Заклятые любовники - Марина Эльденберт

Винсент помог мне снять накидку и передал ее Барнсу.

– Комнаты для нашей гостьи готовы?

– Конечно, ваша светлость, я попрошу проводить миледи в ее покои.

– Не утруждайся, я сделаю это сам.

– Винс!

По широкой мраморной лестнице к нам бежала девушка в яблочно-зеленом платье. Завитые по последней моде светло-каштановые локоны смешно подпрыгивали, а на губах сияла улыбка. Она чудом не упала, когда перепрыгнула сразу несколько ступенек, но на ногах удержалась и бросилась в объятия де Мортена. Девушка была маленькой и очень хрупкой, Винсент подхватил ее и закружил, а после подставил щеку для поцелуя. Эта сцена живо напомнила мне о встрече с Рином и о том, что с каждым днем я все дальше от прежней жизни.

– Ты долго не приезжал, я скучала, – пожаловалась та. Меня она не заметила, или не захотела замечать, зато де Мортен – о чудо – выглядел сконфуженным, даже бросил на меня предупреждающий взгляд, словно боялся, что я стану высмеивать это проявление нежности. Как же мало он все-таки обо мне знал.

– Несколько дней.

Так вот, оказывается, куда он уезжал.

– Но в прошлый раз мы совсем не успели поговорить! Ты весь вечер просидел в библиотеке.

Винсент развернул девушку ко мне.

– Ты помнишь леди Луизу Лефер?

Ее темно-зеленые глаза расширились.

– Твоя неве… – Она осеклась под строгим взглядом де Мортена и сделала книксен. – Знакомая.

– Моя сестра, леди Лавиния.

Я уже догадалась, хотя младшую сестру Винсента помнила смутно, потому что видела ее лишь однажды. В годы нашей помолвки она была совсем ребенком, тихой задавленной строгим воспитанием девочкой, я помнила ее опущенный взгляд и неуверенные движения.

– Добрый вечер, леди Лавиния. – Я улыбнулась, и она открыто улыбнулась в ответ.

– Вы останетесь на ужин?

– И даже на завтрак, – усмехнулся герцог.

– Ты хотел сказать – обед, – покачала головой его сестра.

В этот момент к ней подошел Арк, и Лавиния вся подобралась.

– Не бойтесь, он хорошо дрессирован, – поспешила заверить я.

Лавиния отступила на шаг, не позволив понюхать подол платья. Дог уткнулся носом в пол, потрусил к высоченной вазе у стены, а затем принялся быстро скрести лапами наверняка бесценный ковер. У меня даже волосы на голове зашевелились.

– Арк! Ко мне!

Тот обижено прижал уши, но послушался. Вот и славно, по крайней мере можно спокойно продолжать разговор, не опасаясь, что он отметит эту вазу как свою собственность.

– Смешной песик! Мама упадет в обморок, когда увидит его!

– Ее светлость не любит собак? – Я удивленно посмотрела на Лавинию.

– Животных вообще, – в ее голосе прозвучала грусть, а во взгляде проскользнула тоска. – Она предпочитает людей.

Винсент взял меня под руку.

– Непонятно почему.

Лавиния тихо прыснула. Холодный тон герцога не производил на нее нужного впечатления, а судя по подрагивающим губам де Мортена, он тоже едва сдерживал улыбку. Видеть его таким было непривычно.

– Я скажу маме, что ты приехал.

– Хорошо. Барнс, распакуйте пса, потом приведете его в комнаты леди Луизы.

Винсент увлек меня за собой. Мы поднялись по лестнице, свернули налево. Зажженных светильников не хватало, чтобы осветить длинный коридор целиком, поэтому мы просто шли в полумраке, ярд за ярдом пожирающим последние крохи освещения. Наши шаги эхом разносились по замку, а стены с гобеленами словно сдвигались, делая проход все уже и уже. Обман зрения, но мне стало не по себе.

– Пока что вы единственная гостья, – он будто прочитал мои мысли, – но это ненадолго. В Мортенхэйм постоянно кто-то заглядывает.

Я кивнула, подавив желание спросить, не хочет ли он приютить меня в своей комнате. Смешно, право слово. Это место наверняка пронизано защитными заклинаниями и охраняется так же серьезно, как и королевский дворец. С какой стати я вообще так переживаю?

Винсент остановился и распахнул одну из дверей. За ней оказалась гостиная в голубых тонах, совсем не похожая на мою комнату в городском особняке де Мортена. По тяжелым занавескам, обивке дивана и обоям вились серебристые узоры, поблескивая в свете хорошо растопленного камина. Справа виднелась вторая дверь – в спальню. Словно островок уюта или мираж посреди ледяного безмолвия.

– Отдохните и переоденьтесь. Через час я зайду за вами, чтобы проводить на ужин. Ваши вещи скоро принесут, включая псину.

«И оставите меня здесь одну?!» – хотела завопить я. Нет, ну что за глупости в самом деле. Не явится же ко мне призрак предыдущего герцога, чтобы придушить кружевными чулками за попранное восемь лет назад высочайшее доверие.

– Арк сам может кого угодно принести, – пробормотала я, впрочем, без особой горячности. Заметила, что вцепилась в руку де Мортена и усилием воли заставила себя разжать пальцы. Он говорил о каких-то страшных тайнах, но у меня от этого замка и так мороз по коже.

Видимо, Винсент заметил, что я волнуюсь, потому что приподнял мой подбородок, заставляя смотреть в глаза.

– Почему вы дрожите?

Не могла же я сказать, что причиной тому воспоминания, в первую очередь о нашей несостоявшейся свадьбе. Они толпились на задворках памяти и грозили вот-вот прорваться не самыми приятными чувствами.

– Замерзла, – прошептала я, хотя от камина в гостиной дышало жаром. Отчаянно хотелось попросить его остаться. Возможно, причиной этой глупой сентиментальности послужила теплая встреча с Лавинией, а быть может, его доброе расположение духа и улыбка, отражение которой погасло в глазах Винсента совсем недавно.

Де Мортен опустил руку и шагнул назад. Неужели в его взгляде мелькнуло сожаление? Или это всего лишь отблески огня?

– Так идите к камину.

Он развернулся и направился к лестнице. Какое-то время я бездумно прислушивалась к удаляющимся шагам, захлопнула дверь, постояла рядом с ней, а когда распахнула снова, шаги уже стихли. Глубоко вздохнув, я напомнила себе, что не должна поддаваться чувствам даже если очень хочется, а такие мысли следует отметать, как надоедливых насекомых на летнем пикнике.

Закусив губу, подошла к камину и потянулась к огню ледяными руками. Все ближе и ближе, до тех пор, пока ладони не обожгло. Это помогло прийти в себя – я отпрянула, сжала пальцы и посмотрела на закрывшуюся дверь. То же самое будет со мной, если позволить себе привязаться к Винсенту. Восемь лет назад он был значительно моложе, поэтому мне повезло отделаться опаленным сердцем. Случись такое снова, я просто сгорю.

3

К ужину я выбрала неброское платье темно-фиолетового цвета. Достаточно скромное, с завышенным декольте и освежающим его пенным кремовым кружевом. На брюнетке такое смотрелось бы мрачновато, а блондинку сделало бы прозрачной, но с моим цветом волос пришлось в самый раз. Самое то, что нужно для разведки, читай новой встречи с семьей, которая по твоей милости оказалась на первых страницах газет.