Повесть о кольце - Джон Рональд Руэл Толкин

— Он оставил его мне. — ответил Фродо, слегка удивившись, — но почему-то советовал не носить на пальце. Оно у меня в кармане, на цепочке, чтобы не потерялось. Да, я помню, вы начали говорить о нем, но я не понял.

Кажется, вы сказали — оно очень опасное. Почему?

— По многим причинам, — произнес Гандальф. — Я буду рад, если увижу, что ошибся; но, кажется, радоваться нечему. Слушайте внимательно.

Он рассказал Фродо все, что знал о происхождении Кольца, о том. как оно было потеряно и найдено, о том, как очутилось у Бильбо.

— Я давно заподозрил, что это и есть ТО САМОЕ Кольцо, — закончил он, — а теперь почти не сомневаюсь в этом. Велика его власть, и велика стоящая за ним Темная Сила! Даже Саруман, Саруман Белый, глава нашего Ордена, боюсь, что даже он поддался влиянию мыслей о нем! Но мне нужно окончательное доказательство, дайте мне Кольцо, Фродо.

Фродо молчал. Ему стало не по себе, словно на это радостное весеннее утро в Шире упала ледяная, черная тень. Медленно достал он из кармана цепочку, прикрепленную к поясу, снял с нее Кольцо. Когда он медленно протянул его кудеснику, оно стало вдруг очень тяжелым, словно не желало, чтобы Гандальф прикоснулся к нему.

Гандальф осторожно взял его. Казалось, оно сделано из чистого, сплошного золота.

— Видите ли вы на нем какую-нибудь надпись? — обратился кудесник к Фродо.

— Нет, — ответил тот. — Никаких надписей нет. Оно совсем гладкое, даже без царапинки.

— Так смотрите!

И не успел Фродо ахнуть, как Гандальф швырнул Кольцо прямо в огонь камина.

2.

Несколько минут Гандальф наблюдал за Кольцом в пламени; потом встал, закрыл ставни, задернул шторы и, достав щипцами Кольцо из огня, взял его на ладонь.

— Оно холодное, — сказал он испуганному Фродо. — Присмотритесь.

И тогда Фродо разглядел на Кольце, внутри и снаружи, тончайшие огненные линии. Это были надписи, сделанные руками Эльфов, но на языке Мордора, и Гандальф мог прочесть их и перевести на Общий язык: "Кольцо повсюду их найдет, свою им волю скажет; Кольцо их силою скует и в вечном мраке свяжет".

Произнеся эти строки, Гандальф побледнел.

— Да, это оно, — тихо проговорил он. — Я давно уже знаю об этом Кольце, — заговорил он, помолчав немного, — и давно уже ищу его. Я изучил множество древних книг и рукописей, множество старинных легенд и сказаний.

Много раз я ошибался, много раз мне приходилось начинать сначала. В конце концов мне удалось напасть на след Голлума, но далее Кольцо снова оказалось надолго затерянным. А потом я услышал рассказы Бильбо и начал догадываться, но только в последнее время смог убедиться, что Кольцо попало именно к нему.

— Не может быть! — воскликнул Фродо. — Так это и есть то самое колечко, которое он выиграл у Голлума?

— Это оно и есть, — подтвердил Кудесник. — У меня было и еще доказательство, и самое верное.

— Какое же?

— Я следил за Бильбо все эти годы, после его возвращения. Сначала мне казалось, что я снова ошибся, как уже бывало не один раз, но потом я заметил, что он перестал изменяться с возрастом. Он оставался все время тем же Хоббитом, каким был при возращении из путешествия с Карликами. И причиной тут могло быть только Кольцо. Я знал, что он намеревается уйти отсюда, и настоял, — хотя и не без труда, — чтобы он оставил Кольцо вам.

Кольцо Власти, то, которое Темный Владыка потерял, а теперь стремится вернуть себе. Он вложил в это Кольцо часть самого себя, и только этой части ему не хватает, чтобы стать сильнее всех людей и Эльфов, вместе взятых, чтобы поработить всех, которые еще остаются свободными. Но тяжелым ударом было бы для этого Мира, если бы Мир был порабощен им, если бы все вы, милые, смешные, ласковые, глупые Хоббиты, стали рабами Мордора!

Фродо вздрогнул.

— Но зачем ему это? — спросил он. — Зачем ему такие рабы?

— Я думаю, — ответил Гандальф, — что до сих пор, — повторяю, до сих пор, — Темный Владыка просто не знал о вашем существовании. Теперь он знает. Вы больше не можете считать себя в безопасности. Вы ему не нужны, у него есть много рабов, более полезных для него, — но он больше не забудет, что вы живете на свете. А Хоббиты, превращенные в жалких рабов, будут ему гораздо приятнее, чем Хоббиты свободные и счастливые.

— Но как он узнал о нас? От кого?

— От кого же, если не от Голлума? — возразил Гандальф. — Лишившись Кольца, Голлум жаждал вернуть его. Но сила Кольца — это сила врага. И, пользуясь стремлением Голлума к Кольцу, он привлек его в Мордор; а там, конечно, ему нетрудно было выпытать у этого жалкого существа все, что оно знало, — вплоть до слов "Шир" и "Хоббиты". И теперь Темный Владыка ищет Шир. Боюсь даже, друг мой, что он ищет нас. А для того, чтобы искать, у него есть много способов.

— Но это ужасно! — вскричал Фродо. — Ужаснее всего, что я мог себе представить! О, Гандальф, друг мой, что мне делать теперь? Какая жалость, что Бильбо не убил тогда эту гнусную тварь!

— Жалость? — возразил кудесник. — Именно жалость и остановила его тогда: нельзя наносить удар без нужды. И злое влияние Кольца сказалось на нем так мало именно потому, что он начал свое обладание им с дела милосердия и жалости: он мог убить, но не убил.

— Меня бы жалость не остановила, — сказал Фродо.

— Потому что вы не видели Голлума.

— Не видел и не хочу видеть. Но где он сейчас? В Мордоре? Или ушел оттуда?

— Ушел. Мы разыскали его, — мой друг Арагорн и я, — и отдали под охрану Эльфам в Чернолесе. Они так же мудры, как и добры.

— Но ведь он тоже враг! Он заслуживает смерти!

— Смерти? Согласен. Смерти заслуживают многие из тех, которые живут. А некоторые из тех, что умирают, заслуживают жизни. Можете ли вы дать ее им?

Тогда не торопитесь и с приговором смерти. Для Голлума очень мало надежды на исцеление, но все же какая-то надежда есть. И мне кажется для него еще может найтись дело, прежде чем все это кончится. Его судьба связана с Кольцом, а значит — и со многими другими судьбами. В том числе —