Зеркальное отражение - Della D.

— Это все неправда, – прошептал он. – Это все сон, просто чертовски реальный сон. Мне все это только кажется…

— Гарри, – прервал его голос Дамблдора, присевшего рядом. Его рука сжала плечо мальчика. – Может, ты расскажешь нам последнее, что ты помнишь?

***

Голова нещадно болела. Гарри казалось, что сейчас она лопнет. Зато кровать под ним была необыкновенно мягкой и удобной, а плед сверху невероятно приятным на ощупь. Судя по всему, проснулся он не в гриффиндорской спальне, но и на больничное крыло это не было похоже. Любопытство заставило его приоткрыть один глаз, чтобы осмотреть комнату. Уже секунду спустя он открыл и второй, несмотря на пульсирующую боль в виске.

Комната была абсолютно ему незнакомой. Окна были плотно зашторены темно–коричневыми занавесками, создавая приятный полумрак, за который Гарри сейчас был очень благодарен: только поэтому его больная голова не взорвалась в тот же момент, как он поднял веки. На Гарри не было очков, поэтому обстановка тонула в мутном тумане. Гриффиндорец обернулся в поисках очков и обнаружил их на прикроватной тумбочке. Теперь ему было легче осматривать комнату, в которой он оказался.

Здесь было довольно уютно. Во всяком случае, Гарри не отказался бы иметь такую же. Письменный стол, книжный шкаф, платяной шкаф, глубокое кресло у окна… Наверное, очень здорово сидеть в нем и смотреть во двор. На столе был относительный порядок, который портили только валявшееся посередине перо и забытая на краю книга, в кресле лежала брошенная мантия. Все здесь свидетельствовало о наличии хозяина, но Гарри не мог представить, кем бы мог быть этот хозяин и как он сам мог сюда попасть.

Гарри обессилено закрыл глаза, отчаянно стараясь вспомнить. Он был на уроке Зелий. Снейп, как всегда, был абсолютно невыносим. Эти его едкие замечания и постоянные намеки на то, что все вокруг круглые дураки, один он умный. Нет, если ты учитель, так учи детей, а не издевайся над тем, что они ничего не знают. Если бы они все знали, зачем тогда держать в школе его? Даже сейчас Гарри начал непроизвольно распаляться, вспоминая урок. «Это не поможет мне понять, где я», – строго напомнил он себе.

Так, что же было дальше? Он что‑то кидал в котел. Гарри не был уверен, что клал правильные ингредиенты и в нужной последовательности. Может, его зелье взорвалось? Да, точно, так и было! Он вспомнил приглушенный хлопок и едкий запах дыма, после которых все погрузилось во мрак. И что с того? После этого он должен был проснуться в больничном крыле, а это определенно было какое‑то другое место. Гарри очень сомневался в том, что это вообще Хогвартс: слишком потолок низкий. Может, пока он был без сознания, что‑то случилось, и его перевезли… куда?

Раздался звук стремительных шагов по коридору, приглушенных ковром, позволяющий надеяться, что скоро он все узнает. Гарри намеревался снова открыть глаза, но громкий хлопок двери отозвался в голове чудовищной болью, заставив мальчика инстинктивно сильнее зарыться в подушку.

— Я наложил на комнату Следящие чары, так что притворяться спящим бесполезно, – весело произнес смутно знакомый голос. Гарри был уверен, что слышал его раньше, но никак не мог представить себе лицо говорящего. Что‑то было в интонациях с одной стороны до боли знакомое, а с другой – совсем чужое. Однако голос звучал мягко, почти ласково, что вселяло уверенность в полной безопасности. Гарри все больше хотелось открыть глаза, но голос тоже причинял боль, поэтому он только сдавленно простонал, пытаясь заткнуть уши подушкой. – Только не надо страдать так демонстративно! Я и без того чувствую себя виноватым, – мужчина (это совершенно точно был мужчина) обошел кровать и присел на краешек рядом с Гарри, холодные пальцы пробежали по волосам мальчика. Эта неожиданная ласка заставила Гарри на несколько мгновений забыть о боли. Кто мог так странно с ним говорить, да еще гладить по головке, словно он маленький ребенок? Гарри мужественно открыл глаза. И еле удержался от желания снова их закрыть. А еще лучше – как следует их протереть.

— Тебе лучше? – спросил у него мягкий голос, принадлежавший, как выяснилось, Северусу Снейпу. Конечно, Гарри не смог выдавить ни слова в ответ. – Что‑то болит? Голова?

Короткий кивок. Очевидно, шок от увиденного помогал не обращать внимание на миллион молоточков, тут же застучавших по черепной коробке изнутри.

— Бедный мой мальчик, – профессор решил окончательно добить Гарри искренним состраданием в голосе и улыбкой на тонких губах. – Вставай и спускайся вниз. Я дам тебе зелье, – он поднялся на ноги, совершенно не обращая внимания на то, что Гарри так ничего ему и не сказал. – И тебе не мешает что‑нибудь поесть. Ты проспал почти весь день, а утром ты опять плохо позавтракал. Жду тебя внизу.

С этими словами он крутанулся вокруг своей оси и скрылся за дверью. Гарри остался лежать, придавленный к кровати глубочайшим шоком. Что, черт побери, это было? Почему Снейп разговаривает с ним так, словно Гарри его любимый змееныш? Это либо чья‑то очень скверная шутка, либо это вовсе не Снейп. Он действительно был как‑то не совсем на себя похож, только вот Гарри не успел уловить, что именно в его облике не так. Может, это кто‑то под действием Полиморфного зелья? По интонациям и действиям человек был больше всего похож на Люпина, но с чего бы это Люпину превращаться в Снейпа? Единственной возможностью получить ответы на эти вопросы было встать и спуститься вниз, как сказал человек, похожий на Снейпа.

Аккуратно придерживая голову рукой, Гарри медленно встал с постели и вышел за дверь. Теперь он оказался в небольшом коридоре, где было еще несколько дверей. По левую сторону от комнаты, которую только что покинул Гарри, был тупик, зато справа коридор заканчивался лестницей. Мальчик медленно двинулся в ту сторону, бросая косые взгляды на стены, на которых висели волшебные картины, гобелены и – что удивило его больше всего – комнатные растения в кашпо. Чьим бы ни был этот дом, он точно не принадлежал Снейпу.

Добравшись до лестницы, гриффиндорец машинально отметил, что находится на втором этаже. Выше был, скорее всего, чердак. Почему‑то пришла в голову мысль, что дом похож по размерам на коттеджи Тисовой улицы или немного больше их.

Оказавшись на первом этаже, Гарри на секунду задумался, куда же идти дальше. Снейп сказал «вниз», но куда именно? Справа от лестницы был коридор, который вел, как понял Гарри, к выходу. Едва ли ему сюда. По левую сторону была гостиная, плавно переходящая в столовую. У столовой было еще два выхода: один вел налево, но туда Гарри не успел заглянуть, а второй – направо. Мальчика привлек шум, доносившийся как раз со стороны правой двери. Осторожно приблизившись, он понял, что стоит на пороге кухни.