Тысяча имен для странника - Джулия Чернеда

— На наш взгляд, это дело местных властей, — заявила она непререкаемым тоном. — Если тебе известно что-то такое, чего не знаем мы, предлагаю поделиться этими сведениями. В противном случае можешь уматывать обратно в космопорт, где тебе самое место, птичка.

'Викс слегка качнулся назад на мощных ногах, готовый ринуться в бой. Его когтистые ступни твердо стояли по бокам уже начавшего стонать клановца, хотя ради этого и пришлось вступить в растекающуюся лужицу тепловатой красной жижи.

— Это дело Торгового пакта, — твердо повторил он.

— Докажи.

— Он не обязан этого делать, офицер, — раздался откуда-то сверху металлический голос. 'Викс даже не поднял головы, как обычно, слегка раздраженный склонностью его партнера-человека к театральности. В том, что Рассел Терк подоспел в самый подходящий момент, не было ничего удивительного — он обожал эффектные выходы. Это было частью того, что Боумен именовала выдающейся способностью Терка вызывать недовольство местных властей. Толианин должен был своим хладнокровным и методичным подходом уравновешивать порывистый характер напарника. За пять лет совместной работы он не столько преуспел в этом, сколько научился мириться с человеческими слабостями.

Аэрокар, более обтекаемое и не в пример более грозное средство передвижения, чем те, что были дозволены портовой администрацией, виртуозно приземлился на тротуар. Прежде чем высадиться, Терк хорошенько разбрызгал все лужи поблизости, заставив полицейских прикрыть глаза ладонями.

Их поражение стало полным, когда высоченный Терк помахал у них перед носом куском пластика.

— Вот разрешение взять этих существ под охрану, — возвестил он. — Я непременно упомяну о ваших заслугах в докладе начальству.

Как только раздосадованная парочка полицейских на своей машине убралась восвояси, Рассел двинулся к напарнику. Вблизи он уже не казался таким великаном. На ладонь ниже худощавого толианина, массивный Терк обладал настолько широкой грудью и плечами, что форму ему приходилось шить на заказ. Но даже при этом умудрялся выглядеть так, будто она ему жмет.

— Простое наблюдение, как же, — с отвращением проговорил человек. — Ну и месиво! Всех уцелевших велено доставить в тюрьму. Тут вообще хоть кто-нибудь живой остался?

'Викс уже начал определять, кто ранен, а кто мертв. Он нацепил на клановца и на одного из нападавших медицинские маячки и проследил, чтобы стабилизирующее поле окутало раненых своим фиолетовым сиянием.

— Эти двое. Остальных — к патологоанатомам.

Терк кивнул, вызывая через переговорник на запястье медтранспорт и патанатомическую группу.

— Ну у тебя и видок! Не хочешь заняться собой? С этими я и сам вполне справлюсь.

'Викс по очереди ткнулся клювом сначала в одно, потом в другое плечо, что соответствовало покачиванию головой у людей.

— Нет. Я обсушусь после того, как отдам рапорт. — Он сфокусировал взгляд на лице клановца, лежавшего без сознания. — Я встревожен, напарник Терк. Думаю, коммандер могла ошибиться относительно этого субъекта.

— Я бы на твоем месте не стал закладывать голову, — заметил тот. — Они очень похожи на людей, но внешность — еще не все.

— Если он клановец, то почему тогда не воспользовался Даром, чтобы предотвратить нападение или бежать? — не сдавался 'Викс.

— Наверное, он заметил тебя: они не любят зрителей, — ухмыльнулся Рассел. — В любом случае, мы не можем рисковать. Представь только, как наш приятель-клановец мог бы подправить память этих портовых медуз, когда очнулся бы. Готов поспорить на что угодно, они даже не вспомнили бы, что видели его!

'Викс попытался неодобрительно сложить гребень, но тот был примят дождем.

— Ты, как всегда, проявляешь прискорбный недостаток уважения к прочим блюстителям закона, напарник Терк. Тебе не следует называть их медузами.

Рассел усмехнулся, вертя в мощных пальцах кусок пластика.

— А как их еще называть, если они даже дорожную карту от удостоверения отличить не в состоянии?

Толианин щелкнул клювом, отнюдь не разделяя веселости своего напарника. Когда-нибудь наглость Терка навлечет на них обоих серьезные неприятности — неприятности, которых он лично ничем не заслужил. Но он прекрасно понимал, что без толку спорить с тем, чей гребень торжествующе вздернут — хотя, конечно, у Рассела был никакой не гребень, а вечно липнущая к голове бесцветная масса волос.

— Клановец меня не заметил, — сказал он вместо того. — Следовательно, я не вижу никаких причин, которые помешали бы ему применить свой Дар, чтобы защитить себя и свою спутницу. Кстати, к ней это тоже относится. Учитывая все это, — терпеливо продолжил 'Викс несмотря на то, что мысли Терка явно блуждали где-то в заоблачных далях, — я вынужден заключить…

Рассел приложил палец к губам. Его напарник не был уверен, хочет ли он просто закончить их спор — что случалось весьма нередко — или же дело в чем-то другом. Хм, и вправду дело было не в том. Толианин услышал шум нескольких приближавшихся к ним аэрокаров.

Пожалуй, пора было переходить к менее секретным вопросам.

— Не знаешь, в кабинете Боумен есть фен? — поинтересовался он, скорбно чирикнув.

ГЛАВА 1

Я тупо блуждала взглядом по руке, прижатой к стене рядом с моей щекой. На руке было пять пальцев с небольшими расширявшимися к краю ногтями, один из них сломанный. На ее тыльной стороне и на ладони темнели грязные пятна; чистая кожа казалась более светлой — кроме того места, где расползалась краснота, обозначавшая края пореза. Я решила, что рука эта принадлежит мне, хотя то, как туго я соображала, меня сильно озадачило.

Поежившись, я поковыляла прочь от сырой стены. Внезапно мое внимание привлекло какое-то движение. Часть прикрывавшей соседнее окно ставни отвалилась, выставив на обозрение улицы полоску грязного стекла и кусок шторы. Кто-то смотрел на меня оттуда. Я осторожно приподняла голову, чтобы разглядеть, что это такое, и тут же втянула ее обратно в плечи — призрак в стекле сделал то же самое.

Моя нога угодила в небольшой ручей, в который превратилась сточная канава, и в тот же миг я сообразила, что испугалась собственного отражения. Я опасливо двинулась обратно к окну. Неужели я так вымокла? Или это струи воды, сбегавшие по стеклу, делали меня похожей на ныряльщицу, а лицо и волосы превращали в сплошное неразличимое темное пятно? Собственное лицо показалось мне белым диском с двумя светящимися на нем глазами, усталыми и недоумевающими. Может быть, это оконное стекло сыграло со мной злую шутку? Я ведь все-таки не старуха.

Тогда, выходит, ребенок? Вряд ли. Но кто тогда? Заблудившаяся и промокшая до нитки. Гуманоид. Все это установить было нетрудно. Мужчина или женщина? Эту занимательную подробность отражение утаивало. Мне определенно не хотелось раздеваться под дождем, чтобы удовлетворить свое любопытство. Я принялась хлопать руками по всему телу и обнаружила в карманах и складках своей одежды только воду. Продолжив свое исследование, я пришла к не слишком-то утешительному выводу: ничто не указывало на то, что я мужчина, хотя ничего такого особенно женского в своем теле я тоже найти не смогла.