Мертвое солнце - Александра Христова

Еще я являюсь гордым обладателем светлых, орехово-карих с золотистыми искорками глаз, доставшихся мне от матери. Сестренка завидует: ей, с ее темно-серыми, подобного эффекта не добиться даже при помощи линз.

Прозвище Мистик я получил лет в двенадцать, как только мое увлечение фэнтези стало известно моим знакомым. Оно настолько крепко ко мне пристало, что порой даже учителя называют меня так, не говоря уже о родителях. Единственный, кто упорно зовет меня полным именем, — Алексей. Когда я спросил его, почему, мне было сказано: «Нельзя коверкать такое редкое имя, как у тебя». Странно… Никогда не считал свое имя редким или выдающимся…

— Ты опять за книгами? — ласково поинтересовался Алексей. Ну да, если учесть, что я обеспечиваю ему хорошую выручку, то с его стороны будет крайней глупостью грубить мне.

— Нет, на тебя любоваться пришел, — буркнул я. — Соскучился по твоей физиономии. Конечно, за книгами! Все закончилось. Есть что-нибудь новенькое? Только «Декамерон» больше не подсовывай! — тут же уточнил. — А то в прошлый раз мне крепко досталось.

— А как же! — ехидно ухмыльнулся продавец и нырнул куда-то за прилавок. Вытащил пакет и протянул мне: — Держи!

— Леша! — ужаснулся я, заглянув в протянутую пластиковую авоську и увидев шесть толстенных книг. — У меня же денег не хватит!

— В первый раз, что ли? — хмыкнул Алексей. — Ты бери, потом расплатишься.

— Спасибо большое, — кивнул я и насмешливо поинтересовался: — А что, ты решил подработать библиотекарем? Давно ты мне книги не подбирал.

— Иди ты, — обиделся Алексей. — Я стараюсь, отбираю для него лучшие книги из новой партии, а он недоволен…

— Ладно-ладно! — Я шутливо поднял руки. — Не злись! — И тут мой взгляд упал на часы на правом запястье. Мама дорогая, два часа! Через три часа сестра приезжает, ее дома полгода не было, а в квартире такой бардак, словно орда орков устроила пьяный дебош. А что: родители уехали отмечать юбилей свадьбы, сестра в командировке, и я три недели являлся единоличным собственником пятикомнатной квартиры в тихом районе. Лепота!

Уборкой я себя, как нетрудно догадаться, не утруждал, хорошо хоть, посуду мыл. И теперь мне придется совершить подвиг и убрать всю квартиру за три… нет, за два с половиной часа!

— Ой, Леша! Забыл! У меня сестра сегодня приезжает!

— Угу… И наверняка дома бардак. Как ты там однажды сказал? Куры не доены…

— Конопля не кошена! Все, я побежал! — Под тихий смех продавца я пулей вылетел из магазина и рысью понесся домой.

Уф-ф! Справился!

Я устало плюхнулся в кресло и оглядел комнату. Чистота! За два часа я ухитрился убрать весь мусор в доме (а что не убрал — под ковер замел), и теперь ничто не мешало мне разобраться с тем, что всучил мне Леша. Нет, я знаю, что дрянь он мне не подсунет — слишком хорошо знает мои вкусы. Но все равно…

Я подхватил пакет со стула в прихожей и поволок его в святая святых нашей квартиры — библиотеку.

На самом деле, это не столько библиотека, сколько помесь комнаты для медитаций, читального зала и периодически спальни для меня. А еще меня здесь крайне редко трогают. Просто все представители нашего славного семейства знают: если Мистик засел в библиотеке — его оттуда калачом не выманишь. Ну, разве что новой книжкой…

Большая комната, оформленная в темных тонах. Две стены от пола до потолка закрывают битком набитые стеллажи из темного дерева. На третьей стене я любовно повесил оружие: парные мечи, презентованные мне лично руководителем клуба как наиболее отличившемуся ученику. Кстати, мечи настоящие и очень острые — правила заточки мастер вбил в меня в первую очередь. А клинки были мне подарены тренером на пятнадцатилетие. Правда, оформлять их пришлось на папу — мне бы просто никто не выдал разрешение на хранение холодного оружия. Еще здесь висит шпага (муляж, зато симпатичный) и несколько ножей и кинжалов (что-то настоящее, что-то нет). У этой же стенки притулился большой музыкальный центр, рядом стоит симпатичный бордовый диванчик и крохотный столик, куда я обычно сгружаю взятые с собой бутерброды. Окно закрывают тяжелые, длинные, до пола, шторы цвета запекшейся крови. Мрачно? А мне нравится! И личная библиотека (сестра как-то попыталась пристроить здесь свои детективы, так я поднял такую бучу, что она надолго зареклась сюда даже заходить), и тренировочный зал, если мне приспичит размяться, благо на полу не ковер, как в других комнатах, а паркет. Правда, после того как я обрушил несколько стеллажей, — хорошо хоть, не на свою дурную голову! — заниматься здесь предпочитаю без оружия. Как сказал отец — для этого есть клуб.

Стеллажи вмещают в себя не только фэнтези всех калибров. Лет в пятнадцать мне в голову пришла гениальная, как мне казалось, идея: я решил придумать, что бы я делал, если бы оказался на троне. Как сейчас помню круглые глаза сестренки, когда я таскал у нее учебники по экономике за пятый курс. Понимал я в них крайне мало, но с упорством, достойным лучшего применения, продолжал вгрызаться в гранит экономических наук. Отец с матерью посмеивались, наблюдая за моим новым увлечением, но тем не менее не препятствовали. Напротив, папа приволок откуда-то пять битком набитых сумок. Чего в них только не было! И книги с экскурсом в политику наших императоров, и «Экономика для чайников», и даже «Государь» Макиавелли оказался! Золотые у меня родители — действуют по принципу «чем бы дитя ни тешилось»… Очень правильный подход, между прочим! По крайней мере, я никогда, например, не пил украдкой в подъезде пиво. А зачем? Можно попросить у родителей — и спокойно выпить это же самое пиво дома. Правда, при этом терялось все удовольствие от пенного напитка… Правду говорят: «Что разрешено — то неинтересно!» По крайней мере, у меня ни разу не возникло желания напиться в компании.

Вот и тогда, узнав о моей новой «блажи», родители не мешали мне «развлекаться». Мол, дитятко натешится и успокоится. А я никак не успокаивался!

Как у меня от всех этих сальдо, бульдо и прочего тогда голова не лопнула — не понимаю! Ведь я еще и в школе учиться успевал. Правда, оценки были, мягко говоря, плохие. А если говорить начистоту, то меня едва вообще не выгнали за неуспеваемость. Но в итоге я добился-таки своего! Полгода назад, замирая от страха, выложил перед отцом мой план. Папа — ведущий экономист одной крупной фирмы — бегло просмотрел мое творчество, похмыкал и забрал к себе на работу. Через неделю принес обратно и вечером, когда вся семья собралась за столом, заявил, с гордостью поглядывая на меня:

— Сын, тебе предложено после окончания вуза устроиться к нам в отдел. Так что можешь считать, что работой ты уже обеспечен.