносили на кухню. Возьми, если надо, только к обеду надо бы вернуть… — согласился трактирщик, после едва заметной паузы.

Я понимал мужика, основная часть его дохода до сих пор уходила на изготовление всяких там недостающих кастрюль, вертелов, решеток, кухонных ножей, ну и обычных хозяйственных инструментов, конечно же.

— Пикник решил устроить?

— Зачем, меня полностью устраивает местная кухня! — подлизнул я, помня, что лишней лести не бывает. — Нет, нужно взвесить почти полторы тонны мелких металлических шариков в какой-нибудь посудине. Чтоб не просыпались, к примеру… — уточнил я.

— А-а, так дело действительно нужное, — посветлел лицом Черпак, и тут же предложил. — Ну, если надо будет, можем «первое» сегодня в обед и не варить…

— Надеюсь, не придется, там все-таки не настолько уж много взвешивать. Но за предложение спасибо, буду иметь в виду! А сам, кстати, посмотреть не хочешь?

— Уже идете?

— Так вон, не спится народу… — кивнул я в сторону хорошо различимого сборища, до моего участка и канонерки из трактира было действительно недалеко. — Так что собираемся!

Отец Андрей, Ромка, Саня, дражайшая половина — все они тут же засуетились.

— А пошли, что здесь сидеть! — махнул рукой на корзины Черпак. — Бабы мои, кстати, завтрак твоему англичашке отнесли. Слушай, сам не видел, но это гроб что, правда, летает⁈ — поинтересовался трактирщик, едва мы успели выйти из здания.

— Мамой клянусь! — изобразил я хорошо узнаваемый акцент.

— Вах, не может быть, дорогой! — подыграл собеседник, под смех сопровождающих.

Многие члены семьи трактирщика посчитали возможным бросить дела, потому что посетителей сейчас практически не было. Почти все кто заглядывал сегодня за своим традиционным завтраком, уносили его с собой.

* * *

В окружившей корабль толпе немало оказалось тех, кто уже был навеселе. Учитывая незамысловатость здешней жизни, народ не упустил возможность превратить мероприятие в праздник. Поэтому, кстати, почти сразу же местные балагуры принялся комментировать наше появление, в меру своего опьянения и фантазии:

— Да сколько можно уже ждать⁈ Эй, Глеб, давай уже, доставай сокровища! Да что это такое делается, вели этой англосаксонской морде не тыкать в нас ружьем…

Последний из крикунов обнаружился уже прямо рядом с канонеркой. На наших глазах он изображал, что собирается взобраться на верхнюю палубу прямо по борту, отчего вооруженный мушкетом англичанин наводил на него оружие и кричал, что будет стрелять.

— Stop, I’ll shoot! (Остановись, я буду стрелять!) — судя по дрожащим губам и откровенной панике в голосе, Джон сейчас и в самом деле был на грани.

— А почему бы ему и не ткнуть, чем это твоя морда лучше? — изобразил я иронию, хотя сам испытал, откровенно говоря, острое желание врезать гаду прикладом по горбу.

— Sir, what’s going on, they want to kill me? (Сэр, что происходит, они хотят меня убить?) — обрадовался мне иностранноподданный, как родному.

Я как мог, успокоил своего старшего матроса, ну и заверил, что никого стрелять прямо сейчас не нужно. И, конечно же, поблагодарил его за бдительность.

— It’s all right, Johnny! These people are tired of waiting for us to share our booty with them…(Все хорошо, Джонни! Эти люди устали ждать, когда мы поделимся с ними добычей…) — уточнил я, и велел опустить кормовую аппарель.

— Yes, sir! — вытянулся резко повеселевший англичанин, и тут же скрылся внутри корабля.

Я краем глаза продолжал следить за скандалистом, который явно не собирался успокаиваться. По нему было видно, что от козла просто так не отделаться, но в момент, когда тот набычился и собрался высказать что-то однозначно нелицеприятное, скорее всего, уже обо мне, вмешался Черпак.

— Докучай, ты и здесь нарываешься? Поручителя, наверное, уже нашел… — вопрос словно бы разом выпустил из парня весь воздух и он даже подался назад, словно пытаясь скрыться за спинами соседей, но народ расступался, а трактирщик все не замолкал. — Может такое случится, что никто не станет ждать окончания твоего испытательного срока. Хочешь, чтобы уже сегодня выперли за стены?

В Урюпинске — насколько я знал — и в самом деле было какое-то такое ограничение об обязательном поручительстве. Именно поэтому каждому новичку было так важно найти свое место в обществе.

Не произнеся ни слова в ответ, парень поспешно растворился в толпе.

— Спасибо, дорогой тестюшка! — негромко поблагодарил я трактирщика, когда народ снова загомонил, потеряв интерес к скандалу. — А то я уже не знал, что и делать. Думал, все-таки придется сцепиться с ним.

— А, известный мудило, — отмахнулся Черпак, — дважды уже