Ян и Инь 6. Дорога домой - Ник Вотчер

волка. Явно ведь не простой воин. Скорее всего, кто-то из его командиров. И пускай Ким тоже был не рядовым бойцом, но сам факт того, что Басан выбрал именно этого монгола, говорил о серьёзности его намерений. Решил победить, невзирая на возможные шепотки за спиной? Ведь то, что он выставил против ханьца, которых они не считают за достойных воинов, своего командира, можно трактовать как то, что он… испугался и решил перестраховаться!

Удачное попадание разозлило монгола. Он не стал снова бросаться в атаку. Вместо этого он замер на месте и принялся что-то делать со своей духовной энергией. Его мышцы напряглись, он слегка увеличился в размерах, а глаза поменяли цвет. Но и это ещё было не всё.

Повинуясь неслышимому сигналу, дух монгола напал на куницу Кима. Волк был раза в три-четыре больше куницы, которая принялась носиться вокруг духа-волка, стараясь не попасть под атаки, и кусать его в ответ. Интересное противостояние силы против скорости. И, в любой другой момент, я бы с удовольствием за ними понаблюдал. Однако, сейчас всё моё внимание было сосредоточено на сражающихся.

Ким не стал дожидаться, пока его противник завершит свою трансформацию, или что он там делал. Бывший наставник атаковал, стараясь пробить духовную защиту. Его клинок слегка засветился от духовной энергии, которую Ким направил в свой меч.

Он успел нанести всего четыре удара, ни один из которых так и не смог пробиться через защиту. А вот пятый удар уже пришёлся на жёсткий блок, после которого Ким слегка поморщился. Он разорвал дистанцию и принялся внимательно следить за изменившимся монголом.

Вместе с трансформацией тот, по всей видимости, слегка потерял над собой контроль. Издав какое-то жуткое рычание, которое в большей степени подошло бы зверю, а не человеку, монгол побежал на Кима, размахивая перед собой мечом. Он наносил удары с такой силой и скоростью, что разрезаемый металлом воздух громко гудел.

Я примерно представлял, на что способен Ким, и понимал, что главное его преимущество — это ловкость и скорость, а не сила и выживаемость. Поэтому, для меня не стало сюрпризом, что он снова начал уворачиваться и отступать, вместо того, чтобы встретить противника грудью.

Окружающие площадку монголы недовольно загудели, некоторые принялись освистывать Кима, в его сторону полились бранные слова. Монголы возмущались, сравнивая Кима с трусливым зайцем, неспособным противостоять настоящему хищнику.

Если мой бывший наставник что-то и слышал,то виду он не подавал, полностью сосредоточившись на сражении. И вскоре это дало свои результаты.

После очередного уворота, вместо того, чтобы отбежать в сторону, как он это делал все разы до этого, Ким с силой пнул монгола под колено. Он выбрал для этого очень удачный момент. Не ожидавший ничего подобного, его противник не успел толком среагировать. Потеряв равновесие, монгол был вынужден припасть на колено.

Ким только этого и дожидался. Его меч вспыхнул неожиданно ярко, словно он влил в него огромное количество духовной энергии. Резкий удар, который монгол не успел заблокировать, пришёлся тому прямо в шею и… его духовный покров не смог полностью справиться с ударом!

Монгол взревел от ярости и боли и, широким взмахом, отогнал Кима, не позволив тому ударить второй раз. Через секунду воин Басана уже был на ногах, зажимая левой рукой рану на шее. Сквозь его пальцы текла кровь, говоря о том, что простой царапиной не обошлось, и рана оказалось довольно глубокой.

Гул голосов сменился тишиной. Монголы не могли понять, как какой-то ханец смог не просто пробить защиту их соплеменника, а ещё и ранить его.

Я бросил быстрый взгляд в сторону Дамдина и его советников, сразу же отыскав лицо Басана. Тот сидел с прямой спиной, недовольно поджав губы. Взглядом он сверлил своего воина, который посмел проявить слабость при таком количестве зрителей. А вот по лицу Дамдина было непонятно, какие эмоции он испытывает. Словно ему было всё равно, кто в итоге победит.

Сражение продолжилось, но, на этот раз, монгол действовал уже осторожнее. Нет, после каждого его взмаха мечом, воздух так и продолжал гудеть от влитой в удар силы, но от былой скорости не осталось и следа.

Ким же явно не собирался сбавлять темп. Он стремительно перемещался вокруг своего противника, постоянно жаля его несильными, но многочисленными ударами, каждый из которых постепенно просаживал защиту монгола.

Духи также продолжали сражаться, и там тоже было непонятно, кто из них сильнее. «Шкура» волка была «разорвана» в нескольких местах, а у куницы отсутствовало левое ухо. Но, несмотря на ранения, они продолжали сражаться, пытаясь вцепиться в своего противника.

Когда я уже думал, что Ким вот-вот справится, монгол доказал, что Басан не просто так выставил его на этот бой. Приняв очередную череду ударов на свою защиту, он внезапно сам атаковал в ответ. При этом, его удар оказался такой силы, что моего бывшего наставника сбило на землю, и он выронил свой меч.

— Допрыгался, ханец, — довольным голосом произнёс монгол, плюнув на землю.

Перехватив свой меч двумя руками, он направился к Киму, который всё ещё лежал на земле и мотал головой, пытаясь прийти в себя. Наблюдающие за поединком воины кричали, призывая своего соотечественника покончить с наглым ханьцем, который посмел сопротивляться, вместо того, чтобы просто принять свою судьбу.

Я перевёл напряжённый взгляд на духов. Ведь, если кунице удастся победить волка, то у Кима появится хоть какой-то шанс. Но, к моему сожалению, победой духа моего бывшего наставника там даже не пахло. Духи оказались примерно равными по силе. И, хотя они умудрились изрядно друг друга потрепать, но откровенного перевеса не было ни у одного из них.

Почувствовав на себе чьё-то внимание, я резко повернулся и увидел довольную улыбку Басана. Он откинулся на подушки, и смотрел на меня с превосходством. Разглядывал, словно дорогую вещь, и раздумывал, что бы со мной сделать. Я непроизвольно стиснул зубы и сжал кулаки, но, спустя уже секунду, усилием воли, заставил себя расслабиться.

А на площадке, тем временем, монгол уже подошёл к Киму. Он вскинул свой меч над головой, намереваясь нанести смертельный удар. Хотя, может он решил поиграться с безоружной жертвой. Такое монголы тоже любили. Отрубать пленным по очереди руки и ноги и гадать, сколько те смогут продержаться, и на каком ударе умрут от боли и потери крови.

Как Ким оказался на ногах, я я смог проследить с трудом. Вот он лежал на земле, а в следующий момент уже вскочил, оказавшись вплотную к воину Басана. Меньше секунды они смотрели друг