Повесть о кольце - Джон Рональд Руэл Толкин

путешествуйте ночью. И удостоверьтесь, что Странник — это именно тот, о ком я говорю. Его настоящее имя — Арагорн".

Фродо прочел письмо внимательно, раз и другой. Рука была несомненно Гандальфа, и у подписи стоял его знак, который он ставил только в самых важных случаях. Фродо повертел письмо так и этак, потом передал Пиппину и Сэму.

— Трактирщик действительно навредил многому, — заметил он. — Если бы я получил это письмо вовремя, я бы уже был в Ривенделле. Но что случилось с Гандальфом? Он пишет так, словно идет навстречу опасности.

— Он поступает так уже много лет, — отозвался Странник. Фродо обернулся и долго смотрел на него, размышляя о странной приписке у Гандальфа. — Почему вы не сказали сразу, что вы его друг? — спросил он. — Нам не пришлось бы терять столько времени.

— Вот как? — возразил Странник. — А разве кто-нибудь из вас поверил бы мне? Но об этом письме я не знал. Насколько я понял, — чтобы помогать вам, я должен был убедить вас, не представляя доказательств. А прежде чем говорить о себе, я сам должен был убедиться в том, кто вы, и нет ли здесь ловушки Врага, с какими мне уже приходилось встречаться. Убедившись, я готов был ответить на все ваши вопросы. Но, правду сказать, — добавил он бегло, усмехнувшись, — я надеялся, что вы поверите мне ради меня самого.

Тот, кого преследуют, иногда устает от подозрительности и начинает жаждать дружбы. Но я вас понимаю: внешность говорит против меня.

— По крайней мере, сначала, — засмеялся Пиппин. — Наверное, вскоре мы и сами станем выглядеть не лучше.

— Вскоре? — повторил он. — Много дней, и недель, и лет пройдет для вас в странствиях, пока вы станете похожими на Странника. И вы погибнете раньше, если только на деле вы не крепче, чем с виду.

Пиппин смутился, но тут снова выступил Сэм, не спускавший со Странника подозрительного взгляда.

— А как мы узнаем, что вы и есть тот самый Странник, о котором пишет Гандальф? — спросил он. — Пока не было письма, вы о Гэндальфе не упоминали.

Может быть, вы хотите только втереться к нам? Может быть, вы убили настоящего Странника и вырядились в его платье? Что вы на это скажете?

— Что вы упрямы, Сэм Гамджи, — ответил Странник, и Сэм вздрогнул, услышав от него свое широкое имя. — Что если я убил Странника, то могу убить и вас. И убил бы сразу, без лишних разговоров. Что если бы я захотел взять Кольцо, то взял бы его — сейчас же!

Он встал, и им показалось, что он словно вырос. Глаза у него сверкнули ярко и властно; распахнув плащ, он положил руку на рукоять своего меча.

Коротыши замерли, а Сэм ошеломленно разинул рот.

— Но, к счастью, я настоящий Странник, — добавил он с улыбкой, смягчившей его суровые черты. — Я Арагорн, сын Араторна; и если ценою жизни или смерти я могу спасти вас, — я спасу.

5.

Когда они успокоились, Странник рассказал им, что виделся с Гандальфом весной, но что после того они расстались и известий о кудеснике больше не было. Но Гандальф говорил ему о Фродо я о Кольце; позже от Гильдора и его Эльфов Странник узнал, что Фродо покинул Шир и двигается к востоку.

Тогда он начал следить за Восточной дорогой.

— Теперь главное для нас — это покинуть Бри, — сказал он. — Едва ли нам удастся уйти незамеченными, но если за нами будет погоня, я постараюсь сбить ее со следа. Я знаю многие тайные пути. Мы направимся прежде всего на Ветровую вершину; она лежит севернее Дороги, на полпути к Ривенделлю, и будь Гандальф с нами, он тоже направил бы нас туда. Боюсь только, что после Ветровой вершины наш путь станет труднее, и нам придется выбирать между несколькими опасностями.

— Как вы думаете, связано ли появление Черных Всадников с отсутствием Гандальфа? — спросил Фродо.

— Думаю, что да, — ответил Странник. — Это для него самые сильные противники, кроме разве самого Врага; но и он — самый сильный противник для них. Гандальф гораздо сильнее, чем вы думаете; вы, жители Шира, знаете его только по фокусам и фейерверкам.

Это было верно: в Шире Гандальф считался величайшим из фокусников, но и только.

В этот момент где-то хлопнула дверь, по коридору промчались быстрые шаги, и в комнату ворвался Мерри; он захлопнул за собою дверь и прислонился к ней, тяжело дыша.

Они встревоженно столпились вокруг него, и он едва мог выговорить:

— Я видел их, Фродо! Видел Черных Всадников!

— Черных Всадников? — вскричал Фродо. — Где?

— Здесь, в городке. Вы помните — я вышел прогуляться. Я побродил примерно с час и вернулся, и стоял у фонаря, как вдруг меня охватила дрожь.

Мне показалось, что близ меня крадется что-то странное, — какая-то тень, но темнее всех прочих. Она кралась совершенно беззвучно…

— В какую сторону? — неожиданно и резко спросил Странник.

Мерри вздрогнул, сейчас только заметив его.

— Дальше, — поторопил его Фродо. — Это друг Гандальфа; я объясню тебе позже.

- Она скользила к Дороге, — продолжал Мерри, — на восток. Я попытался следовать за нею. Она все время терялась среди других теней, но я прошел за нею до последнего из домов, к самой Дороге.

Странник взглянул на него с восхищением. — Вы отважны, — заметил он, — но это было безумием.

— Не знаю, — ответил Мерри. — Это не отвага, не безумие, просто я ничего не мог поделать, меня словно тянуло вперед. А потом я услышал оттуда два голоса: один бормотал, другой шептал или шипел, и слов было не разобрать. Я не мог подкрасться ближе, потому что весь задрожал. И мне вдруг стало очень страшно, я повернулся и только хотел кинуться обратно, как вдруг что-то словно отуманило меня, и я упал. Очнулся уже здесь. Говорят, меня подобрали здешние слуги. Кажется, мне приснилось что-то страшное, но я ничего не помню. Я словно утонул. Что это было?

— Дыхание Мрака, — произнес Странник. — Черные здесь, и они узнали все, что хотели. Ночь будет тревожная.

— Они нападут на нас? — спросил Мерри.

— Нет, не думаю. Они собрались еще не все. Да и не таковы их привычки: они сильны во мраке, с одиночками, но не посмеют напасть на нас, когда нас много и у нас есть свет. Но их сила — в страхе, и они запугали здесь уже многих.