Вечер потрясения - Андрей Завадский

Министр обороны США знал, каким будет решение, и поэтому уже сейчас, прежде, чем представители союзников, которым просто не была предоставлена возможность выбора, огласили свое решение, подготовка к вторжению шла полным ходом. Грузовые суда, на которых почти в полном составе разместилась покидавшая Европу Третья механизированная дивизия, не успев войти в пролив Ла-Манш вдруг резко изменили курс, направившись в восточную часть Балтики, к берегам Эстонии, где их пока не ждали. А из Варны по направлению к грузинским берегам вышел первый транспорт с техникой и солдатами Третьего бронекавалерийского полка, причем погрузка на корабли и самолеты производилась прямо с эшелонов, без малейшей передышки. А в Рамштайне уже приземлялись первые самолеты F-117A, прибывшие из Турции.

Подготовка к вторжению шла полным ходом, без всякого разрешения или одобрения тех, с чьей территории должен быть нанесен удар. Но в те секунды, когда Роберт Джермейн, пытаясь унять внезапно охватившую его дрожь, с трибуны произносил свою речь, война уже началась и кровь погибших уже упала на ее алтарь. И случилось это вовсе не в России, а в считавшейся вполне нейтральной Белоруссии, где суждено было начаться первому из бесконечной череды кровавых сражений этой войны.

– Десять минут до высадки, – окликнул сидевшего возле кабины пилотов командира "зеленых беретов" один из летчиков, не сводя при этом взгляда с приборов. – Скажи своим, пусть приготовятся!

– Десять минут, – напрягая голос, чтобы перекрыть гул мощных газотурбинных двигателей, произнес коммандос. – Всем приготовиться!

Солдаты, молча кивнув, принялись осматривать оружие, которое держали на коленях. Все были серьезны и сосредоточены, и иначе вести себя на вражеской территории было просто недопустимо. Противник мог обнаружить их присутствие в любой момент, и ни у кого из коммандос не было сомнений, что последует за этим событием. Здесь и сейчас не было места для дипломатии, для возмущенных заявлений, гневных нот протеста. По таким, как они, обычно сперва стреляли, стараясь сконцентрировать максимальную огневую мощь, а потом уже разбирались, чьи это останки оказались под обломками сбитых вертолетов. Опознание не требовалось, поскольку, это коммандос знали, в случае провала их правительство без колебаний отказалось бы от них, в лучшем случае, объявив обычными наемниками.

Целью рейдовой операции американского спецназа был военный объект возле Молодечно. Станция сверхдлинноволновой связи, принадлежавшая России, обеспечивала управление стратегическими подводными ракетоносцами. Отсюда осуществлялась связь с находящимися на перископной глубине атомными субмаринами, отсюда на борт ракетоносцев в случае начала войны будут переданы боевые коды, зная которые, командиры ракетоносцев смогут применить оружие, нанеся сокрушительный ядерный удар. Один из важнейших элементов системы боевого управления подводными ракетоносцами, этот объект давно был изучен специалистами американской военной разведки, и теперь группа коммандос, элита, едва ли уступавшая знаменитой "Дельте", пусть при этом и менее известная среди праздной публики. Они привыкли проникать туда, куда по определению попасть было невозможно, где их встречали не с распростертыми объятиями, а кинжальным огнем из всех видов оружия, оставляя после себя пылающие руины или просто несколько трупов, но сейчас миссия коммандос была совершенно иной.

– Напоминаю еще раз, – наставительно произнес командир. – Наша цель – захват, а не уничтожение. Охрану ликвидировать быстро и беспощадно, но обслуживающий персонал, офицеры радиотехнических войск, должны остаться живыми, пусть и не все. И ни в коем случае нельзя повредить оборудование, господа, иначе наша акция будет считаться проваленной.

Коммандос вновь кивнули, подтверждая, что услышали своего командира. Сейчас словам не было места, "зеленые береты" словно медитировали, настраиваясь на предстоящую схватку, которая вовсе не обязательно должна была закончиться их победой.

Воздушное пространство на подступах к станции сверхдлинноволоновой связи непрерывно сканировали радары, на этот раз уже русские. Это был небольшой клочок России, бдительно охранявшийся, поскольку значение его для безопасности огромной страны трудно было переоценить. Несмотря на то, что вертолеты шли на предельно малой высоте, используя складки местности, холмы и лощины, как прикрытие, в непосредственной близости к объекту это уже не могло помочь, но такой случай был предусмотрен.

– Включить "глушилки", – приказал первый пилот, и его напарник щелкнул переключателем. Активировав подвешенные под крыльями контейнеры, заключавшие в себе станции постановки помех. Ту же операцию проделал пилот еще одного вертолета. Хотя ни о какой связи между машинами во время операции не было и речи, все действия экипажей были расписаны буквально по секундам, и пилоты работали абсолютно синхронно.

На несколько мгновений экраны радаров покрыла рябь, и операторы от неожиданности только выругались. Одновременно пропала радиосвязь, поскольку все стандартные частоты, давно известные американцам, оказались плотно "забиты" помехами. Этих секунд "Пейв Хокам" хватило, чтобы оказаться как раз над антенным полем, ровной площадкой, покрытой сложными конструкциями из металлических штырей и проволоки.

– Это еще что, – один из часовых, охранявших периметр объекта, услышав в небе над головой рокот винтов, задрал голову, выругавшись матом, когда над ним, едва не сбив солдата с ног потоком воздуха, пронеслись вертолеты. – Какого хрена?!

Выплюнули щедрую порцию свинца шестиствольные пулеметы "Миниган", закрепленные на турелях в дверных проемах каждого вертолета, сметая потоком огня тех, кто находился на земле. Радиосвязь была не единственным способом подать сигнал бедствия, чего допустить было нельзя, и сейчас требовалось действовать как можно быстрее, чтобы русские просто не успели сообразить, что подверглись нападению.

Два вертолета, поднявшись выше и чуть поотстав, открыли огонь по казармам и хозяйственным постройкам, в пылающих развалинах которых за считанные секунды погибла большая часть немногочисленной охраны. На пилонах внешней подвески каждого из этих вертолетов были подвешены по четыре цилиндрических контейнера, пусковые установки, в каждой из которых находилось по девятнадцать ракет "Гидра" калибром семьдесят миллиметров. Сейчас это довольно примитивное в сравнении с бомбами и ракетами со спутниковым или лазерным наведением оружие оказалось как никогда кстати. Залпы неуправляемых ракет расчистили площадку, над которой низко опустились еще два геликоптера, с бортов которых грозно щерились многоствольные пулеметы.

– Вперед, – приказал командир, и его бойцы сбросили к земле тросы, быстрыми движениями закрепив на них карабины. – Пошли, парни! Живее!

Десантники, едва коснувшись подошвами земли, отбегали в сторону, взяв орудие наизготовку и освобождая место тем, кто спускался следом. Несколько солдат из охраны появились внезапно, выскочив откуда-то из-за угла и тут же отрыв шквальный огонь. Им хватило секунды, чтобы опознать в высаживавшихся с вертолетов людях коммандос противника. Один из "зеленых беретов", сбитый с ног выпущенной в упор очередью, упал, чтобы больше никогда не подняться, еще один из коммандос схватился за простреленное бедро, громко закричав.

– Уничтожить их, – приказал командир группы "зеленых беретов", первым вскинув оружие и сделав выстрел из подствольного гранатомета. – Огонь!

Поддержанные огнем шестиствольных "Миниганов", обрушивших на противника шквал свинца, коммандос смели горстку русских солдат за считанные секунды, и не мешкая бросились к странным образом уцелевшему главному зданию, в котором, собственно, и находился центр связи. Впрочем, в том, что он уцелел, не было ничего странного, ведь именно такой приказ и получили "зеленые береты".

В это время и второе звено вертолетов уже высадило десант, и теперь экипажи всех четырех геликоптеров были заняты тем, что расчищали путь "зеленым беретам". Шестиствольные пулеметы, обладавшие темпом стрельбы шесть тысяч выстрелов в минуту, сметали все, буквально распиливая оказавшихся под огнем людей, которых не спасали даже тяжелые бронежилеты.

На счастье американцев, здесь, на территории вроде бы дружественной страны, русские сочли излишним держать многочисленную охрану, ограничившись всего лишь усиленной ротой, не имевшей к тому же более тяжелого оружия, чем ручные пулеметы. Большая часть охраны была уничтожена с воздуха в первые мгновения боя, и коммандос, почти не встречая сопротивления, очень быстро оказались на территории центра связи, без потерь со своей стороны уничтожив время от времени оказывавшихся на их пути солдат противника. Русские, ошеломленные происходящим, в лучшем случае не прицельно стреляли, а многие и вовсе лишились оружия.