В поисках совершенства в мире искусства. Творческий путь отца Софрония - монахиня Гавриила

«По необъятным просторам моей страны проходил гигантский плуг, вырывая корни прошлого. Все были подняты на ноги; повсюду напряжение, превышавшее силы людские»[7].

Сергей Сахаров не участвовал в политических событиях, но это не означает, что он находился в неведении и оставался равнодушным к происходящему. Он осознавал все очень остро, но не принимал ничью сторону. В это время Сергей переживал свою собственную внутреннюю борьбу. Говоря его словами:

«На мою долю выпало в прошлом немало скорбей; и я множество раз бывал в обстоятельствах, которые ставили меня перед лицом смерти»[8].

«Когда же началась Первая мировая война (1914–1918), проблема вечности стала доминирующей в моем сознании. Вести о тысячах убиваемых на фронтах неповинных людей поставили меня вплотную перед зрелищем трагической действительности. Невозможно было примириться с тем, что мно жество молодых жизней насильственно прерывается, и притом с безумной жестокостью. И я сам мог оказаться в их рядах; и моей задачей было бы убивать неведомых мне людей, которые в свою очередь стремились бы возможно скорее покончить со мною. ‹…› Ведь я только что начал входить в осо знание себя человеком: внутри загорался огонь благих желаний, свойственного молодости искания совершенства, порывы к свету всеобъемлющего знания»[9].

Когда Сергею исполнилось двадцать лет, в 1916 году, его призвали в армию, сначала юнкером, а затем, в 1917-ом, определили в школу младших офицеров. Его не послали на фронт, но, поскольку он учился в художественной школе, определили во вновь учрежденное подразделение военной маскировки. В начале Первой мировой войны, в 1914 году, французские художники и инженеры разработали принципы военной маскировки. В начале следующего года была сформирована группа профессиональных маскировщиков, а в 1916 году в Париж на обучение была отправлена русская делегация. В качестве приемов маскировки использовались технические принципы, применяемые в театральных декорациях, в кубизме, а также тромплёй[10] (прием «обманки»). Особенно успешными были изобразительные приемы, применяемые в кубизме, потому что художники-кубисты хорошо умели дробить объект на маленькие кусочки и таким образом зрительно разбирать и рассредоточивать его[11]. Обучение маскировке пригодилось отцу Софронию впоследствии, особенно когда он обустраивал основанный им монастырь[12].

Война принесла России страшные потери. Уже нестабильная к тому времени ситуация в стране ухудшалась – и в феврале 1917 года вспыхнула революция. Спустя месяц царь отрекся от престола. В апреле вернулся из ссылки Ленин, и в октябре произошел окончательный переворот. В марте 1918 советское правительство было переведено из Петрограда в Москву, где обстановка была спокойнее.

Сергей проболел тифом большую часть критического периода, октябрь и ноябрь, и поэтому не участвовал в событиях, но в глубине души его занимало другое:

«Во всем мире возникали события, полагавшие начало новой эре в истории человечества, но мой дух не останавливался на них. Многое рушилось вокруг меня, но мое внутреннее крушение было более интенсивным, чтобы не сказать – более важным моментом для меня»[13].

«Война с Германией приближалась к печальному для России концу. За несколько месяцев до сего развязывалась уже другая, гражданская, во многих отношениях более тяжкая, чем международная. Видение трагизма человеческого бывания как бы срасталось с моей душой, и смертная память не покидала меня где бы я ни был. Я был расколот странным образом: мой дух жил в той таинственной сфере, для которой я не нахожу выражения словом, рассудок же и душевность жили, казалось, своей привычной повседневностью, т. е. подобно всем прочим людям»[14].

Тема вечности, по-разному выраженная, пройдет лейтмотивом через всю его жизнь. Духовный поиск увел Сергея от христианства в восточный мистицизм, о чем он впоследствии всегда сожалел.

С раннего детства у Сергея Сахарова проявился дар к живописи. Еще ребенком, не умея говорить, он уже рисовал. Часто целые дни напролет он проводил рисуя. Сам он писал:

«Мне рассказывали, что, когда я еще не говорил ни “папа” ни “мама”, я уже рисовал целыми днями что-нибудь, сидя под столом в зале. Я очень рано научился рисовать лошадей, потому что папа хорошо их рисовал. И с тех пор это как бы вросло в меня»[15].

Вскоре после окончания гимназии Сергей поступил в художественную школу. Долгое время считалось, что он поступил в Московское училище живописи, ваяния и зодчества, но новые исследования указывают на то, что он поступил в это учебное заведение только в 1918 году[16], незадолго до того как оно было преобразовано в Свомас (Государственные свободные художественные мастерские). В Московском Училище живописи, ваяния и зодчества можно было получить серьезное художественное образование по образцу европейских академий. Вступительные экзамены были строгими, поэтому, чтобы к ним подготовиться, было принято вначале проходить практику в частных художественных мастерских. В случае с Сергеем Сахаровым имеющиеся свидетельства указывают на мастерскую Ильи Машкова, основанную в 1904 году как раз для этих целей[17].

Почему Сергей Сахаров не поступил в Московское училище живописи, ваяния и зодчества раньше, ведь в то время туда принимали с шестнадцати лет? На это могло быть несколько причин. Основное школьное образование, которое он получал, отличалось высоким уровнем и, вероятно, было решено не прерывать его. Другой причиной могла быть военная служба.

Все русские художники до революции 1917 года имеют общее художественное наследие. Путь истории русского искусства уникален: сильное и длительное влияние византийского искусства на протяжении веков, а затем достаточно позднее знакомство с западным искусством. Вследствие этого русские художники прошли через различные школы и направления[18] с молниеносной скоростью. Накануне революции в России зарождается авангард, который опередил художественные достижения Европы. В связи с бурным развитием множества различных направлений все студенты художественных заведений так или иначе пробовали себя в них. Отец Софроний не был исключением. Чтобы лучше понять творческую атмосферу, в которой он жил, и представить полную картину его художественного пути, мы сделаем краткий экскурс по тем направлениям в искусстве, которые существовали в то время в России, а затем сосредоточим свое внимание на послереволю ционных художественных учебных заведениях, где он закончил свое образование, покинув страну уже полностью сформировавшимся художником.

Краткий очерк истории русского искусства

Основание русского изобразительного искусства можно отнести к 988 году, когда после Крещения на Русь пришло византийское искусство. Безусловно, в стране уже имелось богатое наследие многих видов народного языческого искусства. Но они сосуществовали параллельно. После того, как Русь приняла Христианство и унаследовала пришедшее с ним искусство, она в течение нескольких веков не подвергалась никакому другому художественному влиянию извне[19]. Местные художники творчески переосмыслили иконы, росписи и мозаики Византии, вследствие чего появился уникальный русский стиль. Рисунок, композиция, выразительность и цвет приобрели особые черты, свойственные русской душе и характеру. Возникло несколько художественных школ[20] со своими особенностями в живописи и архитектуре, иконографии и колорите. Наиболее известными художниками были преподобный Алипий и инок Григорий Киево-Печерские, преподобный Андрей Рублев (ок. 1360–1430), творчество которого является венцом классической иконописи как по сюжету, так и по компози ции, и Дионисий (1440–1510) с сыновьями, которые успешно работали над созданием особой цветовой гармонии[21].

Первое влияние Запада приходит с Петром Великим (годы правления 1682–1725), который основывает и строит свою новую столицу исключительно по западным образцам. Он привозит архитекторов, ремесленников и художников из Европы, чтобы создать абсолютно западный город. Именно тогда появляется станковая живопись и спрос на портрет, а также оформление интерьеров дворцов и особняков. Местные художники, которые занимались до сих пор исключительно иконописью, быстро впитывают и развивают все европейские жанры искусства. Усвоив их, они частично обращаются к своим прежним иконописным навыкам: в портретах художники сосредотачиваются не только на внешнем сходстве, но стремятся также передать суть человека, душу позирующего. Вместе с тем иконы подверглись западному влиянию и вскоре стали походить на итальянские религиозные картины. Отчасти причиной было то, что олифа на древних иконах потемнела, а снимать ее тогда не умели, и образы стали неразличимы. Поэтому старинные иконы «поновляли»: переписывали в новом стиле поверх древней живописи и скрывавшей ее олифы.