Трехликий I: Мертвые Голоса - Даниил Тихий

Девушка подняла руку раскрытой ладонью перед собой, и успокаивающе затараторила:

— Я поняла. Поняла. Не злись. Ты ищешь кого-то конкретного. Но как я могу тебе помочь?

Незнакомец повернулся и взглянул на Алису. Он странно наклонил голову и тряхнул ей, словно и в самом деле был не в порядке:

— Мы хотим знать направление. Нам нужно в город.

Девушка-бард кивнула:

— Я отведу тебя. Но как ты можешь не знать где он находится? Мир разделён на области, и все рождаются в одной из таких точек. Ты что, откуда-то из соседнего кластера?

Черноволосый свернул куртку и подложив её под голову прикрыл глаза:

— Мы не рождались. Мы ищем друга. Друг наша цель.

* * *

МЫ казался Алисе удивительным. Он был симпатичен, силён и идеально подходил на роль компаньона для барда. Даже шрам от полученного у реки рассечения не уродовал его. Пересекал переносицу и щеку, делая этого вечно серьёзного, хмурого «робота» ещё более интересным.

Если её прошлые спутники напоминали мускулистых боровов, этот походил на жилистого волка. Даже находится рядом страшно, в любой момент может цапнуть.

Они шли вдоль тракта. Причём из-за упертости черноволосого именно вдоль, а не по самому тракту. Потому что как выразился убийца — «высок риск встречи с непрогнозируемым исходом».

В лесу шуршал листьями по-летнему тёплый ветер. Рана Алисы затянулась за ночь и оставила после себя уродливый шрам, прячущийся под вязанной кофтой. МЫ — являлся откровенно хреновым собеседником. Просто молчал, игнорируя большинство вопросов и не отвечал взаимностью на походную болтовню, которой развлекает себя любая группа ходоков в «поле».

Стоит ли говорить, что от скуки она решила побренчать на лютне?

Находясь в виртуальной реальности, ты можешь быть кем угодно. Если бы Алису спросили, имеет ли она музыкальное образование, она бы ответила, что ей медведь при рождении на ухо наступил. Но в вирте, медвежий след на собственном ухе не помеха для «настоящего» музыканта.

Стоило её пальцам пробежаться по струнам и воздух наполнился стройной мелодией. Щепотка внутренних сил, имеющихся у любого ходока, и мелодия пропиталась энергией, проникла в тело и волной бодрости сняла львиную часть усталости.

Грубая хватка чужой руки легла поверх её пальцев и остановила музыку. Обиженно скрипнула лютня…

Черноволосый смотрел куда-то поверх её плеча. Его брови по обыкновению были нахмурены, а лицо сурово.

— Зачем ты меня остановил? Песня снимает усталость, ты должен был почув…

— Усталость не помеха. Громкие звуки выдают наше местоположение и значительно расширяют радиу… — убийца замер на полуслове и разжав хватку на её пальцах сказал. — Мы не одни.

Последние три слова легли на плечи Алисы тяжёлым грузом. Она мечтала о музыке, о танце, о бое, после которого сильные мужчины благодарят её за то, что она помогла им. О собственных стрелах, летящих в проклятых ублюдков-насильников.

Но её тетива давно лопнула, лук был потерян, а песни привлекали одни несчастья.

— Спрячься.

Она поступила в точности так, как велел её странный спутник. Присела под деревом укрываясь за его массивными корнями и активировала врождённый навык. Её аватар принадлежал к роду лесорождённых, от них девушке достались светлые волосы, голубые глаза и бонус к гибкости.

С её места не было видно тракта, но она знала, что дорога расположена где-то по левую руку. Последний час они безостановочно шли вдоль него, и девушка понятия не имела с кем они могут тут столкнуться. Ходоки? Дикие звери? Бродячие монстры?

Черноволосый исчез. Растворился в зарослях, натягивая на трофейный лук тетиву. Оставил Алису одну и бросил на землю копьё.

Обычная музыка леса долгие минуты не нарушалась лишними звуками, ровно до того мига пока девушка-бард не расслышала до боли знакомое шипение.

«Тэклиты!»

Ну как они оказались здесь? Как нашли её⁈ Алиса сомневалась в случайности этой встречи. На секунду ей в голову пришла мысль, что все это время за ней следили. Сердце в девичьей груди заколотилось с удвоенной силой, а в руку сама собой легла рукоять ножа.

Первого серокожего она увидела через минуту.

Тварь передвигалась на четырёх конечностях, хотя могла ходить также прямо, как ходит человек. Стелясь у самой земли, безволосая обезьяна раздувала ноздри, а ожерелье, на котором Алиса разглядела три человеческих уха, свисало вниз безобразной, грязной жилкой, и подметало корни.

Восприятия у твари хватило, чтобы преодолеть чары и практически в упор увидеть беглянку. Вертикальные зрачки расширились, ноздри раздулись, хищное, грязное тело подобралось перед рывком, но вылетевшая из зарослей стрела оборвала его жизнь в тот момент, когда Алиса уже зажмурилась от ужаса.

Перед самым прыжком серокожего людоеда.

Железный наконечник вошёл в плоскую голову сбоку и заставил тэклита забиться на земле в предсмертных конвульсиях. В метре от девчонки, по следу которой он шёл от самых руин. Звук при этом раздался такой, будто кто-то стукнул по крышке пустой, деревянной бочки и погрязшая в болезненном предвкушении Алиса — раскрыла глаза.

Стрелы вылетели из зарослей ещё трижды, прежде чем в воздухе повис яростный визг и растительность затрещала, сталкиваясь с телами тех, кто шёл по следам ходоков.

Погоня перестала таиться и рванулась навстречу обидчику. Сразу два дикаря промчались мимо укрытия барда, перепрыгивая через труп сородича. А она всё сидела и дрожала, обхватив руками рукоять ножа, прижимая колени к груди и молясь о том, чтобы вирт позволил ей пережить этот день.

Алисе не хотелось умирать.

А бой в зарослях у тракта только набирал обороты.

Черноволосый не был ходоком. Поэтому он не испытывал страха. У него была цель и были все средства для её выполнения. Остальные препятствия воспринимались помехами самой разнообразной сложности, эффективное решение которых, лишь приближало его к цели существования.

Найти друга.

Дикари, что преследовали их по пятам были самыми обычными мобами. Уничтожение физических оболочек подобных монстров не требовало от того, кто говорит за мёртвых, каких-то напряжённых действий.

Первого он убил стрелой в голову. Второго и третьего, уже отступая и не имея возможности для аккуратных, прицельных выстрелов, лишь ранил. А затем ему пришлось бросить лук и раствориться в зарослях.

Настало время топоров.

Тэклиты были вооружены грубым оружием. Деревянными мечами с торчащими из их «лезвий» заострёнными костями и клыками, пращами из кожаных ремней и короткими, кривыми копьями. Уводя их подальше от барда, говорящий за двоих, даже не думал о полноценном бегстве.

Он выбирал место. И когда оно было найдено, принял бой.

В отличии от ходоков, которые только-только начинали исследовать этот мир и приобретать разнообразные навыки, говорящий за мёртвых имел доступ ко всем навыкам, владел всеми типами оружия и был ограничен лишь физическими параметрами своего аватара.

Но он не был бессмертен и поэтому сводил возможные риски к минимуму.

Первый из тэклитов, существенно обогнавший товарищей и единственный, кто не потерял черноволосого из виду благодаря своей расторопности, попробовал использовать свою излюбленную тактику. Навязать бой, а затем затянув его и дождавшись товарищей, покончить со своим противником.

Но его враг при приближении лишь разлетелся горстью окровавленных листьев. Морок, иллюзия, магия крови. Нестабильная, но действенная, если нужен кратковременный и сильный эффект от заклинания.

Череп монстра, чьи глаза от удивления расширились, был разрублен сдвоенным ударом топоров. Черноволосый обрушился на него с дерева, цинично и эффективно. Ровно так, чтобы не дать ошеломлённому противнику воспользоваться своей ловкостью.

Кровь и частички плоти заляпали угрюмое лицо.

Две другие плоскоголовые твари, обогнавшие своих раненных стрелами товарищей, очень скоро наткнулись на труп и стали действовать осторожней.

Управляющие ими ИИ были способны на самообучение и обладали стремлением к жизни, как и всякое разумное существо в вирте, не осознающее искусственность своего существования. Но до того с кем они столкнулись, им было очень и очень далеко.

Черноволосый, умело петляя среди кустов и деревьев, оказался за спиной у преследователей. Там, где спотыкаясь о корни, воя и шипя, шли раненые дикари.

Одному из них стрела угодила в руку, но он сумел её вытащить и теперь брёл, зажимая рану рукой и явно не желая участвовать в схватке. Другому повезло меньше, стрела пробила его плечо насквозь и продолжала торчать из тела. Этот — жалобно подвывал, пытаясь обратить на себя внимание сородичей, занятых поиском убийцы.

Говорящий за мёртвых вырвался из зарослей ураганом стали и оказался между тэклитами. В спину легкораненого на ходу метнул топор и не глядя на результат налетел на второго.