Исход - Алексей Яшин

очереди к живительному источнику, на всю процедуру уходило не менее трех часов, а временами и больше. Также мужчина взял на себя функции повара, благо газовая плитка с внушительным запасом баллонов в наличии имелась, как и запас продуктов. В такие моменты кот с кошкой неизменно составляли Юрьеву компанию, стараясь не пропустить момент, когда очередная банка консервов освободится от своего содержимого и появится возможность вылизать вкусные остатки.

Андрей катил тележку позади себя, это позволяло ему больше внимания уделять дороге и окружающему виду. Вокруг него складывалась ставшая вполне привычной картина: на фоне полуразрушенного мегаполиса вынужденно лишенные постоянных занятий люди разделились на несколько категорий. Одни, подобно Юрьеву, добывали и тащили в сторону своей «норки» кусочек какого-нибудь полезного ресурса. Другие, как Саша или Марина с Женей, были заняты чем-либо общественно полезным, добавляя городской агломерации еще большую схожесть с муравейником. Третьи кучковались возле какой-нибудь значимой «точки сбора», будь то простой костер, пункт раздачи продуктов и воды или просто особенно эмоциональный горожанин, который имел ответы абсолютно на все вопросы либо, на худой конец, точно знал, кто во всем этом «безобразии» виноват. Зачастую третья категория производила шума и энергии столько же, сколько первые две, и при этом со стопроцентной уверенностью полагала, что все структуры власти просто обязаны в кратчайшие сроки сделать все так, «как было раньше». Состоящие из военных, полиции и добровольцев патрули уже давно отмахивались от этого контингента, как от назойливых мух, предпочитая игнорировать набившие оскомину вопросы из разряда – «ну когда же все это кончится?»

Задумавшись о своем, Юрьев едва не провалился в огромную трещину посреди дороги. Еще несколько часов назад здесь присутствовал рукотворный мост, под который приспособили старые гаражные ворота, и вот теперь они лежали внутри провала, лишая возможности перейти на другую сторону. Вспоминая, что совсем недавно был довольно ощутимый толчок, мужчина развернулся и двинулся в направлении следующего мостка, надеясь, что хотя бы он остался на своем месте. Короткие землетрясения происходили по несколько раз в день, создавалось впечатление, что земная кора испытывает некоторый дискомфорт в своем новом положении и периодически вздрагивает, поудобнее пристраивая тот или иной участок своей поверхности. Каких-то серьезных последствий эти толчки обычно не имели, так как все, что могло разрушиться, уже разрушилось, однако некоторые особенно хлипкие конструкции все же изредка страдали, хотя их достаточно быстро возводили заново. Подобные ситуации были не редкостью, и Андрей совершенно не расстроился, что ему придется пройти лишних триста метров. Не удивил его и небольшой квадрокоптер, неспешно пролетавший мимо и на пару секунд зависший прямо над трещиной. С помощью этих портативных разведчиков власти отслеживали ситуацию в городе и пытались оперативно реагировать на нее. Это было дешевле и проще, чем использовать вертолеты, а многочисленные камеры наблюдения, понятное дело, в данный момент были совершенно бесполезными украшениями покосившихся столбов со свисающими лохмотьями оборванных проводов.

Уже на подходе к дому Юрьев обратил внимание на довольно большую стаю птиц, которая, описав круг над крышей соседнего дома, в полном составе приземлилась на нее, чтобы спустя полминуты в точности повторить свой маневр. Складывалось впечатление, что пернатые находятся в полной растерянности и в этот, привычный для перелетов, осенний месяц они совершенно потеряли ориентацию и не понимают, куда им теперь лететь. Мужчина остановился возле своего подъезда и пристально вгляделся в дневное небо. Видимых признаков приближения большой беды пока еще не наблюдалось, однако Андрей знал, что не самые приятные перемены уже на подходе и скоро такой цвет неба станет для жителей планеты недоступной роскошью.

* * *

– Судя по запаху, ты что-то сварганил из остатков картошки, – Шевченко на секунду задержался возле открытой двери и громко чихнул. Ошметки бетонной пыли на одежде мгновенно отреагировали на это и на пару секунд создали вокруг пришедшего мутную и почти непроницаемую для глаз серую ауру. Мужчина чихнул еще раз и принялся виновато отряхиваться прямо в подъезде.

– Может, ты лучше это на улице сделаешь? – Андрей наполовину прикрыл входную дверь, чтобы пыль не летела внутрь квартиры.

– Да я всю дорогу до дома себя обхлопывал, прохожие даже подозрительно косились, думали, наверно, что я какой-нибудь мазохист-одиночка, – Саша перестал лупцевать свою одежду и, отодвинув друга в сторону, протиснулся внутрь. – Лучше я прямо в коридоре все с себя сброшу, эта пыль, похоже, впиталась в ткань навсегда, так просто от нее не избавишься.

– Хорошее решение! – Юрьев посторонился, освободив пришедшему пространство. Со стороны кухни за их маневрами внимательно наблюдали две пушистые мордочки, но как только раздался громкий шелест снимаемых вещей, рыжая физиономия моментально исчезла – Каспер совершенно не любил громкий шум и старался прятаться от него любыми доступными методами.

– Мне в этих шмотках ни в коем случае нельзя под дождь попадать, – Шевченко старался аккуратно избавляться от вещей. – Цементная пыль схватится, и я превращусь в неподвижный памятник самому себе.

– Главное – в этот момент занять правильное положение, а то застынешь в неприличной позе, и даже голуби над тобой ржать будут, – Юрьев закрыл входную дверь и направился в сторону кухни, оставив раздевающегося и продолжающего источать клубы серой пыли друга в гордом одиночестве.

– Сегодняшний день выдался каким-то особенно трудным! – когда за обеденным столом собрались все, Женя первая решила поделиться впечатлениями прошедшего дня. – Трудным не с физической точки зрения, тут как раз все, как обычно. День был эмоционально тяжелым, хотя и в другие дни особых поводов для радости тоже нет.

– Что случилось? – Шевченко не донес до рта вилку с жареной картошкой и вопросительно взглянул на подругу. Марина продолжала ужин как ни в чем не бывало: то, что хотела поведать Женя, она уже знала. Андрей тоже спокойно отреагировал на слова девушки, за последнее время он уже привык к душераздирающим историям и, как он сам себе откровенно признавался, потихоньку начал немножко черстветь по отношению к происходящему вокруг.

– Да в очередной раз относила тут продуктовый набор одной старушке. Анастасия Сергеевна ее зовут. Милая такая, интеллигентная бабулька, очень спокойная, вежливая, ну и поговорить за жизнь любит, – Женя быстро закинула в себя несколько вилок с горячей картошкой и продолжила. – Так вот, у нее есть, а точнее был двадцатипятилетний внук, который жил неподалеку. Его родители давно переехали в другой город, а он тусовался здесь, снимал квартиру с друзьями. Нигде не работал, последние годы буквально жил в Интернете.

– Дай угадаю, – Саша насаживал на вилку наиболее зажаристые картофельные дольки, которые любил больше всего, – он был блогером и жил за счет подписчиков и лайков.

– Ну да, как-то так, – Женя утвердительно кивнула головой. – Вот только, по словам бабули, он снимал какие-то «пранки-розыгрыши», за которые его иногда даже били, но при этом и заработки были немаленькие.

– И опосля катастрофы этот ручеек иссяк! – Андрей попытался изобразить на лице страдальческую мину, но получилось, скорее, смешно, чем печально.

– Да, именно так. Мало того, у него ума не хватило на то, чтобы даже в сложившейся ситуации прекратить заниматься этой дуростью. Он различными способами умудрялся заряжать свой смартфон и с такими же своими друзьями-дебилами продолжал снимать различные подставы и розыгрыши, так сказать, «на будущее». Надеялся, что в самое ближайшее время Интернет вновь заработает, а у него уже и материал заготовлен, – Женя отложила вилку и откинулась на стуле. – Все я рассказываю со слов Анастасии Сергеевны, этот балбес периодически забегал к ней пожрать и откровенно делился своими похождениями и планами.

– Мир, как говорится, в труху… Миллионы погибли, остальные скорбят и пытаются хоть как-нибудь наладить жизнь, а кто-то продолжает существовать с напрочь отключенными мозгами и даже на чужом горе хочет поймать порцию нездорового ажиотажа, – Марина тоже доела свою порцию и немного отодвинулась от стола.

– Попробую угадать, – Андрей постучал костяшками пальцев по столу, – за тупые и совершенно неуместные шуточки