Девятихвостая Ленка - Джеймс

даже говорила им вполне человеческим голосом: “привет, как жизнь?” Они с интересом и некоторым удивлением отвечали, что хорошо. Расспрашивали, не мучают ли дрессировщики, просили сложить два и три, а потом невозмутимо дописывали “очень хорошо дрессированная”.

Другие, насмотревшись на Ленкины безобразия, а тем паче услышав её “мяу”, искали решение проблемы в себе: щипали за руку, тёрли глаза, шлёпали по лицу. Одна дамочка даже вынула из необъятной косметички градусник и начала бесстыдно измерять температуру, прямо на виду у Ленки.

Ленка такого оскорбления не вынесла и обиженно раздвоила хвост. Показать третий она не успела — дамочка с громким всхлипом покинула помещение и умчалась на скорой, жалуясь на галлюцинации. После того как убрали разбитый градусник, Серёжа очень тихим голосом попросил больше так не делать.

Некоторые начинали орать и пытаться открыть дверь не в ту сторону. Кто-то искал скрытую камеру, хотя всех предупреждали, что она не скрытая и над доской. Кто-то просто замирал в таком ступоре, что Ленка начинала опасаться — не потребуется ли его выносить?

Но похолодело у Ленки внутри, когда в кабинет зашла Алёна — светловолосая четверокурсница, которая еще даже на старшеклассницу никак не тянула. Что-то такое было в наивных глазах, радостном лице, или в облике, но Ленка каким-то чутьём поняла, что никаких чудес показывать нельзя.

Она отыграла обязательную роль простой лисицы и заскреблась в подсобку, где у ноута сидели Колян с Серёжей.

— Не могу! — тихо пожаловалась Ленка, когда её впустили.

Сержа выглянул в кабинет:

— Минутку, у нас технический перерыв, — успокоил он Алёну.

— Да не парься ты! Нашатырь у нас с собой, — уговаривал Ленку Колян.

— Не, мужики. Тут обморока не будет. Чую, тут что-то другое. Давайте её лучше пропустим?

— Лена, — нахмурился Серёжа. — Я верно понимаю, она поверит?

Лена кивнула.

— Тогда, смотри. Из всех испытуемых никто в чудо не поверил. Понимаешь? Я не знаю, что ты чуешь, тебе виднее, насколько это опасно. Но ты учитывай и насколько это для нас важно.

Что она чует, не знала даже сама Ленка.

— Хорошо, — понурила она уши.

За столом над тетрадью скучала Алёна. Чуть стукнув когтями, Ленка запрыгнула на стол и подошла к тетради — там нарисованные твёрдой рукой парили драконы, по сказочному лесу бежал единорог.

Садясь и по кошачьи обвивая ноги хвостом, Ленка как бы невзначай заметила:

— Похожи на настоящих.

Алёна вздрогнула и серьёзно посмотрела на говорящую лису, а у Ленки внутри всё рухнуло, будто произошло что-то непоправимое.

— Ты видела? — спросила Алёна, подняв глаза.

— Только драконов, — честно призналась Ленка.

— А они умеют в людей превращаться?

Ленка подобралась в плотную к уху, и уткнувшись чёрным носом в светлые волосы Алены рассказывала, о том мире, где несколько лет провела в магакадемии. Внутри у Ленки разливалось что-то поганое и тоскливое, а вот Алене было пугающе хорошо, слишком внимательно она слушала лису. Напоследок Ленка незаметно вставила несколько своих шерстинок в светлые волосы — шерстинки со временем выпадут, но до тех пор можно будет чувствовать, всё ли в порядке с Алёной.

Первую неделю Ленка постоянно прислушивалась к Алёне, жившей в другом конце города и по прежнему исправно ходившей на пары. Ничего особого не происходило, а пугающая радостность Алёны постепенно исчезала. Казалось, что всё будет хорошо, тем более, что Серёжа и Колян больше никого верящего в чудо так и не нашли, а потому зацепили Алёну и мурыжили её своими опросниками. Если что, решила Ленка, они заметят.

Они заметили, лишь когда Алёна несколько дней подряд не появлялась на парах, а подруги, с которыми она снимала квартиру, пояснили Серёже: “та, обычный депресняк”. Тогда Серёжа ворвался в общагу к Ленке, вляпался в чёрного мяукающего Пятно, который привычно подлез под ноги, и, пытаясь вытащить провалившуюся в него ступню, закричал:

— Алёну спасать нада!

Ленка сверзилась с койки, запуталась в хвостах. Вскочила и уставилась на испуганного Серёжу, который так и не вытащил ногу из пятна, и расплывающегося в улыбке Коляна, что рассматривал Ленкины обнажённые прелести.

Выслушав рассказ, Ленка плюхнулась на койку, закрыла глаза и сосредоточилась на Алене. Попала какую-то бесконечную тоску и темноту чужого сна.

В сознании замелькали серые бормочущие толпы, забившие огромный вагон метро или электрички, вместо окон которого чернели доски из аудиторий, изрисованные белыми похожими на маленькие косточки символами. К доскам выходили люди, начинали писать пустой рукой, которая на глазах истончалась и крошилась в белую труху. Люди чертили уже плечами, издавая то ли стон, то ли скрежет, но доска заполнялась лишь парой символов, а человек уже исчезал. Неожиданно две доски разъехались будто двери и явили серый перрон, на котором сидела обычная лиса. Люди ринулись было туда, но вагон резко тронулся. Люди попадали, а двери закрылись, словно опасаясь, что кто-то сбежит.

Ленка вынырнула из этой тоски. Тяжело дыша, сунулась в тумбочку, нащупала початую бутылку конины и залпом влила в себя обжигающую жидкость. Вздрогнула и поморщилась. Серёжа тихо выругался. Колян присвистнул.

— Трындец, ребятки. А я, оказывается, дура, — сообщила Ленка.

— Лен, кто ж знал? — прошептал Серёжа, будто всё понял по лицу.

— Так, Колян, ты у нас опытный. Хватай всё свое мастерство, охмуряй подруг Алёны. Доберись до неё, глянь, можно ли что-то сделать. Если нельзя, то хоть врачей вызовите, а то она, походу, даже вставать с кровати не хочет.

— А ты? — спросил Серёжа.

Ленка свистнула. Пятно наконец выплюнул Серёжину ступню и подбежал к хозяйке.

— А я поищу помощи у знакомых, — уставилась Ленка на Пятно.

Отличники давно ушли, а Ленка вспоминала все забытые лекции про магические порталы. Даже вспомнила несколько прогулянных, что было подозрительно.

Одевшись поприличнее, она нашептала Пятну координаты. Выпрямилась и шагнула в раскрывшуюся темноту.

Темнота мяукнула и выплюнула Ленку в лабораторию магакадемии. В белом помещении, обшитом огнеупорным пластиком, стояла пара столов, шкаф и очень удивлённый Огонёк — бывший Ленкин научрук, по совместительству жутко древний огненный дракон, который обычно изображал высокого брюнета и прикидывался то дурачком, то молодым повесой.

— Здравствуй Леночка! — раскрыл Огонёк объятья и по-дурацки улыбнулся. — Неужели тебя восстановили?

— Иди нахрен. Ты же прекрасно знаешь. — Ленка давно не видела научрука и соскучилась.

— Ну не получилось, и ладно, — не смутился Огонёк. — Как ты вообще сюда пробралась?

— Потом. Я мечтателя нашла. Что делать?

—