Заклятые любовники - Марина Эльденберт

– Леди Камилла Шефферд, графиня Уитмор, – она кивнула.

– Леди Луиза Лефер.

– Приятно познакомиться, леди Луиза.

Я с такой интонацией обычно говорю, что меня тошнит, поэтому ответная любезность застряла в горле.

– Позвольте проводить вас в гостиную, – напомнил о себе Гилл.

А с такой – когда уже вывернуло наизнанку.

– Слышала, в театре вы разговаривали так громко, что это было даже неприлично. – Стоило нам остаться наедине, графиня вскинула голову, стараясь смотреть на меня сверху вниз. Что было проблематично, потому что мы с ней одного роста.

– По-моему, это замечательно, когда с женщиной есть о чем поговорить, миледи.

– Так это правда! – Казалось, она оскорблена до глубины души. – Что вы вообще здесь делаете?

– А вы?

Лицо ее вытянулось, словно она стала свидетельницей моих утренних похождений в покрывале. Честное слово, я не хотела дерзить, но надо же было хоть как-то поддержать разговор!

Казалось, она вот-вот затопает ногами, но белоснежный высокий лоб разгладился, на губах засияла обворожительная улыбка.

– Винсент не мог променять меня на какую-то… актрису!

Винсент? Променять? Мило! Зато теперь становилось понятно, почему они нашли общий язык с Гиллом: ее устами «актриса» звучала по меньшей мере оскорбительно. Вообще-то я не злая, разве что самую чуточку. Но на душе стало легче, когда вместо своего подарка она увидела иссиня-серую реку, идущую бурунами, вековые деревья и плотные свинцовые тучи.

Камилла поджала губы и теперь пристально смотрела на меня. Маска слетела, обнажая ее хищную натуру.

– Давайте поговорим начистоту, Луиза, – ее голос стал ниже, грубее. – Со вчерашнего дня весь Лигенбург только и поет о вашем возвращении в высший свет. «Пропавшая дочь виконта Лефера в объятиях герцога!» Зачем вы вернулись?

Ну ничего себе. Всего один раз появилась в театре по эту сторону занавеса, а уголек старого скандала снова раздули в пламя. Я пожала плечами и устроилась на диване, оставляя ей выбор торчать посреди гостиной, как кол из груди вурдалака, или же присоединиться ко мне. Камилла выбрала диван.

– Ну что тут скажешь. – Я вздохнула, накручивая прядь волос на палец. – У нас с его светлостью долгая история. Старые чувства вспыхнули с новой силой, и вот…

– Старые чувства? – зло рассмеялась леди Уитмор. – Вы ненавидели Винсента так сильно, что не просто отказались от титула маркизы, но и опозорили его семью.

Я задумчиво водила пальцем по диванной подушке, повторяя цветочный узор. От того, чтобы вцепиться в белобрысые патлы, меня отделяла тонкая грань здравого смысла и чувство собственного достоинства. Зато теперь я начала понимать чувства де Мортена, когда он вышвырнул меня из спальни: эта женщина понятия не имела, о чем говорит. Она не видела, как я собираю себя по кусочкам, как фарфоровую куклу, упавшую с полки – на новом месте, глупая девчонка без прошлого и будущего, с истекающим кровью сердцем. Лишь иногда мне казалось, что я так себя и не собрала, или склеила как-то неправильно, потому что куда бы ни шла, что бы ни делала, пустота в душе с каждым днем становилась все больше.

– Как бы там ни было, мы вместе, – сладко пропела я и заглянула ей в глаза, – сожалею, если это нарушило ваш душевный покой.

Очаровательное лицо леди Уитмор пошло красными пятнами, губы искривились, она резко подалась вперед.

– Вы помните Винсента таким, каким он был в прошлом, но я знаю совсем другого человека. Он наиграется вами и выбросит на улицу.

Я мило улыбнулась.

– За день до этого я отправлю вам письмо. Чтобы вы успели подъехать к дому и позлорадствовать.

Она вскочила.

– Все, что про вас говорят, – правда! Вы бессердечная лицемерная дрянь!

– О да, – подтвердила я и протянула ей перо из подушки. – А это не вы, случаем, обронили? Из крыла выпало или откуда там еще.

– Вы пожалеете о том дне, когда решились переступить порог этого дома! – прошипела леди Уитмор.

– О, я уже жалею. По десять раз утром и еще чуть-чуть вечером. Не верите – спросите нашего любовника.

Камилла наградила меня негодующе-презрительным взглядом, развернулась и направилась в холл. Встревоженный Гилл вопрошал о причине столь скорого отъезда, в ответ ему несся поток стенаний на тему, что находиться рядом с такой особой нет никаких сил, что ей дурно и нужно время, чтобы прийти в себя. О том, как она будет возвращать душевное равновесие, я старалась не думать. Если до этой истории врагов у меня не было, то после придется ходить по улицам с оглядкой. Леди Уитмор – только внешне душенька и зайка, таких хищниц даже в театре еще поискать.

Я поднялась, разгладила платье и неспешно направилась в кабинет де Мортена. О том, что он занят, вспомнила уже на полпути, в тот самый миг, когда дверь распахнулась, и он вышел мне навстречу в сопровождении невысокого мужчины. Русые волосы сливались с проступающей сединой воедино, красивым его назвать было нельзя, но вот благородное происхождение угадывалось однозначно. Холодный, жесткий взгляд, манера держаться и выправка военного… Да это же сам лорд-канцлер!

Темно-коричневый сюртук, такие же брюки, черный шейный платок и черное пальто – как он при всем при этом не переплюнул в мрачности де Мортена, удивительно. Тем не менее от него веяло таким льдом, что всякая холодность Винсента в моем присутствии казалась легким освежающим бризом. Попав под прицел колючих серых глаз, я замерла, хотя робостью не отличалась никогда. Есть люди, от которых мороз по коже, ты даже объяснить не можешь, в чем дело, просто это чувство есть – и все.

– Лорд-канцлер, граф Аддингтон, – голос Винсента разорвал тишину, – леди Луиза Лефер.

– Приятно познакомиться, леди Луиза, – голос у лорд-канцлера был под стать облику: резкий, словно звенящая сталь.

Он взял мою руку – ту, на ладони которой дремала змея, поднес к губам – как того требовал этикет, но отпускать не спешил. И держал ведь только кончики пальцев, но хватка была просто железная. Смотрел же как на насекомое, которое не составит труда раздавить. Я окаменела, а в себя пришла, лишь почувствовав обжигающий яростью взгляд де Мортена. Присела в реверансе, и это позволило ненадолго опустить глаза.

– Взаимно, милорд.

Ну хоть какая-то передышка! Он пугал меня до дрожи в коленях. Даже урчащий желудок и переживания как-то отступили на второй план. Ну и знакомые у Винсента – один другого краше!

Итан все-таки отпустил мои пальцы и даже коротко улыбнулся – быстрой, исчезающей улыбкой, после чего они с де Мортеном продолжили путь. Я проводила их взглядом, по стеночке доползла до кабинета и рухнула в небрежно отодвинутый стул. Быстрее бы все это закончилось! Поеду в горы, на горячие источники, на море все равно сейчас холодно. Отдохну от высшего общества, развеюсь. И даже не стану к незнакомым мужчинам приставать, буду просто наслаждаться свободой!