Два крыла. Русская фэнтези 2007 - Елена Медникова

— Вот чудь-человек! Да точно! Не помню я никого с таким именем.

— А может, знавал ты его под иным именем? — все не отступал Илья. — Образ его, может, знаком?

— Ну и каков твой Вежда? — усмехнулся кузнец.

— Да стар вроде тебя и седой такой же. Да крепкий под стать тебе. Вот и подумалось, будто братья вы…

Илья с надеждой вглядывался в лицо кузнеца, но Белота снова отрицательно покрутил головой:

— Что-то путаешь ты, парень. Может, и не я тебе нужен, а?

— Да нет же, ты! Мне боевой меч потребен. Только… — Илья замялся, теребя постромки котомки, которую так и не снял еще со спины. — Вот ведь какая незадача: заплатить мне тебе нечем.

Белота удивленно вздернул брови и присел на край колоды, протянув:

— Так-так… Даже русы из дружины князя киевского всегда платили мне если не гривнами, но кунами или дирхемами. А ты, выходит, ставишь себя выше дружинников князя?

— Да нет же, это мой наставник наказал так сделать, — попробовал протестовать Илья, чувствуя себя очень скверно, словно ему приходилось просить милостыню.

Кузнец, не слушая его, продолжал:

— Давно ко мне никто с такими словами не захаживал.

Он с интересом принялся разглядывать Илью, очень хотевшего провалиться от стыда сквозь землю, и спросил:

— А зачем тебе меч, да еще и добрый?

— Я воспитанник человека, которого у нас называют Веждой. Он великий боец и обещал передать мне свое искусство, — сказал Илья.

Кузнец сцепил руки на крепкой груди и прищурил глаза:

— Я вижу, что ты из семьи кулака. — Илья кивнул. — Но этот Вежда послал тебя ко мне за мечом, а мены с собой брать не велел. Так?

— Так, — со вздохом развел руками Илья.

— Чудно, — восхитился Белота, расцепляя руки, упирая ладони в колени и продолжая с интересом рассматривать Илью. — И чем же ты намерен рассчитаться со мной за работу?

Илья неуверенно пожал плечами, переминаясь с ноги на ногу.

— Тебя как величать-то? — вздохнул кузнец.

— Илья, сын Чебота и Славы.

— Вот что, Чеботок, — подумав, сказал Белота. — Мне тоже не ведомо, как ты со мной будешь рассчитываться и стану ли я вообще ковать для тебя меч.

Илья хмуро смотрел в землю, вспоминая наказ Вежды о том, что без меча можно домой не возвращаться. Кузнец покачал головой, поднимаясь с колоды и подходя ближе.

— Знаешь что, удалец. Добудь-ка мне… — Кузнец немного помолчал, подумав, и кивнул: — Глины. Глина мне нужна. Вот накормим тебя по обычаю, а потом и сходишь. Тут недалече. Мне и немного надо. Ну, ступай в дом. А я следом.

Он подтолкнул Илью, и тот пошел к крыльцу. Белота задумчиво смотрел ему вслед и, когда Илья скрылся за углом, пробормотал себе под нос:

— Дела… Этот Вежда либо скряга, либо дурак, либо…

И пошел следом за гостем в дом.

Яма, из которой селяне брали глину себе на потребу, находилась от села не близко. Из-за соседства с речкой, которая в пору схода снегов вышла из берегов, яму ту занесло песком да корягами, и Илья, когда добрался до нее и увидел, что ему пред-.стояло, только обреченно вздохнул. Белота снабдил его небольшим возком с широким ремнем и заступом с лопатой, и, помолясь, Илья принялся за дело.

Он проковырялся до самой ночи и добыл глины столько, что с возка чуть не сыпалось, весь перемазался грязью да той же глиной и наломался, как на пахоте задень. Уже впрягшись в ремень и таща свою ношу к деревне, Илья с невеселой усмешкой подумал, что если Белота согласится ковать меч и как плату назначит каждодневную добычу глины, то он так, пожалуй, и ноги протянет.

Добравшись до дому и боясь, что впотьмах дворовый пес Белоты тяпнет его, приняв за вора, Илья был немало удивлен, когда этот самый пес встретил его задолго словно старого знакомца и радостно сопровождал до самых ворот, упреждая других собак от ненужного брёха — свои, мол, все в порядке. Илья дотащил тележку до крыльца, сбросил с плеч ремень, да и сел на завалинку перевести дух. Пес ткнулся мокрым носом ему в колени.

— Ишь ты, — потрепал его по загривку Илья. — Что же ты, дурашка, чужого как своего принимаешь? Иди-ка от меня по-добру, не то твой хозяин плохо о тебе подумает, скажет, мол, бестолковый пес, ластится ко всем.

Пес молча слушал, не двигаясь с места и заглядывая ему в глаза.

— Или ты зря не брешешь, потому как сразу хозяйских гостей примечаешь? Благодарствуй, конечно, да только навряд я желанный гость твоему Белоте. Пришел, вишь, за мечом, да с пустыми руками. И чего только Вежда думал? Разве виданное дело добрый меч случайным приработком добыть?

Тут дверь скрипнула, и на крыльцо вышел Белота.

— Ага, вернулся, труженик, — сказал он, и в его голосе Илья уловил радость, которой и в помине не было днем, когда они встретились. — Извозился пуще борова… Давай-ка подымайся, да пойдем в баню, после работы да еще с дороги — самое то.

Илья изумленно поднялся, а Белота, хитро усмехнувшись, добавил:

— Завтра поглядим, нужен ли мне такой работник, как ты.

Снова отворилась дверь, и на крыльце появился мужик.

Белота сказал, кивая на него:

— Гости у меня, зять вот приехал.

Немногословного зятя звали Всеслав. Парились в охотку, поочередно охаживая друг дружку веничками, а Илья все раздумывал, согласится Белота ковать ему меч или скажет поворачивать оглобли. Задумал что-то старый кузнец, решил он, лежа на полке и отдуваясь.

Уже когда вышли в предбанник и переодевались в чистое (мать Слава не забыла положить сыну в котомку новую рубаху да исподние портки), Илья спросил Белоту:

— А что, есть ли у тебя помощники?

— Есть, — кивнул кузнец, снова хитро посмотрев на Илью. — Когда плуги да подковы тачаю, помогает мне добрый парнишка. А мечи я один кую.

— Сказывали, что твои мечи самые лучшие. Как же ты их куешь без помощника? — удивился Илья.

— Потому и лучшие, — ответствовал Белота. — Меч ковать — это тебе не лемеха тачать. Это таинство особое. Самый лучший расклад, когда на подхвате будущий хозяин меча работает. Тогда меч истинно ему предназначенным выйдет и врага одолеть поможет. И защитит не только своей стальной сущностью — всю силу Земли-матушки в таком деле явит. Когда святая битва предстоит супротив иноземного ворога, меч что тот же плуг, но не в землю обращенный, а к небу. Пахота кровавая, это верно, но когда за родной очаг бьются — такое дело богам угодно. В такой битве добрый меч всегда вдвое сильней вражьего меча да стрелы супостата.

Когда Илья вслед за Всеславом и Белотой вошел в дом, то сразу увидел гостеприимный стол и хозяйку, сотворившую это чудо, — младшую дочь кузнеца Славушку, что встретила его у порога, когда он только пришел. То, что ее звали, как и мать, Илье сразу понравилось, и он загадал, что кузнец в конце концов согласится выковать меч. Увидев ее сейчас, Илье показалось, будто она знает о нем что-то, что еще неведомо ему самому. Белота тоже таил в себе нечто, поглядывая на Илью, и наконец, сказал: