Сердце Земли - Максим Шаттам

какого-либо шанса на успех и погибают тысячи пэнов, либо жертвуем одним и королева Мальронс становится нашим потенциальным союзником. Все очень просто!

– Продаться врагу? Ты это предлагаешь? Даже не зная, что такое Великий план? А если речь идет о чем-то типа секретного оружия? Как вы считаете, сколько времени потребуется Мальронс, чтобы прийти сюда и с помощью этого оружия прихлопнуть нас всех, как мух? Да я в любом случае ни за что не отдам им Эмбер!

– Вы необъективны, – настаивал Нил. – Она твой друг, и поэтому я предлагаю исключить вас из голосования – очевидно, что вы не в состоянии голосовать вдумчиво.

Мэтт видел, что Совет Эдема разделился на две группы. Стоящая неподалеку от него рядом с долгоходами Эмбер ошеломленно молчала.

– Если вы надеетесь предложить Эмбер циникам, вам придется иметь дело со мной, – выкрикнул Мэтт с такой яростью, что все голоса смолкли.

– Давайте голосовать, – опасаясь, что пэны изменят свое мнение, поспешно бросил Нил. – Речь идет о нашем выживании. Кто хочет избежать войны, поднимите руку!

Мэтт был возмущен: Нил явно может повлиять на Совет. Он склоняет пэнов к понятному выбору, фактически руководит голосованием. Так и не опустив руку, Нил развернулся к скамьям, чтобы посмотреть, кто еще готов присоединиться к его решению.

Большинство пэнов колебались. Нил спросил:

– То есть вы хотите войны, собираетесь, вместо того чтобы просто пожертвовать одним из нас, рисковать жизнью?

Поднялись две черноволосые девушки, видимо сестры, одинаково изящные и красивые.

– Мэтт Картер прав, – произнесла та, что выглядела постарше, – а ты ошибаешься, Нил Маккензи. Как мы сможем называться людьми, если отдадим одного из наших на съедение волкам, стремясь выиграть несколько месяцев мира?

Не дав Нилу ответить, младшая подхватила:

– Если Эмбер – карта, мы должны использовать этот шанс. Нельзя отдать ее врагам!

Нил сердито отмахнулся – он заметил, что пэны не спешат присоединиться к его мнению. Подросток выскочил в центр зала, где стоял Мэтт, и, обращаясь ко всем сразу, прокричал:

– Больно уж вы уступчивые! Наш народ ни за что не выживет, если поступать по-вашему! Вы как хотите, а я ухожу.

После ухода Нила сестры спустились вниз.

– Я – Зели, – представилась старшая.

– А я – Мейлис. Добро пожаловать в Эдем!

Бен шепнул на ухо Эмбер:

– Они самые активные члены Совета, как и Нил. И самые мудрые.

– Кажется, вы многое знаете о циниках, – продолжала Зели. – Вам есть чему нас научить.

– Циники потеряли память, – ответил Мэтт. – Они почти полностью забыли, что с ними происходило раньше. Потому и следуют за Мальронс: королева воодушевляет их и им кажется, что ей известно все, что нужно знать им.

– Откуда она черпает эти знания? – спросила Мейлис.

– Мне известно лишь, что после Бури королева проснулась на каменном столе, Камне завета. Она велела разжечь костры, чтобы собрать всех выживших возле своего замка, и забила им голову своими проповедями.

– Но если она проснулась на Камне завета, значит Бог ее избрал?! – произнес сидевший на скамейке с самого краю мальчик. – Что, если она права?

Настала очередь Эмбер говорить.

– Я так не думаю. Мне кажется, здесь нет связи. Когда взрослым нужно успокоить себя, они пытаются придумать разные версии событий. Полагаю, что вызванный Бурей страх обратил их к единственному успокоению – религии.

– А как вы объясните, что королева знает про Камень завета и карту, образованную рисунком родинок? Она же не сама это придумала?

– Результат Бури. Когда та накрыла нас, растения изменились. Изменились животные и мы. Это был рывок вперед в плане эволюции. И как бывает во сне – иногда мы спим, а наше подсознание работает с бешеной скоростью, и мы улавливаем некоторые его сигналы. Думаю, так было и с этой женщиной, Мальронс. Проснувшись на том камне, она что-то почувствовала: ее подсознание уловило посланные Бурей сигналы. Я уверена, что сама Буря и создала этот камень – так же как ветер, молнию и дождь. Камень и сны Мальронс – такое же природное явление, как и все остальное, что нас окружает. Расположение родинок на теле – одна из форм языка природы, который мы пока не понимаем и о существовании которого раньше не подозревали. Родинки – запечатленные на наших телах символы.

– Значит, если мы сравним рисунок на камне с тем, что образован твоими родинками, мы узнаем, где находится нечто важное, связанное с Бурей?

– Полагаю, да, – ответила Эмбер. – И это нечто имеет огромное значение. Нельзя позволить циникам завладеть этим артефактом: они слишком агрессивно настроены и распорядятся им с выгодой для себя, то есть самым отвратительным образом.

Члены Совета зашептались. Зели и Мейлис жестами заставили всех замолчать. Зели обратилась к Эмбер и Мэтту:

– Ситуация серьезная, мы должны принять решение вместе. На карту поставлено будущее пэнов. Присоединяйтесь к нам, добро пожаловать в члены Совета!

Мэтт и Эмбер уже собрались занять места на скамьях, когда сбоку, из-за бархатного полога возникла фигура подростка. Увидев его, Мэтт бросился к нему и обнял.

– Даг! Что ты здесь делаешь? – воскликнул он. – Ты привел сюда пэнов с острова?

– Нет, я пришел один – посмотреть, что такое Эдем, и наладить контакты между островом и городом. Мне разрешили присутствовать на Совете при условии, что я не буду вмешиваться. Поверь, это было трудно, особенно когда я увидел в зале вас.

– А Реджи? – спросил Эмбер.

– Он сейчас на острове за старшего.

– Тогда там царит полный хаос!

Тут Даг сообразил, что не видит Тобиаса.

– А Тоби, где он?

Радость Эмбер и Мэтта улетучилась. Девушка тихо ответила:

– Он пропал.

– Пропал? Только не говори, что он…

– Он в плену, – едва сдерживая слезы, ответил Мэтт.

– У этой королевы Мальронс? – допытывался Даг.

– Нет, все сложнее…

– Но мы ведь можем освободить его. Я готов отправиться с вами! Вместе…

– Нет, Даг, сейчас мы ничего не можем сделать.

Мэтт поднялся по проходу и сел на свободное место.

Один из членов Совета заявил:

– В течение месяца мы сможем изготовить необходимое количество копий и стрел, чтобы вооружить всех жителей Эдема.

– Нам надо упражняться в стрельбе! – произнес другой подросток. – Я знаком с Милтоном Сановичем, он много лет занимался стрельбой из лука в клубе, а сейчас он наш главный охотник, я бы мог попросить его обучить пэнов.

– И не забудьте про Таню, самую меткую из наших лучников! – добавил кто-то.

– Жаль, что мы не умеем ковать, – произнес еще один пэн. – Можно было бы научиться делать мечи.

– На это нам не хватит времени. К тому же вокруг Эдема нет ни одного