Иона - Петер Хакс

Раз так, она меня возненавидит.

СЕМИРАМИДА

Придется ей вас полюбить, не то

Она погибла. Это ей известно.

ЭСКАР Но что за смысл в такой игре, царица?

СЕМИРАМИДА Сомнение внушить врагу.

ЭСКАР

Но если

Внушаешь ты сомнение и другу?

СЕМИРАМИДА И это хорошо.

ЭСКАР

Пока мы с вами

Не обсудили все, позвольте мне

Свое сужденье высказать, царица.

СЕМИРАМИДА Я вам сегодня много позволяю.

ЭСКАР

Каков бы ни был порученья смысл,

Оно же отвлекает от работы

И время отнимает у меня.

Письмо от Менуа неоценимо

В руках военного. Письмо мне скажет,

Когда и где появится наш враг.

Спустившись с гор, он с тыла нападает,

Но я на перевал прибуду раньше.

Тогда его застану я врасплох,

А он меня врасплох застать не сможет.

Победа — ремесло. Я не хочу,

Чтоб мне мешали заниматься делом.

СЕМИРАМИДА

Так вы уж победили? Но война

Еще не началась.

ЭСКАР

Начнем ее,

Чтоб с Араратом навсегда покончить.

СЕМИРАМИДА А почему он так вам ненавистен?

ЭСКАР Народ там дикий.

СЕМИРАМИДА

Это все слова,

А араратцы ведь на нас похожи.

ЭСКАР

Они на нас похожи, даже слишком.

Они обуты так же, как и мы,

Они дороги точно так же строят,

Такие же прокладывают рвы,

И те же имена дают вещам,

И все-таки народ ужасно дикий,

Они дома возводят и живут в них.

Но соблюдают кочевой закон.

Они себя считают государством,

Но остаются ордами, как встарь.

Они — из прошлого, они с трудом

В себя приходят после долгой спячки.

А почему бы не остаться им

В своей дыре отсталой? Вот причина,

Что я их ненавижу всей душой.

Они грубы и нас напоминают.

СЕМИРАМИДА Ну, просто эти люди — дикари.

ЭСКАР

А если дикари, тогда не люди.

И с ними я готов начать войну.

СЕМИРАМИДА

Для полководца это все равно:

Он с каждым должен воевать охотно.

Он должен воевать с тем, с кем воюет.

Он убивает не из отвращенья,

Он с отвращеньем должен убивать.

Что значит: Арарат ужасно груб?

Он — государство. В разные моменты

Он может быть и другом, и врагом.

От обстоятельств многое зависит,

Точнее — все зависит от меня.

ЭСКАР Какой приказ мне отдает царица?

СЕМИРАМИДА

Заняться обороной, а войска

Как можно дальше выдвинуть к границе.

ЭСКАР

И подарить столь ловкому врагу

Внезапного удара перевес?

Не я вас вынуждаю к нападенью.

Его диктует положенье дел.

СЕМИРАМИДА

Никто Семирамиде не диктует —

Ни положенье дел, ни знатоки.

Я вам сказала: избегайте шума.

Как это сделать, — доложите мне.

Мой милый принц, решение — за вами.

ЭСКАР Клянусь, так битву выиграть нельзя.

СЕМИРАМИДА

Мир — это ведь не только поле битвы.

Вступили с Вавилоном мы в союз:

У нас противник общий — Арарат.

Но кто кого связал союзом этим?

Мы — Вавилон, иль Вавилон связал нас?

Не дикари ли мы для Вавилона?

Слыть просвещенными у дикарей,

А у непросвещенных дикарями

Не лучше ли? Но ведь не только

На севере у нас враги. Не только

На юге можем мы друзей иметь.

Я в армии смертельного врага

Хочу по крайней мере быть майором.

Обсудим положение в стране.

У нас в Ассуре заговоры зреют,

Одни на трон готовы посягнуть,

Другие Арарат предпочитают,

Иль Вавилон, иль злятся просто так.

И среди них — ни одного такого,

Где я бы не стояла во главе.

Приходится во все глаза глядеть,

Учитывать резоны всех сторон —

И победителя, и побежденных.

Предусмотреть необходимо то,

Что не наступит никогда потом.

А кто исход планирует сначала,

Не царь, не полководец, а глупец.

ЭСКАР

Не столь я проницателен, как вы,

Но положенье явно в нашу пользу.

СЕМИРАМИДА

Неужто? Значит, надо поспешить

И изменить его до основанья,

Чтоб ясность устранить. На этом — все.

Для генерала вам ума хватает.

К Белит ступайте, покорите сердце

И действуйте, конечно, на свой риск.

Изобразите, что вы мой противник,

И никому ни слова, милый принц.

ЭСКАР Об этом я скажу одной Асирте.

СЕМИРАМИДА

И ей не надо знать. Лишь вам и мне.

Влюбленный мой герой, мой полководец,

Умеете молчать? Так вот вам случай

До свадьбы вашу даму испытать:

Используйте то шутку, то покорность.

ЭСКАР

Любовь, которая любви не верит, -

Несчастная любовь. Но мне во всем

Асирта благородно доверяет.

СЕМИРАМИДА

Совет военный завершен, мой принц. (Ионе.) Вы качаете головой? Может быть, вы, как и мой полководец, ставите мне в вину переход на сторону врага?

ИОНА

Это я считаю немыслимым, ибо я полагаю, что вы никогда не принимаете предварительных условий. Я качаю головой, потому что позволяю себе слушать подобные разговоры.

СЕМИРАМИДА

Но разве вы не этого желали?

ИОНА

Я несколько уязвлен, что вы так бесцеремонно исполняете мое желание.

СЕМИРАМИДА

А вы предпочли бы, чтобы я ради вас следила за своей речью?

ИОНА

Во всяком случае, это было бы знаком уважения.

СЕМИРАМИДА

Да кто вы такой, чтобы мне иметь от вас секреты? У меня нет секретов от моего повара, а вы всего лишь пророк.

ИОНА

Я полагаю, что у повара вырван язык.

СЕМИРАМИДА

Нет. У нас в Ассуре в этом нет надобности.

Эскар, немедленно Белит займитесь,

Как я просила вас. Труд не велик,

Но он сулит вам крупную награду.

Сегодня в полдень я назначу вас

Вторым правителем страны Ассур.

Вы явитесь торжественно народу,

Как то велят обычаи богов.

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

Иона. Входит Белит, она сильно накрашена.

БЕЛИТ

Внесем ясность: вы мой убийца?

ИОНА

Нет. Вас хотят убить?

БЕЛИТ

Удавить.

ИОНА

Не я.

БЕЛИТ

Тогда извините. Эскар, полководец, приказал мне ожидать его на этом месте.

ИОНА

Приказ довольно благоприятный, не так ли?

БЕЛИТ

Здесь? Клянусь светопреставлением, на этой террасе Тигра позволено находиться только царской челяди, да и то не всей, и уж конечно не заложникам. Не выполнить приказ полководца означает смерть, находиться здесь означает смерть, остроумие этого приказа в том, что, выполню я его или не выполню, — мне грозит смерть. И тут я замечаю какого-то незнакомца — вас. Поневоле начнешь подозревать.

ИОНА

Ну, полно, ничего страшного.

БЕЛИТ

Трудно представить, что полководец собственноручно занимается такими вещами. И тем не менее…

Эскар.

БЕЛИТ

Они меня и впрямь высоко ценят.

Я благодарна вам за точность, принц.

И чем скорей произойдет конец,

Тем более была бы благодарна.

ЭСКАР Сударыня, вам нечего бояться.

БЕЛИТ

Теперь уж не боюсь я ничего.

Смерть, друг ужасный, стала мне милее,

Чем жизнь ужасная, что я влачу.

Ведь я считаюсь «гостем государства» —

Как принято в Ассуре называть

Людей, что отданы в залог, как вещи,

Рабов фальшивого благополучья,

Свидетелей договоров фальшивых

О соблюдении границ.

ЭСКАР

Так резко

Сужденье ваше?

БЕЛИТ

Да, оно так резко.

Словарь цивилизованных народов

Гостеприимство превратил в тюрьму.

Меня весь день тошнит от страшной вони,

Ассура запах мне невыносим,

Он пропитал насквозь мою одежду,

Он лезет в нос и в рот, меня он душит.

Лишь ненависть давала силы жить,

И пить, и есть, и расточать улыбки,

На праздниках Ассура горевать,

И ликовать, когда в Ассуре траур.

Я с жадностью ловила каждый слух

И каждой сплетне с жадностью внимала,

Толкуя их всегда во вред Ассуру.

Теперь я рада, что с лица земли

Исчезнут и Ассур и Вавилон,

И эта роскошь, и пренебреженье

К людской обыкновенной простоте.

Подобно камнепаду и лавинам

В мой смертный час сорвется Арарат,

Народ равнины будет уничтожен.

Снесен, затоплен, смыт народом гор.

Что ж, сударь. Не тяните. Убивайте.

ЭСКАР Я вас боюсь. Не знаю, как начать.

БЕЛИТ Тогда кончайте.

ЭСКАР

С болью я узнал,

Что вы так мало любите страну,

Которая вас ценит столь высоко

И с чувством состраданья почитает.

БЕЛИТ

И то сказать: Ассур мне мил и люб,

Как свету мило светопреставленье.

ЭСКАР

Тогда, я умоляю, отделите

Те чувства, что питаете ко мне,

От вашей слишком общей неприязни.