Вечер потрясения - Андрей Завадский

– Капитан, сэр, это не учебная тревога, – неуверенно поинтересовался Коул. – Все по-настоящему?

– Очевидно, да, старшина, – кивнул Энрике Мартинес. – Наша цель – русское побережье. Возможно, еще одна акция устрашения, а, возможно, и нет. Мы должны быть готовы к бою, и возблагодарим Господа, если все же обойдется без этого, – как истинный католик, добавил капитан. – Если же нам не оставят выбора, то покажем хоть русским, хоть целому миру, чего стоит Морская пехота США.

– Черт, мы мотаемся по средиземноморью, как ненормальные, – пробасил старшина. – Парни надеялись, что мы вскоре отправимся домой. Только убрались из грузинских вод, едва успели заправиться и пополнить запас провизии, и опять возвращаемся. Зачем все это, командир? Кто-то в Пентагоне передумал, или мы просто что-то забыли в русских водах в прошлый раз?

– Это не имеет значения, старшина. Мы получили приказ, и обязаны выполнить его. Война, значит война. И разве не ради нее вы надели однажды эту форму?

– Все ясно, сэр, – отчеканил Коул. – Разрешите выполнять?

Лихо козырнув, старшина бегом направился прочь, и вскоре по кубрикам разнесся его грозный рык. Мартинес усмехнулся – негр был лучшим старшиной роты, о каком можно только мечтать. Исполнительный и послушный, он лишь казался тупым громилой, а на самом деле был весьма умен и хитер. Вот только неизвестно, спасет ли Коула и всех парней эта хитрость там, на русском берегу, куда они явятся непрошенными гостями.

Энрике Мартинес все же не верил, что грядет война, слишком уж фантастической казалась мысль об этом, слишком резко менялся привычный миропорядок. Одно дело – заварушка в каком-нибудь Ираке, на краю земли, и совсем другое – столкновение с такой страной, как Россия. И пусть про русских говорят что угодно, они все еще сильны, во всяком случае, лучше считать так, чем напрасно сложить головы из-за того лишь, что недооценил противника.

Отпущенное полковником время шло. Корабли на всех парах приближались к суше, отделенные от нее еще сотнями миль соленой воды, над которой только скользили чайки. Кругом царил мир и покой, но тысячи людей, стиснутых такими хрупкими бортами своих кораблей, почти не сомневались, что истекают последние часы этой тишины. И если подгоняемым свирепыми сержантами матросам было не до раздумий, то их командиры уже извелись, пребывая в томительном ожидании.

– Наши мудрые политики заигрались, кажется, перехитрив, наконец, самих себя, – с презрением произнес контр-адмирал Битти. – Их очередная комбинация завела их самих в тупик, из которого не найти выхода. И мы, джентльмены, офицеры Военно-морских сил США, должны помочь им. И, черт побери, мы сделаем это!

Уинстон Битти гордо попирал палубу адмиральского мостика. Здесь, на борту громадного вертолетоносца "Уосп", порой исчезало ощущение, что ты находишься не на твердой суше, а посреди бескрайнего моря. Успокоители качки действовали безотказно, и палуба почти всегда, тем более, сейчас, при спокойной погоде, сохраняла устойчивое положение. Но на душе моряков было отнюдь не так спокойно.

– Почему нам лишь указали, где и когда быть, но не предупредили, чего ждать? – раздраженно бросил кэптен Джиллис. – Если все серьезно, то мы уже сейчас находимся в зоне действия тактических бомбардировщиков "Фенсер" русской морской авиации. Нас могут пустить на дно силами одной эскадрильи, адмирал, и это не добавляет мне душевного равновесия. Почему молчит штаб, сэр? Что это, очередная демонстрация флага, или война без компромиссов?

– Командование поставило перед нами конкретную задачу, – отрезал Битти. – Мы должны к назначенному сроку находиться в заданном квадрате, и мы будем там. И мы не останемся одни лицом к лицу с русскими, – веско добавил командующий. – От турецких берегов вслед за нами направляется эскорт, эскадренный миноносец и фрегат. Мы должны встретиться с ними в нескольких десятках миль от русских берегов – у нас небольшая фора, но у эскорта значительное преимущество в скорости, так что они нас вскоре нагонят. Но и сами мы не беззащитны, и сможем, если дойдет до прямого столкновения, отразить удар.

– Если только русские не бросят против нас свой флот, – возразил Джиллис. – Их флагман, ракетный крейсер класса "Слава", в одиночку разделает под орех и нас, и наш эскорт. У них вполне достаточно кораблей, чтобы запереть для нас Черное море, сэр.

– Весь русский флот стоит на якоре в своих базах, кэптен, – отмахнулся Уинстон Битти. – Они не собираются воевать. Что бы ни произошло в Москве, русские, кажется, больше озабочены своими внутренними проблемами. Ну а мы с вами, джентльмены, присмотрим здесь пока за порядком, – усмехнулся адмирал.

И все же слова командира не успокоили Джиллиса. Здесь и сейчас было не место беспечности, и потому кэптен отдал приказ привести в боевую готовность все средства противовоздушной обороны. Десантные корабли не несли тяжелого оружия, но все-таки могли постоять за себя. Взметнулись в небеса стволы автоматических пушек "Вулкан", уставились на горизонт контейнеры зенитных ракет, а в пустоту вонзились лучи радаров. Эскадра продолжила путь к чужим берегам.

– Мы готовы к любым неожиданностям, сэр, – доложил молодой энсин, обратившись к вошедшему в помещение боевого информационного поста Джиллису. – Если русские сунутся, их встретит стена огня!

Кэптен с досадой поморщился – он вовсе не разделял удаль казавшегося настоящим мальчишкой офицера. Сотни, тысячи людей, стиснутых со всех сторон бортами и переборками, несмотря на изрядную толщину стали, десятки тонн кевлара, оставались не более, чем удобными мишенями. Русские ракеты, если конечно до этого дойдет, вскроют десантные транспорты, как консервные банки, не оставив морякам никаких шансов.

Оставалось лишь гадать, что ждет их всех спустя несколько часов. В прочем, можно было и не мучить себя сомнениями – очень скоро все станет ясно само собой, и тогда уже едва ли что-то удастся изменить. Да, конечно, возможно, кто-то в Вашингтоне решил напомнить всему миру о существовании американского флота. Смешно! Сам кэптен Джиллис не верил в эту чушь – гонять на полном ходу целую эскадру было дорогим удовольствием. И все же не хотелось верить, что вот-вот воплотится в реальность кошмар, преследовавший еще отцов и дедов тех парней, что мчались теперь к берегам загадочной России. Больше всего хотелось сейчас верить, что ракеты так и останутся в своих пусковых контейнерах, и ни один снаряд не покинет магазин.

И точно также мучились неопределенностью капитаны полутора десятков ударных атомных субмарин, своего рода, авангарда морских сил американского флота. Затаившись в морских глубинах подчас на расстоянии считанных десятков миль от российского побережья, подлодки выпустили к поверхности моря буксируемые антенны, и теперь радисты, отрезанные от окружающего мира не только корпусами своих субмарин, но еще и переборками радиорубок, жадно вслушивались в эфир, ловя сигналы, предназначенные только им.

А акустики в те же минуты старались уловить среди шумов северного моря те, которые могли быть порождены только творениями человека, ведь эти воды никогда не были безопасными. И под водой бесшумно скользили чужие субмарины, а над волнами реяли патрульные самолеты, готовые немедленно атаковать незваных гостей, обрушив на них шквал торпед и глубинных бомб. Здесь было смертельно опасно, но подводники не смели покинуть свои позиции.

Каждый из тысяч людей в военной форме чувствовал, что готовится нечто грандиозное и, наверняка, смертельно опасное. Они были профессионалами, многие из этих офицеров и сержантов уже успели побывать на войне, и не забыли признаки готовящегося вторжения.

И чувство напряжения расползалось по всему восточному полушарию, ибо точно так же, как экипажи авианосных соединений в Атлантике, в состоянии ожидания, с каждым мгновением все более нестерпимого, пребывали тысячи их коллег, товарищей по оружию, находившихся на борту трех авианосцев, упорно резавших волны Тихого океана. три "плавучих аэродрома" в окружении эскорта из многочисленных крейсеров и эсминцев, выстроившись широким фронтом, двигались к русским берегам, находясь в какой-то полутысяче миль от суши. За ними следовали транспорты с десантом, а где-то на глубине затаились в ожидании приказа, атомные субмарины, похожие на поджидающих жертву морских хищников, тихих, терпеливых и смертельно опасных.

А на другом полушарии, на базе военно-воздушных сил Соединенных Штатов Уайтмен в штате Миссури, точно так же ждали приказа сорок человек, сорок пилотов, экипажи стратегических бомбардировщиков В-2А "Спирит", впервые за почти десятилетие готовившихся вновь совершить боевой вылет. Эти славные американские парни не сомневались, что совсем скоро им придется взмыть в небо, направившись к далеким целям, но и они, элита авиации, даже не предполагали, на кого предстоит обрушиться уже подвешенным в отсеки вооружения их "невидимок" бомбам. Им тоже оставалось лишь запастись терпением, надеясь, что ожидание не затянется слишком долго.