Тень великого колдуна (СИ) - Шумских Светлана Геннадьевна

После жестокой расправы над ни в чем неповинной антилопьей головой и яростного боя с собственным отражением в осколке зеркала, разведчик окончательно осмелел. Он гордой походкой прошествовал на середину комнаты, где из-за перевернутого стола торчали кривые ноги верховного жреца в пушистых тапочках, остановившись в полуметре от затаившихся нас. Как любят писать в романах, «и тут их глаза внезапно встретились…». Тонкий дрожащий визг вспорол напряженную тишину, будто острый львиный коготь.

Моя подсечка перевела мужика в лежачее состояние. Великоватый шлем откатился в сторону, чем не преминул воспользоваться расторопный паренек, коварно тюкнув стражника терракотовым кувшином. Товарищи внезапно исчезнувшего солиста отозвались хором пораженных стонов, серьезно задумавшись, о стремительном отступлении. Но тут, как назло, ноги в пушистых тапочках «ожили».

— Хватайте их, болваны! — Приказал пришедший в себя старик, ухитряясь, несмотря на позу, казаться очень убедительным. — Это всего лишь женщина и ребенок!

Видя такое дело (ни тебе кровожадных чудовищ, ни мерзких колдунов, ни играющих мускулами воинов), воодушевленные стражники отважно бросились в бой.

Я подхватила паренька за шиворот и потащила к новопробитой амбразуре. Навстречу нам широко распахнуло объятия бескрайнее синее небо. Красиво. Впрочем, любоваться живописным видом на окрестности было некогда. Я больше заинтересовалась узким в пол локтя бортиком, тянувшимся по обе стороны, вдоль внешней стены.

— Вперед!

Мальчишка снова поразил меня, бесстрашно вскочив на уступ, и двинувшись вперед уверенными быстрыми шагами опытного канатоходца. Скрестив пальцы (на удачу), и поплевав через левое плечо (для деморализации противника), я отправилась следом.

Взрыв в главном городском храме не укрылся от всевидящего народного ока. Толпа сконденсировалась мгновенно. Главный придворный алхимик мог только мечтать о такой скорости реакции.

Глиняная крошка еще не успела достигнуть земли, а сотни глаз уже были обращены к западному выступу пирамиды, жадно следив за разворачивающимися событиями.

Глазам охотника-зу Асеера приходилось тяжелее всего. Альбинос с трудом переносил яркий солнечный свет. Приходилось постоянно щуриться и вытирать текущие слезы. Но, как ни крути, то, что творилось наверху, стоило испытываемых неудобств.

Через дыру в стене выскочили двое. Первый — кучерявый мальчишка лет семнадцати, за ним… (Асеер немного помедлил с выводом, введенный в заблуждение странной одеждой и безволосой головой) рослая девушка лет двадцати.

Уткнувшись спиной в стену, они стали медленно продвигаться по выступу. Следом высунулось несколько стражников, тщетно пытаясь достать беглецов копьями. Среди них ярким пятном выделялся растрепанный старик в красной мантии, в котором многие опознали Эру Дитрэ, верховного жреца храма.

— Бессовестные воры! Грабители! — Исступленно кричал главный разбойник шумберского царства, размахивая кулаками. — Вы за это ответите!

По толпе прокатился удивленный вздох, вскоре отозвавшийся раскатами хохота.

Парочка успела уже отойти довольно далеко, когда защитники храма додумались сменить тактику, выставив стрелка. Придерживаемый товарищами, он завозился, выбирая наиболее выгодное и безопасное положение. Судя по наклону головы и манере держать оружие, дингир-ур заключил, что парень не промах. Постреляет юных акробатов, как чибисов.

Но тут лысая девица неожиданно стянула сапог, умудрившись при этом, не потерять равновесие, и швырнула в стрелка. Коротко взвыв, мужик выронил лук, схватившись за правый глаз. Только надежные руки товарищей помогли ему не отправиться следом за оружием. Толпа радостно заулюлюкала, подбадривая меткую девушку. Послышались просьбы исполнить номер на бис и выставить новых лучников под второй сапог и другие предметы туалета.

Но, к всеобщему сожалению, место покалеченного занял длиннобородый мужчина в синей мантии. Главный храмовый маг Пуга, за любовь к чужому добру прозванный в народе Хапугой. Ужасная жадность уживалась в нем с завидным умом и самородковым магически талантом.

Пуга сложил ладони, посылая в сторону беглецов разведывательный импульс, нахмурился, резко взмахнул рукой. Мальчишка продолжал идти, как не бывало, зато девушка досадливо поморщилась и остановилась. Вокруг нее проявился и тут же распался голубой защитный купол.

Асеер недоверчиво втянул носом воздух. Вся симпатия, которую он еще мгновение назад испытывал к отважной незнакомке, улетучилась. Игиг[6]! Теперь, когда маскировочное заклинание разрушилось, опытный охотник сразу увидел истинную сущность твари. Нет, внешний вид, при этом, совсем не изменился — просто вокруг нее заклубилась легкая доступная лишь взору посвященного темная дымка… такая же, как и на том странном обрывке. С первого взгляда было трудно определить вид. Хотя для водяницы слишком крупная фигура. Выворотень или упырица.

Ситуация вырисовывалась прелюбопытная. На памяти Асеера нечисть еще никогда не осмеливалась на подобную наглость — вылезти днем, да еще и в таком крупном, кишащим магами и охотниками, городе, как Урук. И ведь кто-кто наложил на нее магическую защиту! Опять же всем известно, что игиги сами не способны создавать чары, пользуясь исключительно преимуществами ипостасей, и идут на контакт с магами только в крайних случаях, когда все остальные куда-то подевались, а перекусить все-таки очень хочется.

В любом случае, хромовый кудесник тоже понял, с кем имеет дело. Он быстро перебирал пальцами, выписывая в воздухе замысловатые фигуры. Дингир-ур одобрительно кивнул, заметив заклинание инсинирации. От твари не останется даже горстки пепла.

Огромный огненный шар сорвался с открывшихся ладоней, устремившись к указанной цели. Народ возмущенно загудел, по своей глупости, не понимая, за кого заступается…

И тут тварь преподнесла очередной сюрприз. Навстречу сгустку огня понеслась грязно-серая дрожащая пелена…  легко, поглотив мощное боевое заклинание, словно какой-нибудь игрушечный плазмоид, и отшвырнув мага внутрь комнаты. Ошарашенный и совершенно сбитый с толку охотник, не мог не признать, что труднейший многокомпонентный «серый плащ» был выполнен превосходно. Теперь Пуга в лучшем случае очнется только через несколько беру.

Тварь, впрочем, тоже выглядела неважно — плетение чар отняло у нее слишком много сил. Она сделала шаг, покачнулась, и начала заваливаться вперед. Мальчишка что-то прокричал, пытаясь удержать ее за рукав, но в итоге сам потерял равновесие, полетев следом.

Так. Похоже, я все-таки ненадолго потеряла сознание. И это было не самое приятное пробуждение в моей жизни. В лицо с угрожающей скоростью неслась куполообразная крыша жилой пристройки, гостеприимно выставив навстречу острый шпиль.

Где-то на задворках души промелькнуло чувство солидарности со съеденными вчера гусями на вертеле!

Волна страха по всему телу.

Разворот.

От чрезмерного напряжения мышцы живота свело судорогой. Но руки успели ухватиться за шпиль, правда, при этом, чуть не вылетели из суставов от невероятно сильного рывка. Я несколько раз крутанулась вокруг вертикальной оси завершения, по ходу дела обнаружив причину бешеной встряски — на левой ноге, на фоне пестрой толпы зевак, голодным клещом висел мальчишка.

Не успела я достойно высказаться по этому поводу, как раздался подозрительный треск. Эру Дитрэ, чтоб ты облез, старый скупердяй! Кто же ставит деревянные шпили!

Мир закружился разноцветным калейдоскопом. Перед самым носом мелькнула полоска ткани, и я ухватилась за нее обеими руками, как утопающий за хвост морского змея. Умом то я понимала, что шансов на спасение нет, но жизнелюбивое тело из последних сил цеплялись за этот свет, справедливо рассудив, что на том его уже точно не будет.

И тут случилось чудо. Сованное со стены полотно затрепетало и вздулось над головой куполом, потянув меня в небо. Паренек неуклюже заскакал по скатам крыш, дико крича и вращая глазами, но упорно не желая расставаться с моей конечностью. Последняя крыша закончилась — падение сменилось парением, а наши предсмертные стоны — ликующими воплями.