Женщина с большой буквы «Ж» - Эльвира Барякина

Нестыковочка выходит: великий народ, которому не разрешают принимать самостоятельные решения — как маленькому ребенку или сумасшедшему.

МАСТЕР И МАРДЖ

5 июня 2005 г.

Мой племянник Джош говорит о себе так:

— Да, я гений. Это может подтвердить любой мало-мальски образованный человек.

Образованных людей на свете немного: его герлфрендша Сара, моя сестра Леля и заведующая детсадом «Золотой Ключик».

О собственной одаренности Джош узнал в пять лет. Он нарисовал несколько улыбающихся пауков с ушами и заявил, что это коллективный портрет детсадовского руководства. Видимо, в отместку заведующая сказала, что рисунок гениален. Тем самым она испортила мальчику жизнь.

Все последующие годы Джош потратил на создание нового в искусстве.

— Ну скажи, о чем тебе говорит рембрантовский «Портрет старика в красном»? — вопрошал меня племянник. — А мой «Запутавшийся старик» говорит о свободной любви и открытости.

«Старик» Джоша и вправду открыт всему миру: там, где порядочному человеку надлежит иметь трусы, у него имеется огромный хрен, завязанный узлом макраме.

— Хочешь, я продам тебе эту картину?

Это был первый и единственный раз, когда я купила его произведение: мне нужен был презент на День Святого Валентина. Хотела бывшему мужу подарить.

Джош осознал, что на мне можно делать деньги.

— Я принес тебе еще трех стариков: «Старик на урановой шахте», «Кокетливый старик в костюме французской горничной» и «Старик, совсем-совсем обедневший».

— Джош, я занимаюсь литературой, а не живописью.

— А я к каждой картине написал по стиху. Вернее, по поэме. Я тебе завтра пришлю рукопись.

— Джош, иди, детка, в жопу.

Но мальчик недаром рос в нашей семье: ослиное упрямство и настойчивость — это у нас в крови.

— Тетя Мардж, ты же знаешь, что хорошо продается! Что ты хочешь, чтобы я написал? Фантастический роман? Что-нибудь про лесбиянок?

— Учебник по китайскому языку. Сейчас эта тема очень актуальна.

— А какой у меня будет гонорар?

— Джош, давай я тебе дам тридцать долларов и ты от меня отстанешь?

— Ну хорошо, я тебе завтра позвоню.

— Пятьдесят долларов и ты мне не позвонишь ни завтра, ни послезавтра, и вообще исчезнешь до конца месяца.

— Тетя Мардж, а ты знаешь, что сейчас можно слетать в космос за деньги? Я тогда уеду еще надольше.

Я не стала говорить, что сейчас можно и похоронить в космосе. А то если Леля прознает о моих намеках, она очень обидится.

НИКОГДА

12 июня 2005 г.

Никогда не ношу — пистолет. Я его купила после того, как посмотрела фильм про Джеймса Бонда. Ночью мне приснилось, что мистер Бонд угнал мою машину в силу «производственной необходимости». Схватил за ворот, выкинул на обочину и умчался бороться со злом.

Целую неделю я носила пистолет под пиджаком — на манер киношных детективов. Чувствовала себя и преступницей, и королевой мира. Это нечто особенное — ощущать оружие на своем боку.

А потом наступила жара. Кевин участливо глядел на мой пиджак и качал головой. А потом не выдержал:

— У тебя что, радикулит разыгрался?

С тех пор пистолет лежит в хлебнице на кухне. Сейфа у меня нет, в столе его Джош может найти, а если положить пистолет в бельевой шкаф, то тогдя не найду его я. В шкафу у меня Бермудский треугольник.

Никогда не ем — сало. Мне и своего хватает.

Никогда не пью — за рулем. В пятом классе я сломала руку и на школьной фотографии меня запечатлели в гипсе. Гипс мне совершенно не идет.

Никогда не смотрю — «Иронию судьбы». Главный герой слишком уж напоминает трюфель: нечто белесое, бесформенное — сомнительного качества и непонятного назначения. За него бьются не потому, что он нужен, а потому, что иначе нечего будет показывать по телику.

Никогда не читаю — инструкции к технике. Не осиливаю.

Никогда не пишу — ха-ха, размечтались…

Никогда не понимала — зачем Герасим утопил Му-Му. Ведь можно было на пальцах наврать, что утопил. Что, барыня полезла бы в воду проверять?

Никогда не пыталась — прыгать с парашютом, запивать огурцы кефиром и баллотироваться в Сенат. Страшно.

Никогда не верила — в Деда Мороза. В нашем детсаду его роль исполняла повариха тетя Глаша. «Дед Морозов с титьками не бывает», — сказал мой друг Вовочка. Так он испортил мне половину детства.

СОБАЧЬЕ СЕРДЦЕ

15 июня 2005 г.

Из кухни слышится ласковый бас:

— Ну, песик, ну, милочка, ну съешь еще ложечку!

Барбара, моя домработница, уговаривает Ронского поужинать. Тот воротит сытую харю, страдальчески кряхтит и перебирает лапками.

У нас такой ритуал: Ронский ест собачий корм, только если перед ним долго рассыпаются в комплиментах. При этом он с рождения глух как пень.

Недостатков у Ронского больше даже, чем у меня. Он храпит по ночам, роняет слюни на гостей; он до сих пор не усвоил, что задирать ногу на швабру — признак дурного тона.

Гладить Ронского без омерзения можно один раз в месяц — после того, как его вымоют в пэт-сервисе. В остальное время он пахнет либо моими сигаретами, либо самим собой. Не знаю, что хуже.

— Жалко, что мопсов нельзя отдать на благотворительность, — вздыхает Джош. — Тогда от него была бы польза: ты списала б с налогов его стоимость.

Их отношения изначально не сложились: Ронский-Понский постоянно жрет Джошевы ботинки. Он считает, что они гораздо вкуснее собачьего корма.

Джош орет на него матом, но Ронскому пофиг: он все равно ничего не слышит.

— Ты ему в картинках изобрази, как ты его не любишь, — посоветовала однажды Барбара.

В результате Джош вдохновился на серию полотен под названием «Пиздец Ронскому-Понскому». По исполнению они весьма напоминают средневековые гравюры о страданиях святых: «Ронский в пасти у льва», «Усекновение главы Ронского», «Ронский после обработки кремом для удаления волос в зоне бикини».

Барбара на кухне сокрушается: бедная собачка опять ничего не покушала. А зачем ему? Он сегодня уже глодал мой банный халат — вот и наелся.

ГОСПОДИН МОЙ — ВРЕМЯ

18 июня 2005 г.

Зашла я в универмаг — смотрю: купальники для девчонок двух-трех лет. Трусики и верх — все как положено.

И-эх! В наше время лифчик был знаком инициации. Мы мечтали обзавестись им почти так же сильно, как проколоть уши. Мы до слез спорили с родителями:

— Не пойду купаться в одних трусах! У меня — во!

«Во» пока что было скромным: так, две кочки на бескрайней равнине. Но это не имело значения: мы свято верили, что они тоже заслуживают ландшафтного декора. Мы примеряли мамины бюстгалтеры, разглядывали себя в зеркале и констатировали факт: гадкий утенок в лифчике тут же становится лебедью.

— Видала, Светка-то уже натитишник нацепила! — обсуждали мы грудастых одноклассниц.

— Да ей просто хочется, чтобы за ней пацаны бегали!

Пацаны действительно меняли нас на пышнотелых Светок и носились за ними восторженным табуном. Предложи им увидеть либо Светкин бюстгалтер, либо Брежнева, и они сдали бы дорогого Ильича.

Бюстгалтер был самым лучшим подарком на день рождения. Конечно, мы были рады и самошивным лифчикам: их продавали на базарах старушки-рукодельницы — ситец в цветочек, три пуговки на спине… Но поистине роскошным подарком мог стать только НАСТОЯЩИЙ МАГАЗИННЫЙ БЮСТГАЛТЕР — с косточками, крючками и материалом, похожим на мелкую шкурку.

Такое сокровище показывали подругам в школьных туалетах. В нем фотографировались, пять минут наслаждались порочными снимками, а потом рвали их на мелкие кусочки. Импортные лифчики надевали только по большим праздникам — на Новый год и годовщину Октября. Их «доставали по блату» и передавали по наследству. И стирали только вручную — мылом «Банное» и «Земляничное».

Но главное, для чего был нужен лифчик, — это для свиданий. Руки кавалеров шарили по девичьим спинам. «Вот оно!» Мальчики краснели и, запинаясь, врали про любовь. Бюстгалтер был их путеводной звездой. Он говорил о том, что секс в СССР существует, и что некоторым даже удается им заняться.

Мы носили лифчики как боевое знамя, как роковую тайну, как знак судьбы и половой востребованности. А сейчас нету никакой тайны и никакой судьбы. Вся тайна стоит восемь девяносто девять и продается со скидкой в 15 процентов.

ГАДАЛКА

2002 г.

Бывает, люди дружат на почве общей любви к искусству, или на почве ненависти к главбуху, или на почве совместного вынесения мусора… Мы же с Мелиссой дружим на почве взаимной зависти: я ей завидую из-за ее длинных ног и белокурых волос, а она мне — из-за знакомства с Кевином.

Впрочем, уважать Мелиссу можно не только за волосы. Она у нас бизнес-вуман. Организовала свою компанию, снимает офис, платит зарплату.

Мелисса — профессиональная гадалка. Ее контора находится в очень удачном месте — как раз между тюрьмой и магазином свадебных платьев, так что недостатка в клиентах у нее не бывает.