Нескромная история из скромной жизни Марины Зориной - Неонилла Самухина

Краем глаза она заметила, как Валентин, перехватив ее взгляд, усмехнулся. Ну и пусть!

А молодой человек спокойно возвращался с рюмкой коньяка, даже не догадываясь, что он сотворил с Мариной. Она собрала всю свою волю, чтобы не смотреть на него и не показать, что смущена.

Выручил ее Иван Артемьевич: в шуме голосов послышался его знакомый баритон. Марина оглянулась и, увидев старого актера, радостно помахала ему рукой. С неизменной рюмкой коньяка тот стал пробираться между столиками к ней, громко приветствуя сидящих вокруг.

Валентин, по всей видимости, был знаком с Иваном Артемьевичем, поэтому, пожав ему руку, представил и своего соседа. Так Марина услышала имя молодого человека – Николай.

Два часа пролетели как один миг. За это время попрощался и ушел Валентин, а Николай пересел за другой столик к подошедшим знакомым.

Марина, разговаривая о том, о сем с Иваном Артемьевичем, иногда бросала взгляд в сторону Николая, но как только он замечал это, тут же отводила глаза в сторону. Из этого дискретного наблюдения она успела сделать досадный вывод, что Николай изрядно нагружается коньяком.

«Как обидно, – подумала Марина, – так молод и так пьет…» За редким исключением ей были неприятны пьющие мужчины.

Тут, как на беду, у Марины закончились сигареты. В кафе, к сожалению, их не продавали – лицензия была слишком дорогой. Марина в расстройстве повертела пустую пачку в руках, и вдруг почувствовала взгляд Николая. Посмотрев на него, она огорченно улыбнулась и показала ему пустую пачку. Тот сразу же поднялся со своего места и, слегка качнувшись, подошел с голубой пачкой сигарет «Camel-lights» к ее столику, не спеша прикурил и передал ей уже зажженную сигарету.

Она, ошеломленно взглянув на Николая, взяла сигарету из его рук и медленно поднесла ее к губам, словно пытаясь почувствовать оставшийся на ней след от прикосновения его губ.

Николай понимающе усмехнулся и вернулся за свой столик.

Больше Марина старалась на него не смотреть, сосредоточившись на очередном рассказе Ивана Артемьевича. А тот заливался соловьем… Через несколько минут Марина уже смеялась, забыв обо всем на свете. Однако через какое-то время заметив боковым зрением, что Николай встает и собирается уходить, она сразу встрепенулась и ей стало уже не до рассказов Ивана Артемьевича.

Широко размахивая курткой, Николай пытался попасть в рукав.

Марина с улыбкой наблюдала за его неуклюжими движениями, и вдруг у нее совершенно неожиданно вырвался вопрос:

– Неужели уже уходите?

Николай остановился, резко повернулся к ней и, не удивившись, как будто ожидал от нее чего-то подобного, сказал:

– А что, могу и остаться – ради вас! – и, стащив с себя куртку, повесил ее на стул, снова усаживаясь на свое место.

Марина подавленно замерла – ну, и кто ее дергал за язык?! Зачем было его окликать, скажите на милость? Что она теперь с ним будет делать? Ведь, если серьезно, ей ничего и не нужно было от него. Так – приятно полюбоваться на красивое лицо…

Поймав изумленный взгляд Ивана Артемьевича, Марина еще больше расстроилась: ну вот, теперь будут считать ее охотницей за юношами, а ведь до сих пор она не позволяла себе никакого флирта и никаких щекотливых знакомств. Город не так велик, и она старалась не давать повода для пересудов…

А Николай начал проявлять явные признаки нетерпения. Встретившись с ней взглядом, он незаметно показал головой в сторону выхода. Она вздохнула: придется идти, сама напросилась!

Прощаясь с Иваном Артемьевичем, она заметила, как тот бросил неодобрительный взгляд в сторону одевающегося Николая.

«Может у Николая что-нибудь не то с репутацией?» – обеспокоено подумала она, пробираясь к выходу.

Николай вышел следом за ней.

С места в карьер, не тратя лишних слов на «ля-ля», он задал ей вопрос в лоб:

– Ну и куда мы идем?

Марину покоробил такой «лобизм». Она еще раз пожалела, что так глупо вела себя в кафе. И не представляя, как теперь выпутаться из создавшейся ситуации, она растерянно пожала плечами:

– Не знаю…

– А я, кажется, знаю! Только нам надо сначала заскочить ко мне на работу – я забыл там записную книжку. Тут недалеко! И давай скорее, а то холодно! – сказал Николай, и, не обращая внимания на гололед, с бешеной скоростью потащил Марину за руку по улице.

– Куда мы так несемся? Я из-за тебя все ноги переломаю! – задыхаясь от этой бешеной гонки, запротестовала через несколько минут Марина.

– Я же сказал: ко мне на работу. Я тут неподалеку в институте тружусь.

– Это кем же? – поинтересовалась Марина.

– Старшим научным бизнесменом! – отчеканил Николай и рассмеялся.

– Продаешь научные открытия, что ли? – шутливо предположила Марина.

– Можно и так сказать, – хмыкнул Николай, и, уже совсем по-хозяйски подхватив ее под руку, прибавил шагу: – Не останавливайся, видишь, холод какой!

Было непонятно – то ли ему, действительно, было холодно, то ли он просто разыгрывал ее, чтобы иметь повод вот так – под ручку – идти рядом, прижимаясь к ее бедру. Ей же было очень жарко.

«Ох, блин, до чего теплый свитер, зря я его сегодня надела», – совершенно взмокнув, проворчала про себя Марина, украдкой смахивая капельки влаги с верхней губы, и улыбнулась, вспомнив как однажды на ее «блин» пятилетний Мишка заявил: «Не говори „блин“, пока не съешь оладушек!». И чего только не придумает!

При воспоминании о сыне у Марины внутри что-то дрогнуло: «Господи, да что это со мной происходит?! Все из головы вылетело! Ну и куда я иду?! Андрею даже позвонить забыла, о сыне спросить, беспутная!».

В расстройстве Марина замедлила шаг, но потом, мысленно пообещав позвонить им завтра, решила, что поскольку вчера, когда она звонила в Питер, Андрей сказал, что с Мишкой все в порядке, значит, можно пока не волноваться.

По дороге им пришлось зайти в магазин – ей нужно было купить сигарет, ну а Николаю срочно понадобилось пиво, хотя Марина считала, что на сегодня алкоголя ему уже достаточно.

Войдя из сумерек в ярко освещенный магазин, Марина взглянула на раскрасневшееся лицо Николая и вдруг, как бы заново увидев его, подумала: неужели он, действительно, идет с ней? Такой молодой и красивый…

Она непроизвольно дотронулась до его руки. Николай быстрым движением перехватил ее руку, поднес к своим губам и поцеловал. От неожиданности Марина резко отдернула руку. Продавщица, окинув Марину оценивающим взглядом, презрительно поджала губы. Марина разозлилась, подумав, что, конечно, разница в возрасте между нею и Николаем очевидна, но с чего бы это какой-то продавщице так явно демонстрировать свое «фэ»!

Правда, Марину в этот момент больше волновало другое: она просто не могла поверить в то, что Николай – еще совершенно чужой ей человек – способен проявить к ней такую, как ей показалось, достаточно интимную ласку.