Пылающая душа - Шерил Моррисон

Незнакомец слегка улыбнулся и, коснувшись полей серой шляпы, откланялся.

— Вот мужчина, способный покорить сердце любой женщины, — шепнула Эми, едва он отошел. — Не заглядывайся на него, Джинни, если не хочешь потом жалеть об этом. Один взгляд этих роковых глаз, и женщина готова сделать все, что он пожелает!

— И он, вероятно, хорошо это знает, — признала Вирджиния, ощущая, как ее сердце превращается в камень.

— Но все же я надеюсь, он будет на вечеринке! — не могла угомониться Эми. — Это же божественное наслаждение — потанцевать с таким красавцем! О, вдруг вспомнила: недавно я видела в магазине прелестную шляпку. Хочу, чтобы и ты на нее посмотрела.

И Вирджиния поддалась уговорам. В результате они потратили весь день, выбирая шляпки и платья.

Наконец солнце стало садиться, мягкий теплый ветерок доносил аромат цветущих яблонь. Вирджиния родилась в этом городке, провела здесь всю жизнь, и предстоящий отъезд казался ей самым важным решением в ее жизни. Домой она вернулась перед самым ужином, когда уже сгустились сумерки и на небе появились первые неяркие звезды. Войдя на кухню, Вирджиния остолбенела, увидев высокого мужчину с чарующим взором. Девушка просто потеряла дар речи.

— Добрый вечер, — приветствовал он ее.

— Я… А что вы, собственно, делаете на нашей кухне?

На лице незнакомца мелькнуло удивление.

— Полагаю, я приглашен сюда на обед, — немного помолчав, ответил он.

Вирджиния услышала глухой стук трости отца за спиной. Прихрамывая, он вошел на кухню.

— Папа, ты мне не сказал, что у нас к обеду будут гости. — Она пыталась говорить спокойно, но взволнованное сердце заставляло голос звучать резко. Почти физически, до нервной дрожи, ощущала Вирджиния спиной пронзительный взгляд этого человека.

— Дело в том, что я не знал о его приезде, пока он не постучал в дверь, — пояснил отец, явно удивленный невежливым поведением дочери.

— А я вас запомнил, — вмешался гость. — Мы ведь сегодня уже встречались?

— Да, сэр, встречались. Извините, но я должна отнести к себе эти пакеты. — Вирджиния решила укрыться в своей комнате и переждать там до ухода этого человека. Его вид действовал ей на нервы.

— Пакеты могут подождать, дочка, ведь я вас еще не познакомил. Джинни, это Митчелл Стоун. Он будет сопровождать тебя в Юту.

У нее от удивления открылся рот. Не может быть! Стоун, который сотрудничал с ее отцом уже десять лет? Ему приходилось добывать средства на жизнь охотой, да еще и воевать с враждебно настроенными индейцами. Он непременно огрубел бы от лишений, подолгу пребывая в диких местах. Нет, судебный исполнитель Стоун должен быть гораздо старше! И его лицо не могло не быть обветренным и суровым.

— Я предполагал, что ваш отец сообщил вам о моем предстоящем приезде, мисс, — с недоумением сказал судебный исполнитель.

— Все в порядке, Митч. Она знает. Джинни, закрой рот. Ты напоминаешь выброшенную на берег рыбу.

Вирджиния наконец закрыла рот и, набравшись смелости, выдавила несколько слов:

— Прошу прощения. Я только подумала…

— Что он должен выглядеть гораздо старше? — засмеялся отец. — Да, лет десять тому назад мы обычно называли Митча мальчиком. Помнишь? — спросил он Стоуна.

— Как я могу это забыть? — натянуто улыбаясь, произнес Митч.

— «Эй, мальчик, подай кофе. Мальчик, скрути цигарку». Мальчик — туда, мальчик — сюда. Да, Митч был еще совсем зеленым юнцом, когда его включили в мою группу. Но он все схватывал на лету. А удалив пулю из моего плеча, спас мне жизнь.

— А ты помнишь, как выковырял пулю из моей ноги?

— Да. Когда я написал тебе, то подумал, что, раз уж ты, слава Богу, в строю, тебе не составит особого труда оказать мне дружескую услугу.

Стоун взглянул на девушку, и глаза его потеплели. Вирджиния скосила глаз на отца. Не заметил ли и он этого? Или, может быть, это всего лишь ее разыгравшееся воображение?..

— Я счастлив оказать любую помощь тебе и твоей дочери, Рей.

Что за испытание готовит ей судьба? — подумала девушка. Ей явно противопоказана поездка по безлюдной местности на пару с таким роковым красавцем. После первой же ночи у костра он непременно будет танцевать на ее разбитом сердце. «Не заглядывайся на него, Джинни, если не хочешь потом жалеть об этом», вспомнила она слова Эми. Неужели придется две недели провести наедине с этим мужчиной?

«Один взгляд этих роковых глаз, и женщина готова сделать все, что он пожелает», всплыли в ее памяти и другие слова Эми, еще больше разбередив душу.

Мужчины смотрели на нее, ожидая, что она скажет.

— Я… Может быть, мне лучше еще раз все обдумать? Возможно, мне и не стоит уезжать.

Отец был потрясен.

— Но, Джинни, ведь там рассчитывают на тебя. Люди ждут новую учительницу.

В глубине души ей и самой хотелось уехать. Но сейчас она могла думать лишь о том, как уберечь свое ранимое, доверчивое сердце и устоять перед обаянием этого неотразимого мужчины.

Отец, видя, что дочь колеблется и не может принять решение, попытался ее убедить:

— Почему ты стала трусить только сейчас, Джинни, когда мистер Стоун уже здесь? Ведь ты уже сделала свой выбор, и это, считаю, единственно правильное решение. Кроме того, не следует думать, что мы никогда больше не увидимся. Как только построят эту проклятую дорогу, я часто буду видеться с тобой и твоей полусумасшедшей теткой.

Вирджиния кивнула. Отец прав. Она просто чересчур разволновалась, а излишняя нервозность окажется помехой, когда придется противостоять влечениям сердца.

Ужин в тот вечер стал для нее испытанием. Каждый раз, когда Стоун встречался с ней глазами, Вирджиния непременно что-нибудь роняла, не зная, на кого ей больше злиться — на него или на себя. Погрузившись в размышления, она несколько раз или вообще не слышала его вопросов, или отвечала слишком отрывисто. К концу ужина у нее от сильного напряжения заболела шея. Как только мистер Стоун проглотил последний кусочек жаркого и положил вилку на пустую тарелку, она вскочила со стула и быстро чмокнула отца в щеку.

— Ну… я устала. Доброй ночи, папа. — И, быстро взглянув на судебного исполнителя, кивнула ему на прощание: — Судебный исполнитель Стоун…

Он слегка улыбнулся и тоже кивнул.

— Доброй ночи, мисс Холден. Увидимся утром.

Да, и утром, и каждый день на протяжении следующих двух недель.

Она заставляла себя как можно медленнее подниматься по лестнице, борясь с желанием без оглядки броситься в свою комнату. Наконец, оказавшись в спальне, она тихо прикрыла дверь и прижалась к ней спиной. Сердце у нее готово было выпрыгнуть из груди, и казалось, будто земля уходит из-под ног и не на что опереться.