Записки фотомодели - стразы вместо слез - Полина Бон

Саша берет меня за локоть и тихо подводит к столу, а сам встает за спиной незнакомца. Он развалил на высоком стуле свое толстое немолодое тело и сосредоточенно следит за игрой. Перед ним внушительная стопка дорогих жетонов и фишек. Партнеры по столу с завистью и уважением косятся на восточного толстяка: ему явно везет. Когда очередная партия выигранных жетонов ложится на сукно перед ним, Саша опускает руку ему на плечо и, дружелюбно улыбаясь, произносит:

– Привет, Ахмет! И ты здесь!

От неожиданности толстяк животом спихивает столбик фишек, и они рассыпаются по полу под ногами игроков. Маслянистые глаза толстяка с воспаленными красными прожилками забегали по сторонам. Он растягивает рот в улыбке:

– Саша, дорогой, рад тебя видеть, друг. Слышал, ты уезжал нырять… Как отдохнул? – Толстяк подобострастно заглядывает в жесткие глаза Александра, который стоит, положив руку ему на плечо, и внимательно наблюдает за каждым его движением.

Саша молчит. Я вижу, как на лысине восточного толстяка созревают мелкие капельки пота. Он напряженно улыбается. Наконец Саша, улыбнувшись уголком рта, произносит:

– Да не получилось как следует отдохнуть, Ахмет. Каждый день было ощущение, что что-то недоделал… С тобой, например, не разобрался.

Темные, как колотый магнит, глаза внимательно смотрят на толстяка, продолжающего испарять влагу и страх.

Толстяк говорит:

– Саша, ты зря про меня плохо думаешь.

Толстяк говорит:

– С землей этой тебя Олег опередил просто.

Толстяк говорит:

– Я здесь ни при чем.

– Да ладно ты, не суетись. Я пошутил. – Саша похлопывает его по плечу. – Тебе сегодня везет? – Взглядом он показывает на горку фишек и жетонов на столе. – Азартно шпилишь. Своими деньгами так не рискуют.

Толстяк как будто не замечает, что над ним издеваются. Он энергично машет руками, ерзает на стуле и говорит что-то про хорошую игру.

– Я и говорю: везет. – Саша достает сигарету. – Ты же не умеешь по-настоящему играть.

Другие игроки за столом, кто с нескрываемым интересом, а кто незаметно, наблюдают за этим диалогом. Кое-кому эта сцена начинает действовать на нервы, и два человека отходят от стола. Саша садится на освободившийся стул и взглядом приглашает меня сесть рядом. Землистое лицо толстяка приобретает какой-то баклажанный оттенок. Мне кажется, он хочет убежать, возможно даже без денег. Но он понимает, что большой хищный зверь еще не наигрался с ним. Я наблюдаю, как под пристальным взглядом темных жестких глаз толстяк одну за другой начинает делать ставки. И раз за разом проигрывает.

– Ахмет, Ахмет… – с деланым сочувствием произносит Саша каждый раз, когда крупье сгребает очередную партию фишек и жетонов. – Я же говорил, что ты не умеешь играть.

Баклажановый толстяк остервенело делает ставки, меняет крупье. Ему даже снова начинает везти, но везение быстро заканчивается. Гора жетонов перед ним стремительно тает. Когда на столе остается только небольшая кучка фишек, баклажановый с каким-то бурлящим горловым звуком отшвыривает их движением кисти к крупье и встает из-за стола.

– Сколько проиграл? – холодно спрашивает Саша.

– Пятьсот тысяч.

Баклажановый протягивает ладонь для рукопожатия, но Саша не торопясь встает со стула и уже на ходу говорит:

– Ну, значит, с тебя еще столько же. Если перестанешь появляться в моем казино, можешь оставить эти деньги себе.

На мгновение умиротворяющие звуки казино смолкают в моей голове, и я слышу хруст костей, которые перемалываются в пасти хищника. Я слышу последний обреченный писк маленького зверька, который исчезает в глотке. И довольное урчание в животе крупного зверя.

Я успеваю подумать о том, что можно купить на пятьсот тысяч долларов. Но мои мысли неожиданно прерывает жутковатое хохотание гиен. Спутники Александра и стайка моделей-биороботов уже кружатся вокруг нас и требуют новых впечатлений. Мы грузимся в саркофаги тяжелых машин. На заднем сиденье одной из них я оказываюсь рядом с Александром, который посмеивается уголками глаз и наблюдает за мной. Я уже видела это выражение лица. Так смотрит большой человек, решивший поиграть с котенком… Другие ассоциации не приходят мне в голову.

В клубе «First», в одном из тех мест, куда деньги и красота приходят на встречу друг с другом, самые опытные охотницы за ходячими кошельками смотрят на меня с нескрываемой злобой хищниц, у которых украли добычу.

Я должна торжествовать. Я должна пользоваться случаем. Но я не понимаю, ЧТО конкретно я должна делать! Отдаться ему в туалете? Или щебетать глупости, касаясь губами самого уха, при этом как бы невзначай запустить руку в штаны и ласкать его член? Или сразу выставить счет за возможность провести со мной ночь?

Отдельные молекулы Богатства и Красоты хаотично перемещаются по пространству зала, создавая ощущение колышущейся лягушачьей икры. Они соприкасаются друг с другом и ищут свою пару, которая позволит им достичь гармонии на ближайший час или ночь.

Это инфернальное варево сопровождают вспышки стробоскопа, трассирующие зеленые лучи и звуки музыки, похожие на звон миллиардов металлических шариков, мчащихся по желобу рулетки. Я глохну от алкоголя и звуков. В моей голове остается только голос, который игриво спрашивает: «ТЫ ХОЧЕШЬ, ЧТОБЫ ВРЕМЯ ОСТАНОВИЛОСЬ?»

«ДА, черт возьми, ДА! Хочу! – беззвучно кричу я в ответ. – Хочу, чтобы время остановилось и кто-нибудь решил все за меня!»

Другой голос, прямо возле моего уха, говорит мне:

– Ну все, пора, пора домой. Саша уже уехал. Тебя отвезут.

Это Виктория.

Глава одиннадцатая

Если не существует глобального мирового заговора, в котором участвуют хозяева рекламных агентств, то кто тогда распространяет повсеместно слухи об огромных гонорарах, которые получают модели? Эту сладкую приманку видят во сне тысячи голодных провинциальных девочек, живущих в семьях пожарников, инженеров, уборщиц, сельских учительниц. Они мечтают о том, чтобы их заметили, и тогда только лишь за красоту их будут осыпать деньгами и бриллиантами, богатые и красивые женихи будут стелиться у их стройных длинных ног, их лица будут украшать глянцевые обложки, и каждый день после ванны с шампанским они будут выбирать, на какую бы закрытую вечеринку пойти сегодня… Лежа на тощих матрасах в своих маленьких постельках – в Новосибирске, Самаре, Калуге, Сызрани, Омске, Ярославле, – они во сне видят, как сосут эту сладкую золотую конфету: свою придуманную будущую жизнь. И не подозревают, какой на самом деле леденец приготовлен для маленьких наивных девочек, мечтающих стать моделями…