Я не дам тебе упасть - Балнохи

я спящего ребёнка и сел рядом. В голову пришло отличное имя, – Может Каллиста? А, что? Думаю, тебе подойдёт. Каллиста, Калли…– Решено. Тебя будут звать Каллиста. Я провёл пальцами по её гладкой щёчке.

Вдруг, её глаза распахнулись, не успел я что-либо предпринять, как Калли опять вжалась в стенку.

– Не бойся меня. Я не причиню тебе зла, – она исподлобья на меня смотрела. – Я хочу тебе помочь, Каллиста, – у неё округлились глаза, – Теперь тебя зовут Каллиста или Калли. Тебе нравится? Я думаю, тебе подходит это имя. Я принёс тебе еду. Позволь мне накормить тебя, – как можно ласковее говорил я. Она не отрывала от меня своих глаз. Я положил поднос себе на колени и похлопал по полу напротив себя, чтобы она села. Калли медленно, как кошка перебралась на указанное место. Отлично! Она начинает мне доверять.

Она пристально смотрела мне в глаза. Она боялась меня, но чувство голода или что-то ещё двигала её ко мне.

Взяв в одну руку тарелку с кашей, а в другую ложку я начал кормить её.

– Я хочу забрать тебя к себе, – между делом сказал я. На, что она немного отстранилась и посмотрела на меня непонятным взглядом, толи дерзость толи что… – Ешь, ешь. Я же говорил тебе, я не причиню тебе зла. И, ты понимаешь, что я тебе говорю. Тебе нельзя здесь оставаться, это тот же концлагерь для тебя, только условия лучше и физически с тобой ничего делать не будут. Тебе понравиться у меня дома. Я помогу тебе адаптироваться, научу читать и писать и другим вещам. Говорить, я думаю, ты умеешь… Ведь так? Я буду тебе, как отец или, как старший брат…

Она опустила глаза, похоже, что-то вспомнила. Я протянул ей кружку с чаем, Калли положила свои худые, грязные руки на мои и подтянула кружку ко рту. Через несколько минут она оторвалась от кружки и опять ушла в угол палаты. Жаль, что у меня дома нету круглой комнаты..

– Спасибо… – уже в дверях услышал я её мелодичный, хотя и хрипловатый голос. Торжественная улыбка повисла у меня на лице, я оказался прав.. как обычно…

– Скорее всего, сегодня, ты уже будешь у меня дома… – не оборачиваясь, напоследок сказал я.

Через несколько минут я уже сидел в собственном кабинете и набирал номер Ника.

Чёртов, Ник, не берёт трубку!

Третья сигарета пошла в ход. Где, чёртова зажигалка! Перетряся, все ящички я наконец-то её нашёл и только-только я начал закуривать, как услышал голос старшего брата.

– Никлаус Майклсон.

– Здравствуй, Ник. Это Кол, мне нужна твоя помощь, – сделав пару затяжек, произнёс я.

– Чей-то разгневанный папаша опять "шьёт" на тебя дело? – Он теперь всю мою жизнь будет вспоминать тот случай, ну смейся, смейся…

– Нет, это касается придурка Номбери. К нам поступила девушка с концлагеря. Она просто сильно напугана, ей нужна реабилитация, но он этого не понимает и собирается пичкать её таблетками. Этот старый хрыч погубит её. Позвони ему, убеди или прикажи, чтобы он разрешил мне забрать её.

– Девушка, разумеется, очень красива и мила. И, ты не смог удержаться? – Ах ты, наглая морда! Успокойся, Кол.

– Тут другое. Я просто хочу ей помочь. Она чуть ли мне в дочери не годится. У меня даже в мыслях не было спать с ней.

– Ладно, не оправдывайся, – и не собирался. Чёрт, сигареты кончились – Через час можешь забирать свою "доченьку", – сукин сын… вот нужна будет тебе моя помощь я ох, как пошучу…

– Спасибо, Ник.

Так, нужно сходить в аптеку и взять всяких бинтиков и прочей фигни. Что-то нужно из одежды… Похоже, придётся ехать в торговый центр…

Обратно в клинику я вернулся уже на закате.

На крыльце стоял Джереми. Он быстрыми шагами подошёл к машине. К добру ли это?

– У тебя всё-таки получилось сукин ты сын! – на всю улицу заорал Джереми, затем улица залилась хохотом.

– Получилось, получилось, – закрывая машину и всё ещё смеясь, сказал я.

– Но, как? – в коридоре спросил он.

– Знаешь, хорошо быть Майклсоном. Где она?

– Пока в палате. Номбери злой, как собака. Грозится тебя уволить.

– Я уже думал об этом. Поможешь мне "погрузить" Калли? – Джереми удивлённо поднял брови.

– Калли? – я состроил невинную рожицу.

– Ну, ей же нужно имя, – оправдывался я у её палаты, – Я войду один.

Она лежала на матрасе, завернувшись в одеяло. Я тихо подошёл и наклонился над ней.

– Калли, пора уезжать, – промурлыкал я ей на ушко. Она вздрогнула и, наверное, даже задержала дыхание, – Не бойся. Вставай, Каллиста, – она не реагирует, – Я знаю, ты не спишь. Ну, хорошо. Я сам тебя отнесу.

Я резко подхватил её на руки и сразу прижал к себе. На обеде всё же было хорошо. Калли хотела закричать, но я жёстко заткнул ей рот ладонью. Наши лица были напротив и в крайне близком расстоянии. Была бы на её месте другая девушка я бы её уже трахнул за этот взгляд. О, чём я думаю…

– Я не причиню тебе боли. Верь мне,– прошептал я. Она так на меня смотрела, как забитый щенок. Какая она хрупкая, комочек страха и боли. Я закутал её в одеяло, чтобы никто её не видел.

– Пошли, – пробурчал я Джереми на выходе из палате. Калли спокойно лежала на моих руках. Я чувствовал её дыхание на своём плече. На крыльце я бросил Джереми ключи, чтобы он открыл машину и переложил покупки с заднего сидения на переднее.

– Всё готово.

– Спасибо, Джереми.

– Езжай, давай, а то ты очень подозрительно смотришься с ней на руках. Она в порядке?

– Да, – нет. Нужно ехать, а то под одеялом ей душно.– Пока, Джер. Увидимся.

Я положил её на заднее сидение.

– Ложись, как тебе удобно, Каллиста, – она и не двинулась. Я сел за руль и на всякий случай заблокировал двери и окна.

Мы были уже на полпути к дому, как она села и вылезла из-под одеяла. Всю оставшуюся дорогу она смотрела в окно. Как же хочется курить. Управляя одной рукой, а другой, рыская в пакетах, я нашёл пачку сигарет. Вернувшись в исходную позицию, я увидел в зеркало заднего вида Калли изучающую меня, когда она увидела, что я её заметил, она быстро опустила глаза вниз и вжалась в сидение.

– Ты боишься меня? – выпуская клубы дыма, прошептал я. Она кивнула головой, – Если, тебе что-то обо мне сказали плохое, то не верь им. Это они зло, я, лишь хочу помочь, – Калли опять кивнула, не