Скарабей сердца - Савиор Пиротта

– Ренни, ты тут?

Ренни выглянул из-за глиняного кувшина. В дверном проёме стоял мальчик, лунный свет падал на его широкие плечи. С правого плеча у него свисал хлопковый мешок.

– Это ты, Маху? – спросил Ренни.

– Да. Выходи. Берег чист.

– Я уж думал, ты не придёшь. – Ренни поднялся на ноги, стряхивая с набедренной повязки пыль. Маху – его старший брат, однако они двое совсем не походили друг на друга. Ренни был низким, с детским лицом и всё ещё носил локон юности у виска, а Маху – высокий, с выпирающим вперёд подбородком и мощными руками.

– Давай быстрее, – велел Маху, поворачиваясь и шагая прочь из гробницы, – у нас не вся ночь впереди.

– Куда мы идём? – спросил Ренни, следуя за братом по пыльной дорожке мимо древней гробницы, которую переделывали для детей Рамсеса. Поговаривали, что боги даровали ему огромное потомство.

– Перестань задавать вопросы, – ответил Маху. – Скоро узнаешь.

– Я надеялся, что ты просто хочешь немножко осмотреться, – сказал Ренни.

– У меня есть дела поважнее, чем играть в исследователей, – фыркнул Маху. – А теперь шевелись.

– Надеюсь, мы не нарушаем закон, – продолжил Ренни. – Хотя мы уже его нарушили, просто находясь здесь.

– Закон существует только для власть имущих и безмозглых, – рявкнул брат. – Я ни тот ни другой. А теперь перестань ныть, как младенец.

Он обогнул холм – за ним долина делалась шире, и по обеим её сторонам стояли гробницы. Царила тишина, если не считать воплей летучих мышей где-то сверху. От них по коже Ренни поползли мурашки.

– Эй, – вдруг сказал он. – Я только что видел, как что-то движется.

Брат обернулся.

– Где?

Ренни указал на статую богини с головой кошки возле гробницы.

– Вон там.

Маху огляделся.

– Я ничего не вижу.

– Я точно видел, как там что-то двигалось, – не сдавался Ренни. – Пойдём домой.

– Не глупи, братишка, – сказал Маху. – Это наверняка кошка или пустынная лисица. Нечего бояться.

– А может, кто-то за нами следит, – возразил Ренни. – Вдруг это меджаи?

Маху огляделся ещё раз, а потом пожал плечами и пошёл дальше.

– Тебе мерещится. Идём.

Ренни заторопился за ним следом, дотрагиваясь до своего амулета, чтобы успокоиться. Они миновали большую гробницу со статуями бога жизни Амона-Ра по обе стороны двери и проскользнули в тесный проход позади неё. Он вёл к гробнице поменьше, с узким дверным проёмом, рядом с которым Маху и остановился.

– Это гробница одного генерала из армии фараона, – сказал он. – Он был богат до неприличия, так что внутри наверняка полно вещей. Мне удалось узнать, где проходит секретный туннель, который ведёт прямиком в погребальную камеру.

Глаза Ренни округлились от ужаса.

– Мы вломимся в гробницу?!

– Я – нет, – хмыкнул Маху. – Я буду просто стоять снаружи, следя, чтобы моего братишку не поймали.

Ренни отшатнулся от него.

– Я не буду этого делать!

– Но ты уже это делаешь, – сказал Маху.

– Мы разгневаем богов, – заспорил Ренни. – Они накажут нас, и, когда мы умрём, наши сердца сожрёт богиня Амат.

– Ты правда думаешь, что боги станут тратить время на таких ничтожных мальчишек, как ты? – усмехнулся Маху. – А теперь умолкни и делай, как я велю. – Он раздвинул заросли жгучей крапивы, за которыми оказалась маленькая квадратная дыра.

– Это и есть вход в секретный туннель? – спросил Ренни.

– Да. Ну разве я не молодец, что нашёл его? Попрошу заметить, на то, чтобы сдвинуть камень, у меня ушла целая вечность.

– Зачем в гробнице секретный туннель? – заинтересовался Ренни.

– Нечестные строители иногда работают с расхитителями гробниц, – объяснил Маху. – Они оставляют для воров проходы внутрь, а потом делят награбленное. Мир – не такое честное место, как ты думаешь, братишка. А теперь полезай внутрь и принеси что-нибудь ценное. Что-нибудь, что мы сможем обменять.

Ренни скрестил руки на груди.

– Я отказываюсь.

– С тех пор как отец умер, твой законный опекун – я, – заявил Маху. – Я могу приказать тебе сделать что угодно, и я приказываю тебе залезть в эту гробницу.

Ренни стоял на своём.

– Сам иди, если тебе так хочется сокровищ.

– Я… не могу, – ответил Маху.

Ренни ухмыльнулся.

– Почему это?

– Потому что не могу.

– Ты боишься, правда? – сказал Ренни. – Признайся. Ты боишься, что боги могут наказать тебя, поэтому хочешь, чтобы воровал я. Ты трус.

Маху схватил брата за локон у виска.

– Прекрати болтать. Лезь внутрь и найди что-нибудь, что я смогу обменять, слышишь меня? У нас дом разваливается. Хозяин хочет нас выселить, потому что мы не чиним дом, как должны. Матери не всегда удаётся поесть. Локти у неё стали совсем костлявые. А ты стоишь тут и заявляешь, что твоя собственная мать недостойна того, чтобы украсть ради неё одно украшение у богача, который умер.

– Всё равно я отказываюсь, – сказал Ренни, хоть и не так уверенно, как прежде. Маху умел убеждать людей. – Пожалуйста, отпусти волосы.

– Я бы пошёл сам, – прошипел Маху, не выпуская локон Ренни, – но если там со мной что-то случится, то не останется никого, кто присматривал бы за матерью.

– Я останусь, – возразил Ренни.

– Много от тебя толка с твоими дурацкими кисточками, – выплюнул Маху.

– По крайней мере, я прилично зарабатываю, – заметил Ренни.

– Если не пойдёшь, – рявкнул Маху, – я продам тебя в рабство. У меня есть такое право. Обменяю тебя на жирного барана. Это решит все проблемы нашей семьи. Будешь работать в какой-нибудь шахте в Куше. А теперь полезай внутрь и смотри не угоди в ловушку. В этих туннелях их обычно полным-полно.

Он поднял Ренни и запихнул его в туннель головой вперёд.

– Я серьёзно, братишка. Возвращайся по крайней мере с одним сокровищем, иначе, клянусь, я поставлю камень на место и оставлю тебя умирать.

Перепуганный, что брат может исполнить угрозу, Ренни пополз на локтях вперёд. Он молился, чтобы боги поняли: он вламывается в гробницу не по своей воле. Его заставляют. И возможно, Маху самую малость был прав. Мёртвый генерал наверняка обойдётся без одного маленького украшеньица. У него, должно быть, полные сундуки безделушек. А их матери правда нужна помощь. Он делает это ради неё.

Туннель был тесным, но воздух внутри оказался на удивление свежим. Ренни полз вперёд, обдирая колени и локти о грубые камни. Толстая паутина мазнула его по лицу, а по локону у виска что-то проползло. Он понадеялся, что это не скорпион.

– Давай быстрее, – донёсся снаружи голос Маху. – Кажется, я слышу вдали меджаев.

– Как могу, так и ползу, – отозвался Ренни, и его голос отразился от стен.

Неожиданно он стукнулся головой