Тень Одержимого - Феликс Эйли

— Это и отличает истинных разрушителей от тех, кто непоследователен в своей ереси или притворяется, — Серпентира подползла ближе. — Мой дорогой Ариан, я пришла к тебе по делу.

— По какому? — разрушитель тут же навострил уши.

— В Тёмном Замке назревает кризис, — прошелестелаона. — У Ребеллии, Штейнштейна и подобных им человечных слабаков есть поддержка инициатов и покровительство Верховного Владыки, но на самом деле они не так опасны. Есть люди и группировки куда страшнее.

А вот это было действительно интересно, не то что светский обмен любезностями.

— О ком вы говорите, миледи? — спросил Ариан.

— Я чувствую, что здесь кроется заговор. Должна объявиться новая сила, но пока она невидима и призрачна. Неизвестно, принял ли Авис решение сам, или же его кто-то надоумил. А нам нужно выступить против них всех и отстоять власть, принадлежащую нам по праву. У нас с тобой, Ариан, есть нечто общее.

Серпентира взяла из миски яблоко, зелёное и сочное, и протянула разрушителю. Несмотря на очевидную манипуляцию змеи, её предложение ему понравилось. Так он мог раскрыть заговор и подняться в глазах Серпентиры над вечной грызнёй Совета Тринадцати. Ариан чувствовал в змее что-то, чего не хватало Философу и Высшим Лордам и Леди. Стержень. Эффективность.

— Выступить против всех и отстоять власть? — с азартом сказал Фридрих Грюнвальд. — Мне это нравится.

И откусил яблоко.

Глава 1

Глава 1

Освобождение от Освободителей

2 года спустя

999 год Эры Империи

Долгое время планета Скумринг никому не была нужна. Ничем не примечательный мир где-то посреди сектора Тенебрус не привлекал внимание ни Империи, ни разрушителей, ни чужаков. Атмосфера была непригодна для жизни, световой день длился до обидного мало, а полезных ископаемых под поверхностью никто не обнаружил.

Но с недавних пор всё изменилось. Находясь между системами Зекариса и Баниса, Скумринг стал играть важную роль в новой войне, начатой два года назад. Тогда армада кораблей, высланная с планеты Бельфлёр на Банис, неожиданно предала Империю, а её офицеры и матросы провозгласили себя «Освободителями Зекариса». И чтобы исправить это недоразумение, губернатор Бримстоун объявил священный поход, который длился до сих пор.

Два могучих линейных корабля Империи, подобно китам, спокойно и величественно плыли в тёмной космической бездне над сиреневой, покрытой дымкой поверхностью Скумринга. Позолоченные носы в форме орлиных голов тускло сияли в блёклом свете солнца, а чёрные борта с жёлтыми полосами ощетинились множеством орудий. Рядом с линкорами летели средние корабли. Эти галеоны и фрегаты при всей своей стойкости и огневой мощи казались совсем маленькими на фоне металлических исполинов. А небольшие корабли сопровождения — бриг, пинасы и люггеры — вообще походили на пчелиный рой.

Адмирал Закари Тендейлз командовал флотом с флагмана — Его Божественного Императорского Величества линейного корабля «Бесстрашный». Он был матёрым флотским служащим — не настолько опытным, как Бримстоун, но всё же с несколькими священными походами за плечами. Командир стоял, склонившись над голографической звёздной картой в центре обширного капитанского мостика, заставленного компьютерными терминалами. На адмирале были чёрный, тщательно выглаженный мундир Военно-Космического Флота и фуражка с гербом Империи. На груди красовались ордена, полученные в разных кампаниях.

Перед взором командира, словно рыбёшки в каком-нибудь водном мире, проплывали зелёные прозрачные корабли. Это были враги. Они быстро сгруппировались и подтянули свои силы к тому месту, где вышел из гиперпространства имперский флот. Всего Тендейлз насчитал десять судов — немногим меньше, чем у имперцев. Но Освободители предпочитали крепкие и мощные корабли средней категории. Их флот практически полностью состоял из корветов, а поддержку им обеспечивали каравеллы. Роль флагмана играл боевой корабль, напоминавший серебристую сигару.

— Входящее сообщение, — раздался безразличный женский голос автоматической системы.

— Выведите на экран, — раздражённо вздохнул Тендейлз. Он лишь хотел взглянуть в лицо этим трусливым обезьянам, прежде чем отправит их плавать в невесомости.

Адмирал подошёл к одной из компьютерных консолей у большого лобового стекла. Офицер связи, который сидел за ней, нажал на несколько кнопок. На обширном экране появилось изображение военного в голубом мундире. В отличие от гладко выбритого Тендейлза, вражеский командир мог похвастать длинными, закрученными усиками. И его выправка, как неохотно отметил адмирал, была достойна лучших офицеров Флота. Впрочем, он и был когда-то имперским офицером…

— Импег’ские оккупанты! — с надрывом произнёс враг. — Говог’ит Эмильен Дюбуа, капитан Освободителей Зекаг’иса! Вы втог’глись на освобождённую тег’г’итог’ию! Сдавайтесь и пг’изнайте власть Зекаг’а, нашего ког’оля!

Говорил «Освободитель» с ярко выраженным бельфлёрским акцентом. Все эти предатели были родом с Бельфлёра и планет в его зоне влияния. Губернатор Бримстоун уважал бельфлёрцев — во всяком случае, тех, кто до сих пор был верен Императору, но адмирал Тендейлз, как истинный отпрыск аристократического рода с Рейвенхольда, презирал этих трусливых озабоченных гедонистов.

— Передайте вашему «королю», что мы с ним переговоров не ведём, — важно выпрямился имперский командир. — Вы предали Господа-Императора, и вас за это ждёт кара!

— Тогда вам самое место на свалке истог’ии! — надменно пролаял предатель.

Адмирал нажал на кнопку, Дюбуа исчез с экрана.

— Всем кораблям — огонь на поражение! — Тендейлз отдал приказ по громкой связи и затем подошёл к канонирам.

Офицеры в чёрных мундирах и кепках, сосредоточившись над экранами с моделью «Бесстрашного», отправили сигнал на пушечные палубы. В это время за окнами второй линкор и другие имперские корабли повернулись бортами к судам Освободителей.

— Зарядить пушки! Живо, живо!

По орудийным палубам расхаживали рослые мичманы, подгоняя матросов. Те, в грубых майках и штанах, загружали снаряды в орудия. Мускулистые руки блестели от пота. Уже давно появились автоматические системы заряжания, но Имперский Флот предпочитал более надёжный и дешёвый физический труд.

Над каждой пушкой высветилась надпись «ОГОНЬ» — это канониры с мостика отдали приказ стрелять.

— Что, мать вашу, не слышали? — вторили мичманы. — Огонь!

Матросы дружно опустили рубильники справа от каждого ствола и сразу же прикрыли уши. В одночасье прогремело множество выстрелов, и палубы сильно встряхнуло — генераторы искусственной гравитации не могли скомпенсировать подобную нагрузку.

В пустоте за бронированной обшивкой корабля одни снаряды достигли цели, а другие, менее удачливые, продолжили свой путь. В корветах и каравеллах Освободителей остались пробоины, и вражеские ремонтные дроны выскользнули из ангаров, чтобы залатать повреждения.

Адмирал Тендейлз гордо выпрямился. Всё шло именно так, как он