Полуденный мир - Павел Молитвин

Мгал с наслаждением рвал зубами чуть сладковатое, волокнистое мясо, чувствуя, как с каждым съеденным куском живительное тепло разливается по телу. Занятый едой, он, однако, не забывал исподтишка наблюдать за своими сотрапезниками. Эмрик ел с видимым отвращением, ел, чтобы набраться сил и выстоять в испытаниях, которые готовит им грядущий день. Умело отделяя мясо от костей и чешуи, Девушка насыщалась с быстротой оголодавшего зверька, из чего северянин заключил, что последнее время ей редко удавалось наедаться досыта.

При свете занимавшейся зари он наконец смог рассмотреть незнакомку как следует и поразился странному, красно-коричневому цвету её кожи, так непохожему на желтоватую смуглоту населявшего здешние леса и равнины народа монапуа. Круглое лицо её с маленьким подбородком, ровными дугами бровей и сочными, выразительными губами ничем не напоминало грубые черты охотников монапуа — низколобых плосколицых людей, пегие волосы которых напоминали высушенный мох северных болот, служивший соплеменникам Мгала для затыкания щелей в избах. Покатые плечи её, высокая грудь с торчащими в разные стороны острыми сосками, тонкая талия, круглые бедра и плоский живот говорили о том, что девушка, которую вчера в потемках он из-за малого роста и хрупкого сложения принял было за подростка, уже вполне сформировалась и в недалеком будущем обещает стать настоящей красавицей.

— Твое племя всегда посылает Духу озера своих лучших дочерей? — спросил Мгал, отбрасывая тщательно обглоданный хребет узколоба в сторону и вытирая руки о набедренники.

Внимательный взгляд северянина не укрылся от девушки, а слова заставили зардеться от удовольствия. Чтобы скрыть блеск глаз, она на мгновение опустила ресницы и ответила, слегка коверкая наречие Лесных людей:

— Меня зовут Чика. Я родилась и выросла в поселке ассунов. Охотники монапуа выкрали меня вместе с другими девушками во время последнего набега.

— Ты принадлежишь к народу ассунов?

— Да! Мои предки были Строителями Городов. — Девушка гордо вскинула голову, но тут же снова потупилась.

— Твой поселок расположен за озером?

— За озером и лесом, у подножия Трех Холмов. — Чика махнула рукой, указывая на юго-запад.

— Что ж, может статься, нам окажется по пути. — Мгал поднялся и поправил ремни, к которым крепились скрещенные за его спиной мечи.

— По пути? — Улыбка на лице девушки погасла. — Бесстрашные воины, я благодарю вас за помощь, — Чика опустилась на колени и, склонив голову, коснулась ею земли, — но боюсь, отважный поступок ваш будет стоить вам жизни. Сюда уже, верно, посланы гонцы проверить, принял ли Озерный Отец приношение, а за ними явится все население деревни. Монапуа ненавидят чужеземцев и не простят святотатства. Чтобы умилостивить Озерного Отца, они всех нас принесут ему в жертву, и Червь Погубитель приплывет забрать её.

— Быть может, мы ещё успеем ускользнуть? Я не вижу лодок на озере. — Эмрик прищурился и после недолгого молчания уверенно повторил: — Нет, не вижу.

Чика грустно улыбнулась, снизу вверх глядя на статных юношей.

— Вы смотрите не туда. Монапуа придут из леса. Их лодки не посмеют коснуться воды, пока они не убедятся, что Озерный Отец принял жертву. Посланный им Червь Погубитель утопил недавно две лодки, и страх перед ним слишком велик. Потому-то и решили они принести в дар Озерному Отцу не зверя, как обычно, а человека.

— Если монапуа придут лесом и не надо опасаться погони на лодках, что мешает нам пересечь озеро на плоту? Сумеешь ты отыскать дорогу к своему селению?

Девушка напряженно вслушивалась в речь Мгала — она не долго жила в деревне охотников и не успела хорошо выучить язык Лесных людей. Сначала ей показалось, что она ослышалась, но, уверившись, что смысл сказанного северянином понят ею верно, вскочила и, с искаженным ужасом лицом, начала что-то быстро и взволнованно говорить на своем родном языке.

Мгал нахмурился. Он плохо знал наречия южан и понял одно: мысль о путешествии через озеро страшит девушку, твердо убежденную в том, что, пока гнев Озерного Отца не утолен, нечего и думать благополучно переправиться на противоположный берег по воде.

Заметив затруднение Мгала, Эмрик пришел ему на помощь:

— Чика говорит, что мы не ведаем страха и, конечно же, отважные воины. Мускулы наши похожи на корни дерева берро, и нам ничего не стоит убить дюжину монапуа, однако справиться с Червем Погубителем, стерегущим водный путь, не под силу всему племени охотников. Она говорит, что вера монапуа вовсе не вздор и если мы сомневаемся в её словах, то можем сами убедиться в существовании Червя Погубителя. Он приплывет сюда с первыми лучами солн-Ца. Клянусь Усатой змеей, похоже, мы попали в скверную историю. В лесу нас без труда изловят охотники, а на озере пожрет этот самый Червь.

— Ерунда! — Мгал нетерпеливо передернул плечами. — Никакие черви не помешали нам плыть вчера, не помешают и сегодня! Солнце, впрочем, уже взошло, пошли на берег и посмотрим, что за тварь служит здешнему Озерному Отцу.

Поверхность озера была подернута легкой рябью и совершенно пустынна. Не было видно птиц, не плескала рыба. Некоторое время все трое стояли неподвижно, любуясь вызолоченным зарей небом, наслаждаясь глубокой тишиной, в которой зарождался новый день.

— Ну, где же твой Червь? — обернулся Мгал к Чике. Зябко ежась, девушка молча вглядывалась в озерную гладь.

— Когда охотники монапуа приносят жертвы Духам леса, их обычно разрывают дикие звери или заживо сжирают красные муравьи. Обычай мерзкий, спору нет, но…

— Вон он, Червь Погубитель, глядите! — торжественно провозгласила девушка, прервав Мгала на полуслове.

Что-то белое на мгновение показалось на поверхности озера. Вода на расстоянии полета стрелы от оконечности мыса вспучилась, опала, пестрое длинное тело тускло блеснуло в солнечных лучах и исчезло. Эмрик попятился, Мгал издал негромкое восклицание, на лице его застыло выражение крайнего изумления.

Пятнистое тело вновь показалось над водой: словно полдюжины горбов одновременно выросли на поверхности и стремительно двинулись к берегу. Потом ближайший из них начал подниматься, превратился в чудовищную петлю, ушел под воду, снова вынырнул, распрямился, и юноши увидели мерзкую безглазую морду с круглым воронкообразным ртом.

— Ведьмин сок! Значит, все это истинная правда! — прошептал Мгал, отступая от воды. — Длина, гадины не меньше сорока шагов, и при этом она вдвое толще меня! Такой действительно ничего не стоит перевернуть лодку!

— Он обгонит самую быструю лодку, перевернет самый тяжелый плот! — лязгая зубами от страха, добавила Чика.