Когда он вернется - Карен Рэнни

От домовой церкви почти ничего не осталось, кроме каменного пола: не было ни крыши, ни стен – одни руины.

За церковью когда-то был ряд арок с видом на озеро Лох-Улисс. Сейчас осталась всего лишь часть одной из них. Перед Аласдером расстилалось озеро, которое, постепенно сужаясь, перетекало в устье реки Кониг-Финт, а оттуда – в море. Со всех сторон озеро окаймляли поросшие густым лесом долины, и деревья здесь почему-то казались скорее черными, чем зелеными.

Пройдя несколько шашв, Аласдср попал в коридор, который ему много раз описывали. Крепость была изначально построена в форме буквы «Н» и соединена крытыми галереями с домовой церковью и замком. Но сейчас почти ничего не осталось от того, что некогда было Гилмуром. Ни высоких труб, ни остроконечных крыш, ни величественных стен, возведенных много веков назад. Все лежало в руинах.

Отец Аласдера провел молодость в Гилмуре, а мать оказалась в этих стенах заложницей, прежде чем стать бунтаркой, а потом женой английского полковника-предателя. Когда-то всем здесь распоряжался прадед Аласдера, но потом в клане Макреев произошли трагические события.

У Аласдера было достаточно причин, чтобы чувствовать свою связь со старым замком. А может, ответ заключался в словах его дяди, которые он услышал, когда был еще мальчишкой. «Не важно, где ты родился, парень. Если в тебе есть хоть капля крови рода Макреев, считай, что ты родом из Гилмура».

Вдруг Аласдеру показалось, что он слышит слабый крик, словно призраки Гилмура решили его приветствовать. Он тряхнул головой и усмехнулся. Неужели он верит в сказки, услышанные в детстве?

Он прошел через пролом в коридоре и оказался около груды камней у опасно накренившейся над ямой стены. Крик повторился, но вместо того, чтобы вызвать у него любопытство, явился причиной раздражения.

– Я не верю в привидения. – громко произнес Аласдер, заглядывая в яму. Но тут он заметил внизу какое-то движение.

– Рада это слышать, – отозвался снизу слабый женский голос.

Он нахмурился, глядя в темноту.

– Покажитесь.

Изабел вышла на свет и посмотрела вверх.

У Аласдера мелькнула мысль – возможно, в Гилмуре и вправду есть привидения. Женщина внизу была как две капли воды похожа на портрет возлюбленной Иониса.

Но она явно была не призраком, а молодой девушкой из плоти и крови.

Ее темные волосы казались частью окружавшей ее темноты. Глаза были цвета стеблей растений. Выражение лица было серьезным, но с намеком на улыбку.

На щеках, как и на голубой в полоску юбке, были пятна грязи. Испачканная белая косынка была приколота брошкой к желтому жакету. Волосы были схвачены на затылке синей лентой, такой же, как отделка по подолу юбки.

– Если вы не призрак Гилмура, то кто вы и как попали в эту яму?

Ее взгляд медленно скользнул по черным сапогам, голенища которых были отвернуты на коленях, по бриджам из буйволиной кожи. Поверх клетчатого шерстяного жилета на незнакомце была куртка из такой же кожи с ярко-красными обшлагами и лацканами. Каштановые волосы были завязаны на затылке в хвост. Высокий ворот обрамлял бородатое лицо с густыми бровями и голубыми, как предрассветное небо, глазами.

Весьма привлекательный спаситель.

Изабел отступила на шаг.

– Вы солдат? – Ей никогда не доводилось видеть шотландской одежды, кроме как на военных. Однажды в Инвернессе она видела маршировавший полк солдат, и их форма была не менее впечатляющей, чем одежда незнакомца. То был полк солдат-шотландцев, состоящих на службе у английского короля.

– Нет. А кто вы?

– Я не привидение. Но если останусь здесь, могу легко в него превратиться. – Изабел повесила на плечо свою сумку. – Вы мне поможете?

Аласдер опустился на одно колено и внимательно изучил глубину ямы, прежде чем лечь на землю. Потом протянул обе руки и, дождавшись, когда девушка протянет свои, взял ее за запястья и начал медленно поднимать вверх, постепенно вставая сначала на колени, а потом в полный рост.

Пока он ее тянул, Изабел старалась не стонать от боли. Она стиснула зубы и молилась. Оказавшись наверху, сделала осторожный шаг от края ямы и взглянула на своего спасителя. Рядом с ним она казалась маленькой, хотя была довольно высокого роста. Вся фигура незнакомца с широко расставленными ногами и крепко сжатыми кулаками говорила о властном характере.

Лишь один человек в ее жизни обладал столь же ярко выраженной властностью – ее отец. Магнус Драммонд, коренастый, кривоногий человек, всегда держался так, будто был королем.

– Кто вы? – прошептала Изабел.

– Я – Макрей, – все еще хмурясь, ответил незнакомец.

– Этого клана больше нет.

– Вы видите одного из представителей этого клана. – Он говорил как шотландец, но с каким-то неуловимым акцентом. – А вы? – снова спросил он, сделав шаг ей навстречу. – Кто вы? – Он протянул руку, словно намереваясь дотронуться до нее. Изабел непроизвольно отпрянула и почувствовала, как ее пронзила боль в боку.

– Вы ушиблись. – Незнакомец провел пальцами по руке.

– Нет-нет, все в порядке, – ответила она, отступив еще на шаг. Он последовал за ней.

– Как вы оказались в яме? И почему вы вторглись в чужие владения? – Он снова сократил расстояние между ними.

Она опять отступила, и на этот раз он остался стоять на месте.

Изабел подошла к своей лошади и отвязала поводья. Однако боль в боку не позволила ей сесть верхом, и она пошла пешком в сторону перешейка.

– Почему вы оказались на нашей земле?

Она посмотрела ему прямо в глаза.

– Это больше не ваша земля, – ответила она, искренне желая, чтобы это было неправдой. – Здесь уже много лет не было ни одного Макрея. Земля принадлежит Магнусу Драммонду.

Глава 2

Изабел дважды оборачивалась и оба раза видела, что он смотрит ей вслед. Она быстро отводила взгляд, и Аласдеру показалось, будто она не верит, что он на самом деле существует.

Они не обменялись именами, но в ту секунду, когда ее ноги коснулись твердой земли, ее тело оказалось прижатым к нему. Это было интимным прикосновением мужа и жены, и он до сих пор его ощущал.

Аласдер провожал взглядом стройную фигуру, вырисовывавшуюся на фоне голубого летнего неба. Девушка медленно шла по перешейку и вела за собой лошадь, и он подумал о том, что она, видимо, сильно ушиблась, падая в яму.

Хоть она это и отрицала, он заметил боль в ее глазах.

Кто она? Прелестная загадочная незнакомка, слова которой вызвали у него странное беспокойство.

Костяшками пальцев он провел по своей густой бороде. Может быть, он напугал ее своим видом и поэтому она так быстро убежала? Но у него было правило не брить бороду до тех пор, пока он не вернется домой из плавания.